Осажденные камнем (ЛП)

Ава и Рува рядом с ним рухнули, будто в них вонзили невидимые кинжалы. Они схватились за грудь в районе сердца, и Утрос ощутил, как нить магии между ним и Бромом лопнула. Вскоре после того, как армия повалила обоих Иксакс, дракон полетел к полю боя.
Крупная серая тварь летела прямиком к его армии. Утрос подобрался, ощущая нарастающее неверие.
— Дракон свободен. Как он вырвался? — Он резко повернулся к колдуньям. — Верните его! Мне нужен этот дракон.
Колдуньи отчаянно пытались восстановить узы, но безуспешно.
— Твоей плоти хватило лишь на однократное создание связи, — сказала Ава. — Но тебя обжег не Бром, и узы были слабы с самого начала.
— Кто-то разорвал связь, — сказала Рува. Близнецы посмотрели друг на друга и в один голос сказали: — Никки. Должно быть, это сделала колдунья Никки.
Разозленный дракон стремительно приближался к осаждающей армии, и его крылья рассекали воздух, словно боевые топоры. Спикировав с высоты Ильдакара, он летел низко над землей, собираясь атаковать. Вскоре на разрозненный строй обрушились потоки огня. Колонны полукаменных солдат превратились в дымящиеся останки. Целые отряды были словно сплющены гигантской раскаленной палицей.
Утрос уже отступил к штабу. Он собирался активировать кровавую линзу и доложить о своей победе Железному Клыку, но теперь на них напал серый дракон.
Бром пролетел над огромным скоплением солдат, поборовших Иксакс. Взрывы кислотного пламени подожгли завопивших воинов. Дракон демонстрировал мощь и наказывал Утроса с колдуньями.
Рептилия взмыла в небо, наполняя легкие воздухом, чтобы снова спикировать и обрушить на войско испепеляющую атаку. Бром выискивал Утроса, но узы были разорваны, и все люди внизу казались ему одинаковыми. Дракон подпалил ряды палаток, лачуги и склады, иссушая пропитанную кровью землю.
Генерал остановился перед высокой овальной линзой, сделанной из крови невинных детей.
— Мы не позволим ее разрушить! — завопил Утрос. — Ава, Рува, защитите линзу!
Бром подлетел ближе и широко раскрыл пасть. Заметив Утроса и кровавую линзу, он нырнул вниз и выпустил мощную струю огня прямо в генерала. Завизжав, Ава и Рува сцепили руки и подняли защитную стену, превратив воздух в непроницаемый щит вокруг них троих и линзы. Пламя захлестнуло их, и Утрос ощутил обжигающий жар своей нечувствительной кожей. Невидимый щит рассек пламя на два потока. Строение позади них вспыхнуло, и деревянные стены за считанные секунды обратились в пепел, но магический щит выдержал. Окно в преисподнюю не пострадало.
Дракон пролетел мимо, извергая еще больше огня. Наконец, Бром исчерпал свою ярость и решил, что отомстил. Древний серый дракон добился своего.
Утрос повалился на спину. Вокруг витал смрад горелой древесины, травы и плоти. Он уставился в небо. Бром в последний раз вызывающе взревел, устремляясь ввысь, и повернул на север, в горы, где находилась юдоль Кулот.
  
Глава 66
 
Осадные силы за пределами Ильдакара приходили в себя после погрома. Никки видела, что воины Иксакс и серый дракон нанесли серьезный урон самоуверенной вражеской армии, и генерал Утрос впервые почувствовал горечь поражения.
Вернувшись на крепостную стену возле главных ворот, Никки смотрела на выжженный вражеский лагерь. Она видела реки почерневшей почвы там, где солдаты сгорели в пламени Брома, видела груды тел воинов, убитых Иксакс. Она сомневалась, что Утрос сможет оправиться от таких потерь.
— Настало время усилить напор и потребовать, чтобы генерал прекратил осаду, — сказала она.
Натан потер подбородок:
— Согласен. Впрочем, после такого поражения он может быть не настроен на вежливую беседу.
Верховный капитан Стюарт, стоявший рядом с ними, с удовлетворением смотрел на суматоху в огромной армии.
— Как капитан городской стражи я выеду за стены и доставлю сообщение генералу Утросу. Я буду настаивать на переговорах и прекращении этой бестолковой войны.
Деймону и Квентину понравилось предложение капитана, но Орон был настроен скептически:
 
— Я бы предпочел просто убить генерала, и дело с концом. Можно ли ему доверять, даже если он согласится на переговоры?
— Можем хотя бы попытаться, — сказала Эльза, и Ольгия с ней согласилась.
Взгляд Стюарта стал жестче после ночного нападения, в котором погибло немало городских стражников, но теперь он снова обрел надежду. Он сел на коня, и советники пожелали ему удачи, открыв малые ворота. Сидя в седле с прямой спиной, верховный капитан поехал к вражеской армии. Никки смотрела, как несколько полукаменных солдат встретили его и сопроводили вглубь разрушенного лагеря.
— Пока ждем, предлагаю обсудить, на какие условия мы согласны, — сказал Квентин. — Нужно быть готовыми к ответу Утроса.
Никки предложила собраться не внутри башни властителей, а возле пирамиды — оттуда видны ворота, через которые должен вернуться Стюарт. Оказавшись на вершине плато, советники поднялись по поврежденным ступеням на третий уровень. Никки смахнула пыль с черного платья и посмотрела на выжженные луга. У Утроса оставалось еще много солдат, и он представлял серьезную угрозу. Генерал отправил десятки тысяч воинов в разные уголки Древнего мира.
Деймон с довольным видом сел на каменные блоки и при помощи дара вернул часть обломков на место.
— Мы восстановим Ильдакар во всем величии. Теперь у нас есть шансы.
Квентин помог Деймону, и вскоре одаренные советники полностью расчистили площадку для жертвоприношений.
Ладонь Эльзы скользнула в руку Натана, пока они поднимались выше, чтобы посмотреть на город.
— Мы все устали, — сказала она. — Мы использовали много магии, чтобы защитить себя, но результат стоил усилий. Теперь генерал будет вынужден обсудить условия. Он знает, насколько мы сильны.
Квентин хлопнул в ладоши, будто ожидал, что на его призыв прибегут рабы.
— Мы должны устроить праздник! Этот день станет памятной датой для Ильдакара.
Никки с раздражением посмотрела на советников.
— Сейчас не время для праздников. Посмотрите!
Натан очертил в воздухе прямоугольник, создавая увеличительное окно. Теперь они смотрели на ряды могучих древних воинов, готовых сражаться, несмотря на потери.
— Да вы гляньте на них, — сказала Никки. — Мы выпустили двух Иксакс, самых мощных бойцов, созданных волшебниками Ильдакара, и они убили десятки тысяч врагов, но сами погибли. За нас сражался дракон, испепеливший огнем тысячи солдат, но он улетел. — Она прищурила голубые глаза. — Да, мы можем гордиться нанесенным уроном, но мы уже использовали все самые сильные средства, а Ильдакар по-прежнему осажден каменной армией. По моим подсчетам, у Утроса осталось две трети солдат. — Она гневно ткнула в окно Натана. — Не время торжествовать. Генерал еще не капитулировал. — Советники испуганно притихли, и она продолжила: — Мы продолжим держать оборону, но не только Ильдакар противостоит этой армии. Под ударом весь континент.
— Это величайший город в истории, — фыркнул Орон. — Нет никого сильнее волшебников Ильдакара. Если мы не сможем остановить Утроса, то какие шансы у остального мира?
Никки холодно посмотрела на него:
— Об этом я и говорю. Ильдакар защищен лучше, чем любой другой город, но Утрос поставил нас в тупиковое положение. Его армия все еще нам не по зубам. — Ее сердце было твердым, а разум решительным. — Ильдакар не может справиться в одиночку.
— Сомневаюсь, что даже д'харианская армия сможет выстоять против оставшегося у генерала войска, — пробормотал Натан.
Квентин вздохнул:
— Я обрел надежду после того, как увидел разрушения в их лагере, но теперь я понимаю, что мы по-прежнему в опасности.
— Верховный капитан Стюарт убедит генерала поговорить с нами, — сказала Эльза. — Мы должны заставить его понять, что для войны больше нет причин. Должен быть способ заключить мир. Тогда все мы сможем процветать.
Натан переместил увеличительное окно, заметив суматоху в центре лагеря. Крепкие солдаты вели коня верховного капитана к городской стене. На седло, как трофей, была водружена голова капитана Стюарта, смотревшая вперед стеклянными глазами. Рот обмяк, будто мужчину обезглавили на середине фразы о приглашении Утроса к переговорам. Вражеские солдаты привели коня с отвратительным ответом к воротам Ильдакара.