Острые коготки (СИ)
— Сладкая… Моя сладкая… — бормотал блондин дрожащим от желания голосом. — Моя красивая, вкусная…
Его палец погрузился внутрь неё, и она вскрикнула от острого пронзительного захватывающего ощущения, как будто её подкинуло в воздух.
Умелый язык аристократа широкими мазками доводил её до грани. Она дрожала и постанывала, её пальцы вцепились в его светлую шевелюру.
— Драко… Драко, пожалуйста! Ах! — она подходила к черте, и он добавил ещё палец, все быстрее двигая рукой, его бархатный язык ласково надавил на чувствительный комочек нервов…
В глазах потемнело…
Всё вокруг на миг перестало существовать…
— Драко! Чёрт! Ах! — она выгнулась и сжалась вокруг его пальцев, забываясь в пульсирующем невероятном оргазме, захватывающем и ошеломляющем…
*
Губы Драко мягко прошлись по щеке Гермионы. Они лежали на кровати обнажённые, крепко обнявшись.
— Ну как ты? — спросил он, отстраняясь.
— Это было потрясающе! — выдохнула кудрявая, целуя его в подбородок. — Ты настоящий волшебник!
— Согласен! А я обожаю смотреть, как ты кончаешь! — проговорил он, усмехаясь.
— Правда?
— Я бы смотрел на это вечно, как на огонь… — прошептал он. — Ты мой огонь…
Гермиона закусила губу, погружаясь в думы. Такой Драко ей очень нравится… Нет, она обожала такого Драко… Но завтра он снова будет говнюком Малфоем…
— О чем ты думаешь? — поинтересовался он, откидывая кончиками пальцев кудряшки с её влажного лба.
— Тебе честно сказать? — она закусила губу и погладила его скулу, шею и белокожее плечо.
Драко помолчал, разглядывая её и вдруг, усмехнувшись, проговорил:
— Ты думаешь, что тебе невероятно повезло оказаться со мной в одной постели?
— Почти угадал, самоувереный и самовлюбленный негодяй! — хлопнула она его по плечу. — Но нет!
— Как? — Драко аж приподнялся на локте. — Значит, ты вспоминаешь мой потрясающий язык? — Гермиона порозовела от смущения, а он наклонился к ней и лизнул её губы острым кончиком языка.
— Драко… — её сердце вновь ускорилось, а низ живота свело.
— Гермиона… Я все ещё хочу тебя… — Он вжался в тело девушки, упираясь твёрдым членом в её бедро.
— Драко… Я… Я хочу уйти… Давай не будем продолжать… — прошептала она вдруг и попыталась ускользнуть, но крепкие руки удержали за талию.
— Нет, Грейнджер… — Он настойчиво вернул её обратно.
— Драко… Мне не нравится то, что мы… — начала она, отталкивая его.
— Тебе понравится… Ты же хочешь…
— Да, хочу… Но ты такой странный! — она все-таки вывернулась, вскочила с кровати и убежала от него дальше, и в сердцах закричала. — Завтра я снова буду грязнокровкой! Грязной маленькой тайной! Стервой! Заучкой и, Мерлин знает, как ты ещё меня обзовешь! Мне надоело! Я хочу нормального отношения! Я заслужила этого! Ты понял?!
Она выглядела жутко злой.
— Грейнджер, давай не будем усложнять! — вкрадчиво проговорил он.
Драко наслаждался её красотой, любовался ею, обнажённой и решительной, с горящим праведным гневом в карих глазах, с кудрявыми волнами взметнувшимися из-за спины. Настоящая воительница, дикая кошка, готовая бороться за себя.
— Давай оставим, как есть… — говорил он медленно.
— А что есть?!
— Прекрасный секс! — он шагнул к ней и она поражённо увидела, как сильно он возбужден. — Я схожу от тебя с ума, Грейнджер!
— Ты не будешь обладать мной, только потому что тебе этого хочется, ты понял! — прерывисто выдохнула она и попятилась назад, и неожиданно наступила на осколки от разбитого бокала. — Мерлин, ах! Больно!
Она чуть не упала на пол, почувствовав острую боль, но Драко быстро среагировал и подскочил к ней, подхватил на руки и унёс на кровать.
Она застонала и схватилась за окровавленную ногу, от боли по щекам потекли слезы.
— Тихо, Гермиона, я сейчас… — Драко нашёл свою палочку и залечил ей рану парой заклинаний.
Потом очистил её от крови и усадил на свои колени, чтобы утешить, потому что она плакала.
— Может вина? — спросил он, когда её слезы почти прекратились.
Она тихонько рассмеялась, вытирая лицо ладонями:
— Да, вина мне, мальчик!
— Грейнджер… — Он обнял её крепче, целуя в лоб, в его душе было столько всего, а тело требовало её, руки неосознанно гладили по тонкой девичьей спине и острым коленям, по плечу, прижимая ближе.
А Гермиона чувствовала мурашки, расходящиемя по всему телу от его тёплых нежных прикосновений, она закрыла глаза и потянулась к нему, целуя в щеку:
— Спасибо за заботу, Драко…
— Грейнджер… — Он больше не мог себя сдерживать, со стоном перехватил её рот, сминая солёные от слез губы.
Гермиона задрожала от такого напора и сдалась в его власть.
Пусть берёт! Пусть делает с ней всё, она так хочет этого сейчас!
Она села к нему лицом, обнимая его ногами за пояс, а руками за шею и утонула в его горячих жадных поцелуях, его требовательных касаниях, возбуждающих стонах и звуках.
— Гермиона, ты же хочешь этого? — спросил он, глядя на неё тёмным голодным взглядом.
— Конечно, хочу… — она поднялась выше, стоя на коленях, а он ненасытно целовал её грудь, он сосал её и покусывал, тихо постанывая, а она аккуратно опустилась на его член, и он замер, закусывая губу.
Она никогда не видела его таким открытым, беспомощным и ошеломленным.
— Гермиона… — выдохнул он и его щеки порозовели.
Когда она начала первые неуверенные движения вверх и вниз, он задрожал, сгорая от возбуждения. Он подхватил её ритм, помогая ей и поднимая свои бедра навстречу.
Драко ловил её рот губами, целовал шею, когда она отклонялась назад, оставляя засосы и укусы, и ласкал её языком, а Гермиона наслаждалась всем, что происходит с ней. В этот раз не было боли, было одно лишь накрывающее горячее удовольствие.
Когда он перевернул её на кровать, продолжая начатое ею, Гермиона уже не могла связно соображать, хватаясь за него ноготками и хрипло дыша.
Драко смотрел на неё, не отрываясь. Она была прекрасна, самое красивое, что он видел — это стонущая возбужденная Гермиона Грейнджер с открытым ротиком и полуприкрытыми веками. И Драко Малфой в ней, двигается резко и уверенно, так как ей нравится, он точно знает это, потому что она судорожно закусывает губы и тоже подаётся ему навстречу.
Он схватился за её бедра, поднимая их выше, углубляя проникновение, что стало последней каплей — она замерла и застонала, содрогаясь под ним, обхватывая его сильнее, от чего его вынесло, и он сорвался с хриплым стоном кончая в неё.
Уже через миг они лежали рядом, тяжело дыша и поглаживая друг друга по влажным обнаженнным телам.
— Это было шикарно… — прошептала она. — Невероятно… Лучше, чем в прошлый раз… Гораздо…
— Я могу ещё… — он улыбался и обнял её, ложась ближе, и укрыл их одеялом. — И с каждым разом будет всё лучше и лучше…
Она ласковой кошечкой уютно устроилась кудрявой головой у него на плече.
— Малфой, какой же ты…
— Милый… Сексуальный… Умный…
— Ах, хорошо… Как скажешь… — она зевнула, погружаясь в сон.
— Давай оставим так как есть… Просто любовники… Тайные… — бормотал он.
— Нет, не оставим… — шепнула она, закрывая глаза.
— Грейнджер…
— Нет, Драко…
В комнате стало тихо, слышно было только, как потрескивает огонь в камине.
*
Гермиона проснулась первой. Драко лежал рядом на спине, раскинув руки, свободный и красивый как бог. Она проследила за шрамами на его бледном торсе. Захотелось коснуться их, погладить, поцеловать, но гриффиндорка взяла себя в руки.
— Прощай, Малфой, — прошептала она грустно. — Больше я не подпущу тебя к себе!
Она оделась, стараясь больше не смотреть на него и тихо вышла из комнаты.
*
Драко проснулся, как только за ней закрылась дверь. Он вообще-то рассчитывал на утренний секс, но…
Она ушла…
На душе стало как-то пусто и холодно. Драко поскорее оделся и выбежал за ней в коридор, но её и след простыл. Он хмыкнул и повернул к слизеринским подземельям.