Осажденные камнем (ЛП)
— Слишком медленно, — простонала она, глядя в серое небо.
Увидев, как властительница хладнокровно убивает по десять человек разом, некоторые добровольцы пришли в ужас. Вместе с семьями они стали пробиваться к аркам, собираясь сбежать.
— Остановите их! — Тора рассвирепела при виде того, что горожане уклоняются от своего долга.
Паника распространялась. На самом деле многие здесь не были добровольцами — стражники привели их силой. Тора подозревала, что в списке добровольцев было недостаточно имен. Да и те, кто был храбр на бумаге, в большинстве своем не хотели платить цену, когда наставало время. Значит, их нужно заставить. Те, кто противился, теперь сидели связанными на песке, но все равно пытались бороться со стражниками. В ходе борьбы многие безоружные кандидаты в жертвы были убиты далеко от заклинания. Их смерть не принесла пользы, а кровь пролилась на песок впустую. Трусы, превосходившие числом стражников, окружили солдат, отобрали мечи и убили. Очень быстро началось массовое бегство добровольцев.
— Но все это ради Ильдакара! — кричала Тора. — Если вы не умрете здесь, то город падет. — Она гадала, удалось ли норукайцам пробиться в туннели, атаковал ли Утрос ворота после того, как сработала магия переноса.
Люди ее не слушали. Они бежали, спасая жизни, забирая с собой родных и друзей. Они поступили храбро, когда внесли имена в список Деймона и Квентина, но большинство добровольцев не верили, что придется платить цену. Стражники перегородили выходы с арены и сражались с теми, кто пытался прорваться. На улицах города солдаты без разбора хватали всех, кого могли найти.
Трусы не заслуживали Ильдакара. Их кровь слишком слаба, чтобы принести пользу магии. Тора снова воспользовалась воздушным клинком, с силой взмахнув им и потратив много магии. Одним ударом она полностью отрубила головы тринадцати жертвам. Они упали, проливая из обрубков шей алые струи, а головы покатились по земле.
Деймон и Квентин продолжали орудовать ножами, но теперь их жертвы отбивались. Сотни людей убегали, словно перепуганные овцы. Тора знала, что они убили только половину от необходимого для савана количества.
— Нет! — чуть не рыдала она.
Еще один отряд стражников вбежал на арену, и Тора с облегчением подумала, что у них подкрепление. Но они пришли не чтобы помочь ей сражаться, и выглядели потрепанными и испуганными.
— Норукайцы карабкаются по скалам! Многие уже проникли в туннели. Скоро внутри стен будут тысячи налетчиков.
— Времени не хватит! — Торе хотелось закричать.
Если саван не будет поднят в течение нескольких минут, если невидимые стены не вырвут ее прекрасный город из потока времени, то все будет потеряно. Ее надежды рушились.
— Больше, убейте больше! — Она снова ударила магическим клинком, зарезав тех, кто пытался сбежать. Силы ее были на исходе.
Деймон и Квентин впали в исступление и уже не перерезали горла, а просто наносили удары всем поблизости. Забрызганные кровью высокие кварцевые призмы медленно вращались, а тусклый солнечный свет падал на вогнутые зеркала, направляя магию и энергию в изогнутый серебряный тигель, из которого вытягивались линии магии крови.
— Почему вы не спасаете Ильдакар? — истошно орала Тора убегающей толпе. — Почему не делаете то, в чем нуждается ваш город?
Эти трусы не заслуживали ее прекрасного идеального города. Она ненавидела их. Воздух пропах страхом, а металлический запах крови смешался со зловонием смерти. Груды тел походили на осадную стену. Тора была в отчаянии.
— Почему они не хотят платить цену? Должен быть способ.
Деймон и Квентин повернулись к ней. Измотанные волшебники были перепачканы кровью. Она была так взбешена, что не заметила отчаянного блеска в их глазах. Два волшебника с ожесточенными лицами приблизились, сжимая кинжалы в скользких от крови ладонях.
— Способ есть, и вы это знаете, — сказал Деймон.
— Каждый должен заплатить цену, — сказал Квентин.
— Мы завершим кровопролитие, — добавил Деймон, оглянувшись на товарища. Тот кивнул, и они вдвоем пошли на Тору. — Вам известно, что нужно магии. Мы уже принесли сотни жертв, и магия набирает силу. Нужно только подтолкнуть ее.
— Этого недостаточно, — сказала Тора, сердито и разочарованно пожав плечами. — Вы знаете, что недостаточно.
— Но вы можете сделать остальное, — продолжил Квентин. — Вы сами сказали, что кровь одаренных намного сильнее. Властительница, вы самая могущественная колдунья в Ильдакаре, и магия крови в вас сильнее, чем в сотнях неодаренных.
Деймон с ножом подошел еще ближе:
— Вы можете закончить это. Одна жертва. Вы говорили, что каждый из нас должен быть готов заплатить цену.
Тора похолодела.
— Вы глупы, если думаете, что сможете сделать все без меня.
— Не без вас. Нам нужны вы и ваша кровь, — сказал Деймон. На его усах запеклась кровь, которая брызгала ему на лицо.
— Вас признали виновной и опозорили. — Квентин старался говорить убедительно, тоже наступая на Тору с ножом. — Вы говорили, что хотите вернуть себе доброе имя. У вас есть такая возможность.
Тора рванулась к ним, призывая свой дар. Она хлестнула по воздуху невидимым клинком, но Деймон и Квентин подняли щиты и блокировали атаку.
— Вы сильны, властительница, но вам не по силам сражаться сразу с двумя волшебниками.
Деймон замахнулся жертвенным кинжалом, и она призвала все свои силы, чтобы отбросить его кулаком из воздуха, пронизанным нитями молний. Удар заставил Квентина пошатнуться, но Деймон, который был мастером формы, собрал мягкий песок арены и заставил его толстым одеялом обернуться вокруг ног Торы до самой талии. Властительница пыталась высвободиться, ее взгляд источал яд.
— Не подходи!
— Ваша кровь может спасти город, и вы это знаете. — Квентин двинулся на нее. — Не боритесь с нами — времени не осталось.
— Нет! — крикнула она, когда два волшебника кинулись на нее с поднятыми кинжалами.
Магией Тора разметала песок, сковывавший ноги, но поток воздуха от Деймона повалил ее на спину. Она упала на пропитанный кровью песок, не в силах подняться. Квентин и Деймон навалились на Тору, придавливая ее магией. У нее почти хватило сил, чтобы отшвырнуть их обоих — почти, — но Деймон вонзил острие кинжала в ее горло и надавил, пробивая твердую кожу.
Она царапала его руку, пытаясь убрать кинжал; затем клинок Квентина тоже воткнулся ей в шею. Приглушенный крик Торы вскоре утонул в крови — сильной одаренной крови.
Угасающим зрением она видела красную реку, текущую к центру символа. Ее ярость нарастала даже сейчас, и Тора с самодовольным удовлетворением отметила, что ее могущественной крови действительно хватит. Теплая жидкость пролилась в канал, заполняя узор заклинения. В последние мгновения жизни Тора ощутила яркую и торжествующую магию, выплеснувшуюся в воздух.
* * *
Измученный Деймон выпрямился. Он повидал за сегодня слишком много крови и смертей, но эта была последней и наиболее важной.
— Быстрее! — сказал Квентин.
Он сгреб Тору за плечи, наклонив ее голову и обмякшее тело, чтобы остатки алой жидкости вытекли в желоб. Кровь текла подобно маслу, заполняя огромный узор и собираясь в центральной точке.
В обычной ситуации здесь собрались бы все члены палаты. Деймон надеялся, что Тора сама будет направлять магию, но они с Квентином знали, что делать. Когда кровь могущественной колдуньи смешалась с кровью других жертв, они призвали рассеянную в воздухе магию, и направили по линиям, которые проходили через весь Ильдакар.
Многие из убегавших добровольцев остановились и уставились в небо, когда воздух замерцал. Волна магии вытекала с арены, поднимаясь от тигля и вращающихся призм. Большой и сложный узор заклинания светился на пропитанном кровью песке.
— Саван! — с благоговейным трепетом прошептал Деймон.
— Саван... — повторил Квентин.
Воздух вокруг них изменился, когда весь город укрылся от потока времени в защитном пузыре и стал недосягаем.