Острые коготки (СИ)

— Оставь в покое Джеймса Бонда!
— Что? — он тут же брезгливо отшатнулся от неё. — Вот как?!
— Хватит издеваться над ним! Он в отличие от тебя, замечательный, добрый, заботливый и сексуальный, не меньше, чем ты!
— Так ты нас, что, сравнивала? — усмехнулся он. — Говоришь, не меньше, чем я? Ты уже и это проверила? Уже потрогала его сексуальность?
Она возмущённо открыла рот, щеки заалели от негодования.
— Малфой!
— Грейнджер! — медленно пропел он. — Бросаешь меня?
Она закатила глаза:
— Я с тобой и не встречалась, чтобы тебя бросать!
— Ну вот, значит не бросаешь… Умничка — заучка! Дай поцелую твой умный лобик! — её палочка неожиданно оказалась на полу, руки за спиной, грудь слизеринца прижала её к стене, и его тёплые губы начали целовать её лицо. — Вот так… Именно так… Все правильно… Меня нельзя бросить…
Она чувствовала, как сердце снова ускорило ход от близости его тела, его запаха и его уверенных движений, от которых подгибались коленки. Жадные мужские губы прижались к её губам, серебристые глаза насмешливо сверкнули в темноте, и она поняла, что пропала. Она зажмурилась, чтобы не видеть его нахального взгляда и податливо открыла рот, запуская его язык внутрь. Драко коротко застонал, чувствуя её доверчивый порыв, от чего Гермиону снова накрыло, и она уже сама бросилась его обнимать и гладить.
— Ммм, Мерлин, ведьма, какая ты горячая… — прошептал он, когда она подалась навстречу его рукам, которые пользовались моментом её слабости и исследовали девичье тело без устали, щупая её груди, оглаживая попку, ласково сжимая бёдра.
Его длинные пальцы вдруг оказались на её трусиках, и она всхлипнула, когда он прошёлся по промежности, нежно нажимая там.
— Грейнджер… Ты промокла насквозь… — он еле слышно застонал, упиваясь поцелуем и прошептал. — Трахнуть бы тебя прямо здесь…
Эти слова подействовали на неё, словно ушат холодной воды.
— Отстань, придурок! Козёл! Ублюдок! Ненавижу тебя и твою тупую грубость! — она ударила его по щеке и оттолкнула.
Малфой отпрянул к стене, на его губах блуждала издевательская ухмылка:
— Давай, говори, говори, грязнокровка! Но ты все равно трахнешься со мной! Я видел это в магическом шаре! — он нагло рассмеялся.
— Хватит нести чушь, чистокровный хмырь! — она поправляла юбку, стараясь не слушать его.
— О, спроси у Трелони! Она тоже была в шоке, ты так извивалась подо мной и вопила — «Да, да, Малфой!», что у неё очки запотели!
Гермиона обиженно засопела и, повернувшись к нему, выпалила:
— Заткнись, гад! Завтра Хеллоуин! Только попробуй появится рядом со мной и испортить мне праздник! Я убью тебя!
— Ох, как страшно! Надеюсь, я умру от оргазма, кончая в тебя! — услышала она вслед, когда выскочила из-за гобелена.
Ставить точки над «i» оказалось не так просто, как она думала, особенно, если ставишь их в скрытой нише с нахалом по имени Драко Малфой.
*
На праздник она, как и планировала, переоделась чёрной кошкой. Короткое чёрное платье без бретелек, с пышной юбкой, чёрные чулки и туфли на шпильках. Пушистый чёрный хвостик прикрепила к юбке магией. Волосы распустила по спине, накрасила губы в ярко-красный цвет, наколдовала черную изящную маску закрывающую поллица и мягкие кошачьи ушки. В зеркало на неё взглянула потрясающая, длинноногая девушка-кошка.
Гермиона впервые в жизни была от себя в полном восторге! Да! Это она, именно такая, таинственная и опасная!
— Мур! — подмигнула она себе в зеркале и натянула на руки чёрные перчатки, закрывающие не самые красивые шрамы на предплечье левой руки.
Вышла Гермиона поздно, поэтому когда подошла к залу, там уже толпились школьники в карнавальных костюмах. Царило веселье, шум и гам, ребята смеялись и радовались первому празднику в этом учебном году.
Джеймса она увидела почти сразу же, его трудно было не заметить. Он был одет в белые штаны со стрелочками, белые ботинки и мягкий пушистый белый свитер, половину лица скрывала белая маска, а на светлых чуть волнистых волосах торчали тоже белые, мягкие кошачьи ушки. Он уверенно подошёл к ней и присвистнул, крутя в руке свой пушистый белый хвост. Его рот открылся в изумлении, прежде чем он пробормотал, облизывая губы:
 
— А ты прекрасно выглядишь, Гр… Гермиона…
Она покрутилась перед ним в своём коротком чёрном платьице и помахала чёрным хвостиком.
— Благодарю, Джеймс… Я старалась… Муррр…
Он вздохнул как-то слишком тяжело, разглядывая её ноги в чёрных туфлях на шпильках, и как только объявили, что осенний бал начинается, подошёл и схватил за руку, уверенной хваткой.
Гермиона вздрогнула. Джеймс показался ей сегодня гораздо выше и плечистее, а его ладонь была шершавой внутри и гладкой снаружи… Шершавой от езды на метле… Но Джеймс не играл в квиддич, а такая гладкая кожа была только…
Она обернулась к парню и внимательнее вгляделась в глаза, те сверкнули на неё серебристым отливом.
— Что? — спросил слизеринец.
— Нет, ничего… Спасибо, что пошёл со мной на бал. — Гермиона потянулась к нему ближе и поцеловала в щеку.
Парень нервно сглотнул, когда её губы нежно коснулись его рядышком с губами.
От «Джеймса» пахло одеколоном Малфоя.
Она сжала его ладонь и с усмешкой подумала, что сегодняшний вечер определённо будет не скучным.
— Всё для тебя, Киса… Можно тебя так называть? — проговорил Драко, его голос и знакомые игривые интонации показались ей музыкой, среди окружающих звуков.
Она сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, проворковала:
— Конечно, милый котик, называй! Сегодня тебе можно всё.
Малфой прерывисто выдохнул на её «всё»:
— Мне нравится это твоё — Котик.
— Котик… Мрр… — Гермиона потерлась бедром о его бок.
Малфой чуть порозовел.
— Черт… Киса… Ты не могла бы…
— Что такое, Котик? — она провела пальчиком по его мягкому и пушистому свитерку в районе груди, перешла на шею и пощекотала подбородок. — Ты не любишь ласковых Кис?
Малфой снова сглотнул:
— Эм… Котик обожает ласковых кис… Но давай ты не будешь заводить Котика раньше времени.
Она рассмеялась и, мурлыкнув, потащила его к столу с напитками в жутко украшенный праздничный Большой зал.
*
— О, Великий Салазар, кто это так соблазнительно стоит? — услышал Малфой знакомый голос из-за спины, когда наклонился достать сырное канапе со стола.
— Чёрт, Блейз… — прошипел он и обернулся.
 На него, сверкая глазками, пялился Блейз, переодетый в костюм черта.
— И правда, черт! Иди домой! В ад! — выдохнул блондин.
— Я шёл именно к тебе, белый и пушистый котяра! — заулыбался чертов Блейз и подошёл ближе. — Кого-то ты мне напоминаешь… Хм…
Малфой занервничал — не хватало ещё, чтобы этот идиот выдал его перед Грейнджер.
— Я Бонд… Джеймс Бонд… — проговорил он быстро.
Гермиона, стоявшая рядом, поперхнулась пуншем и повернулась в поисках салфетки, чтобы скрыть смех.
— Бонд… С седьмого курса? — мулат встал ещё ближе и тихо прошептал. — Драко, уж меня то ты точно не проведёшь, я узнаю твою задницу из тысячи.
— Ррр, Забини, закрой свой гейский рот! Чёрт тебя побери! — гневно шепнул ему Малфой.
— А что мне за это будет? — чертовски обрадовался мулат в адском обличье.
— Ты, дитя Сатаны, уйди с глаз моих или точно получишь в глаз, — тихо злился аристократ.
— Нет, Котяра, у меня другое предложение — ты снова поцелуешь меня так же страстно, как там, в лазарете, — облизнулся Забини и потянулся к нему губами.
Драко чуть не вывернуло от воспоминания об этом:
— Чёрт! Блейз, за этим иди к Грейнджер! — он оттолкнул слизеринского чёрта и подскочил к Гермионе. — Киса, как насчёт того, чтобы потанцевать?
 
— Я только за! — она поставила бокал с пуншем и убежала на танцпол, увлекаемая Драко.
Он элегантно взял её за ладонь, другую руку положил на талию и закружил в вихре осеннего вальса.
Гермиона довольно улыбалась, разглядывая его открытый подбородок, красивые губы и сверкающие из прорезей в маске серые глаза. Она и не ожидала, что этот надменный гадкий тип устроит ей такой сюрприз. Конечно, её немного, совсем чуть-чуть, волновало куда же делся настоящий Джеймс Бонд, но она подозревала, что Малфой не рискнул бы сделать с ним что-то совсем плохое, в Азкабан он точно не хотел.