А что потом ? (ЛП)

Мне становится жарко, а дом кажется намного меньше, чем есть на самом деле. Быстро встаю на ноги.
— Я изменила своё мнение. Я уезжаю.
— Лиза, ладно тебе, — говорит Дэни, не способная скрыть отвращение в своём голосе.
— Мне просто нужно время. — Останавливаюсь перед входными дверями. — Скажи Уилле, что мы ещё увидимся.
Прежде чем я забираюсь в машину, выплёвываю на обочину то немногое, что сегодня съела.
 
 * * * 
 
Моя голова раскалывается. Открываю глаза и вижу размытую фигуру Эйдана, стоящую передо мной. Он держит полупустую бутылку Джека Дэниэлса и презрительно качает головой. Он выглядит злым. Я чертовски уверена, что не хочу иметь дело с этим дерьмом, особенно с раскалывающейся головой.
— Где Уилла? — резко спрашивает он.
Я закатываю глаза, всё ещё немного пьяная.
— Я отвезла её обратно к тёте. Я пока не готова. — Перекатываюсь на кровати и натягиваю одеяло на лицо.
Парень быстро стаскивает его с меня.
— Ты пока не готова? — Горько, с сарказмом спрашивает он.
— Просто убирайся. — Я дёргаю у него покрывало, но парень намного сильнее меня, и я падаю обратно на кровать, когда он отпускает простыню. — Почему ты такой придурок! — Голос дрожит. — Разве ты не знаешь, через что я сейчас прохожу?
Его глаза практически вываливаются из орбит, и он начинает смеяться.
— Ты издеваешься, чёрт возьми? — Его взгляд темнеет, а крылья носа трепещут. — Через что ты сейчас проходишь? Давай посмотрим. Ты сломала жизнь лучшего друга, трахаясь с его отцом, родила от него ребёнка, а единственная мать, которую знает этот ребёнок, сейчас умирает. И давай не забывать о том, что ты, вероятно, разрушила брак Уилла каким-то бредом восьмилетней давности. Не то, чтобы ты не должна была раскрывать правду, но, чёрт возьми, восемь лет спустя? Когда у всех всё образовалось? И после всего этого ты сидишь здесь, рыдающая и пьяная, устроила тут вечеринку жалости и рассуждаешь о том, через что ты сама сейчас проходишь?
Я уставилась на этого поддельного Капитана Америку. Его светлые волосы отросли после того ёжика, с которым он вернулся из армии. Не могу поверить, что он это сказал. Открываю рот, чтобы защититься от его нападок, но ничего не могу придумать. Так что спрыгиваю с кровати и толкаю парня в грудь так сильно, как могу. Он же просто отталкивает меня обратно на кровать одной рукой. Снова вскакиваю и замахиваюсь на Эйдана, но он хватает мою руку и заламывает её мне за спину.
— Отпусти. Эйдан! — хриплю я, но мужчина подтаскивает меня к зеркалу в полный рост.
— Если тебе хочется злиться на кого-то, то смотри. Она здесь. Вот на кого ты должна злиться, а не на меня. На твоём месте я бы предложил быть немного милее со мной, потому что я единственный друг, который у тебя остался, — проговаривает Эйдан перед тем, как отпустить меня.
Из-за того факта, что Эйдан остался моим единственным другом, хочется разреветься. Вот если бы можно было вернуться в пятый класс и надрать ему задницу. Единственная хорошая вещь в том, что он здесь, — это то, что я не позволю себе расплакаться перед ним — у меня все ещё остались крупицы гордости. Хватаю подушку и кричу в неё.
Я облажалась. Такое случается часто, но в этот раз я серьёзно облажалась. Не могу поверить, что сделала это! Обычно, когда мы с Эйданом ссоримся, я звоню Крису… Я была в таком восторге, когда вернулась после колледжа, а он снова со мной разговаривал… Наверное, я больше никогда не смогу позвонить Крису. Чувствую, что эмоции пытаются взять верх, но не здесь, не перед ним. Злость, раздражение и горечь — то, с чем имеет дело Эйдан. Настоящая грусть и сожаление — это Крис…
— Я не готова к этому, — И я плачу, как бы сильно ни сдерживалась.
Впервые он смотрит на меня с сочувствием. Парень садится рядом и притягивает меня в свои объятия.
— Я не готова растить дочь, особенно одна. Она заслуживает лучшего, чем-то дерьмо, в котором я живу. Я не хочу стать её Иви, — говорю я. Мой телефон звонит.
— Хочешь, чтобы я посмотрел, кто звонит?
Я киваю.
 
— Тётя Дэни, — говорит он.
Я смеюсь и качаю головой.
— Я не могу говорить с ней, не когда я ещё немного пьяна и в расстроенных чувствах.
Он кивает.
— Ты же учитель, Ли-и-и-из. Дети любят тебя. Ты действительно думаешь, что будешь плохой мамой?
Я хихикаю.
— Странным, извращённым способом, и не надо ненавидеть меня. но я стала учителем из-за Уилла. Дети любят меня, а я люблю детей, но чтобы постоянно иметь своего? Быть ответственной за то, каким человеком он станет? — Я вздыхаю и закрываю руками лицо. — Думаю, ей будет лучше с моими дедушкой и бабушкой.
Он опускает лицо.
— Разве дедушке и бабушке не около семидесяти?
— Да.
Мой телефон снова вибрирует. Эйдан берёт его и вздыхает. Протягивает его мне. Это текстовое сообщение от Уилла.
«Я могу увидеть её?»
Я закатываю глаза и выключаю телефон.
— Думаю, мне нужно убраться отсюда. Из этого города, от этих людей, от этих воспоминаний. — Потираю заднюю часть шеи.
— Ты помнишь Бретта? — с заминкой спрашиваю я, и парень закатывает глаза.
— Того парня, с которым ты встречалась в школе? — поколебавшись, спрашивает Эйдан.
— Да, у него своя риелторская компания в Сан Франциско. Мы разговорились, и я думаю, что это могло бы быть неплохой сменой обстановки, — говорю я, и друг качает головой.
Бретт всегда был хорошим парнем, а Сан-Франциско — удивительный город. Это подходит мне намного больше, чем та ужасная фантастическая жизнь, которой я сейчас живу.
— Что насчёт Уиллы? — спрашивает парень, и я слышу волнение в его голосе.
— Я не говорю, что это навсегда. Только на время, пока я не выберусь из этого дерьма и не стану лучше для неё, — говорю я, пытаясь убедить его, что это хорошее решение, пытаясь убедить себя. Я вздыхаю и поднимаюсь с пола.
— Увидимся после, Лиза, — говорит парень с небольшой улыбкой, и я киваю. Но когда он уходит, я начинаю рыдать и появляется такое чувство, словно я только что потеряла своего последнего друга.
 
 * * * 
 
Я была дома одна на протяжении двух недель. Никаких звонков: ни от тёти Дэни, ни от Уилла, ни от Эйдана. Дни смешались в один, и я, в основном, провожу их в пьяном угаре и просматривая какое-то дерьмо по телевизору, выискивая тех, кому ещё хуже, чем мне. Я никого не хочу видеть, пока не смотрю дневное шоу под названием «Я сплю со сводным братом и отчимом».
В дверь звонят. Я только что заказала пиццу, но это будет рекордное время доставки. Хватаю кошелёк со стола и открываю дверь, но рука закрывает, когда я вижу её. Дыхание застревает в горле. Это первый раз, когда я вижу её после того, как она всё узнала. Взгляд не отрывается от её лица, как бы сильно я не хотела отвести его. Тяжело сглатываю, пытаясь придумать, что сказать. Никакие слова не кажется правильными. Не похоже, что она злая, грустная или ещё чего. Выражение её лица совершенно нечитаемое и это очень сильно пугает меня.
— Я могу войти? — тихо спрашивает миссис Скотт так, словно это самая нормальная вещь в мире, словно всё в порядке и мы с ней друзья.
В голове проносятся все мысли, которые я видела в своей жизни, и я гадаю, пришла ли она меня убить.
— Или ты можешь выйти. Я просто хотела поговорить с тобой, — говорит она, словно бы прочитав мои мысли.
Осознаю, что веду себя смехотворно. Если бы Гвен хотела убить меня, то это не было бы средь белого дня и не с машиной, припаркованной перед домом. Отхожу в сторону, чтобы пропустить женщину в дом и закрываю за ней дверь. Она быстро оглядывается и садится на диван. Я нервно мнусь на месте.
 
— Ты, наверное, задаёшься вопросом, почему здесь? — спрашивает она.
Желудок переворачивается.
— У меня есть идея по этому поводу, — осторожно отвечаю я. Она кивает. — Знаю, мои слова для вас ничего не значат, — поколебавшись, проговариваю я.
Гвен смотрит на меня, её глаза всматриваются в меня, и мне становится неуютно. Но я знаю, что этот опыт и не будет приятным, но кто ожидал подобного?