В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре

В 1889 году в жизни художника происходит поворотное собы­тие: он встречает девушку по имени Инга Кристине Дал, родом из города Дрёбака (где, как ты уже знаешь, обитает юлениссе — норвежский Дед Мороз). Она была на одиннадцать лет младше Теодора. Они полюбили друг друга и поженились уже через два месяца после знакомства. Их ско­рый брак оказался счастливым, и у них родились девять детей! Прокор­мить такое большое семейство было очень нелегко, особенно художни­ку. Хотя Киттельсены постоянно испытывали денежные затруднения, Инга до конца жизни была опорой семье и поддержкой своему му­жу. Она была талантливым ор­ганизатором и помогала мужу устраивать выставки, а для де­тей была также и домашней учи­тельницей. Сам же отец семей­ства никогда не упускал случая поделиться с ними секретами художественного мастерства.
Семейство Киттельсенов неоднократно переез­жало. Самым долгим и счаст­ливым было пребывание в имении Лаувлиа в долине Сигдал. Они построили свой дом, обставив и украсив его так, что каждому было ясно: здесь живут люди творческие! Киттельсен оказался искусным резчиком по дереву — стоит только взглянуть на шкафчики и стулья, украшенные причудливыми изображениями троллей и древних королей, чтобы это по­нять. Благодаря своему причудливому убранству усадьба напомина­ла прямо-таки сказочный терем, где сама обстановка навевала вдохновение. В таких благоприятных условиях художник работает весьма плодотворно, выпуская одну книгу за другой. О некоторых из них следует сказать особо.
Как мы уже говорили, ещё во время пребывания в Германии излюбленной темой рисунков Киттельсена становятся животные. И вот в 1893 году выходит целая серия таких рисунков, объединённых общим заглавием «Есть ли у животных душа?». Жабы, лягушки, птицы, насеко­мые изображены здесь в ситуациях, весьма характерных для человече­ской жизни: праздники, пирушки, сватовство, семейные отношения, детские игры — и иллюстрируют свойства и типы человеческого харак­тера. Глядя на эти рисунки, мы невольно догадываемся, что ответ на не­простой вопрос: есть ли у зверушек душа? — может быть только утвер­дительным: да, конечно есть! Тем более если они изображены с душой. Скажем больше: под пером Киттельсена почти все становится оду­шевлённым, живым и близким. Особенно интересно то, что некоторые из зверушек становятся «коллегами» Киттельсена — самыми настоя­щими художниками, на которых находятся и «критики».
В 1900 году Киттельсен выпускает свою самую «страшную» и, пожалуй, самую значимую книгу — «Чёрная смерть», над которой он на­чал работать в 1894-1895 годах. Это иллюстрированная поэма, вклю­чающая 15 стихотворений и 45 рисунков и повествующая об одном из самых трагических событий в норвежской истории — эпидемии чумы, раз­разившейся в Средние века и унесшей жизни больше половины норвеж­цев. Образ главной героини — самой Чумы, с метлой и граблями опусто­шающей города и сёла, — был навеян не только фольклором, но и ре­альными обстоятельствами жизни Киттельсена. В первые месяцы после женитьбы они с Ингой жили в доме в Скате, недалеко от тех мест, где ро­дился художник. Там их иногда навещала одна старуха, столь же без­образная внешне, сколь и мерзкая по характеру, которую в округе так и прозвали: Чума. Судя по всему, Киттельсен представлял себе эту стару­ху, создавая страшный образ Чумы. Удивительно, что все объекты на иллюстрациях к «Чёрной смерти» изображены так, как будто художник (а вместе с ним и зритель) смотрит на них с высоты детского роста! Это мы видим, в частности, на таких рисунках, как «Чума на лестнице» (с. 157).
 Т. Киттельсен. Гениально! 1893
Другая книга, вышедшая в 1900 году, — «Тирилиль Тове» — вновь погружает нас в тайны природы. Зоркий глаз художни­ка, всматриваясь в, казалось бы, обыкновенные пни, деревья и кор­ни, видит в них пугающие и завораживающие образы. Грань между реальным и фантастическим практически невидима.
В книгу «Замок Сория-Мория», задуманную для детей, Киттельсен включил ряд своих иллюстраций к сказкам, снабдив их собственными текстами, выполненными в такой же «сказочной» ма­нере. Киттельсен по-прежнему уделяет много внимания фольклор­ным персонажам. На рисунке «Тролль, задумавшийся над тем, сколько ему лет» мы видим горного великана, трогательно похоже­го на человека, и даже с кинжалом на поясе. Судя по выражению его лица, он погружён не то в дрёму, не то в глубокую задумчи­вость: «В самом деле, чёрт подери, сколько же мне лет?» То, что он стар, не вызывает сомнения: достаточно взглянуть на его ссутулен­ную спину и грубые мозолистые руки. А вот что, интересно, растёт у него на голове? Не только волосы, но и трава, и деревья, что ещё раз подчёркивает его при­надлежность к миру приро­ды. Ответит ли тролль на свой вопрос? Вряд ли, ибо, вероятно, он так стар, что, сколько ему лет, просто не­возможно сосчитать, к тому же тролли, как известно, — существа далеко не из самых умных. Но это не мешает нам любоваться ими и восхи­щаться мастерством худож­ника. Автобиографию, вы­шедшую в 1911 году, Киттельсен недаром назвал «Люди и тролли, воспомина­ния и грёзы». Здесь он рас­сказывает о своей жизни — начиная с детских лет и за­канчивая  годами зрелости. Помимо увлекательного повествования, книга включает множество рисунков, в том числе детских и юношеских.
 
Заслуги художника перед Норвегией были отчасти возна­граждены ещё при его жизни: в 1908 году за свою деятельность он был удостоен рыцарского ордена Святого Олава — высшей госу­дарственной награды Норвегии. Но, к сожалению, даже активная работа и столь высокое признание не спасли Киттельсена и его се­мью от постоянной нужды. В 1910 году местный банк отказал им в поддержке, и они с болью в сердце вынуждены были продать свой дом в Лаувлиа — дом, где каждая половица была пропитана их ду­хом, духом Искусства. Последние годы художник и его семья жили сначала в пригороде Осло, а затем в местечке Йелёйа, недалеко от города Мосс. Несмотря на одолевавшую его болезнь и тяжкое сознание того, что он не в силах прокормить семью, Киттельсен ра­ботал до последних дней. И он навсегда остался в сердце норвеж­цев как художник поистине народный, сумевший запечатлеть то, что жило в душе и в сердце у каждого соотечественника. Благода­ря его творчеству не только норвежцы ближе знакомятся со своими сказками, преданиями и природой родной страны, но и люди из многих других стран переживают волнующее знакомство с Норве­гией, полной сказок и первозданной красоты природы.
Старый друг Киттельсена художник Кристиан Скредсвиг посвятил ему следующие слова: «Киттельсен оставил после себя пустоту. Он был уникален — и не будет никого, кто бы мог сравнить­ся с ним. Даже тролли исчезли вместе с ним навсегда. Во всяком случае, я с тех пор их никогда не видел». На самом деле тролли ни­куда, разумеется, не исчезли. Мы всегда можем увидеть их благода­ря Киттельсену — сначала на его картинах, а потом, чего доброго, в лесу или в горах нам вдруг покажется чей-то сверкающий и под­мигивающий глаз... И мы уже будем знать, что эти тролли вовсе не такие злые и страшные, какими порой кажутся.