В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре

Но всё-таки многие считают, что не так уж и плохо иметь в хозяйстве дра­гедокку. У неё всего два недостатка! Во-первых, за службу ей полагается дарить каждый год новое шёлковое платье, а во-вторых — от неё слиш­ком много грязи.
Случалось, что на каком-то хуторе ниссе не было. То­гда его жители всячески стремились заполучить столь прилежно­го работника.
Иногда ниссе можно просто передать от одного хозяина к другому. Жили как-то два брата, один был богат, а другой беден. Когда бедняку пришлось совсем плохо, богатый подарил ему и его семье ниссе со своего хутора, и это действительно принесло удачу иденьги. Но многие считают, что ниссе можно просто позвать, и он придёт на хутор. А чтобы результат был верным, нужно выйти для этого на перекрёсток дорог, то есть туда, где обычно собираются все жители параллельного мира.
Бывает, что ниссе предлагает свои услуги сам, и тогда он обычно приходит на хутор в виде маленького человечка в красной шапке и спрашивает, не нужен ли хозяевам умелый работник, которому в качестве платы за его труд достаточно раз в год поднести миску каши.
Но, нанимая ниссе, нужно обязательно соблюдать некоторые правила.
 Трудовой договор 
Настоящий договор заключён навсегда (на веки вечные) по обоюдному согласию между Нильсом Нильсеном (далее Ниссе) и бондом_________ (вписать имя), хозяином хутора_________(вписать название хутора), в том, что Ниссе нанимается служить хозяину верой и правдой и берёт на себя следующие обязательства:
1.    Уход за скотом (уборка хлева, выпас коров, чистка лошадей и прочие к этому относящиеся работы).
2.    Помощь в поле (сев и уборка хлеба, уборка сена и прочие к этому относящиеся работы).
3.    Помощь на кухне (мойка посуды и чистка до блеска котлов, ка­стрюль и сковородок).
4.    Прочая помощь по хозяйству, например: молотьба, починка утвари и инструмента и прочее, относящееся к этому, по пер­вому требованию хозяина.
5.    Обеспечение счастья, удачи и благополучия на всём хуторе.
За это хозяин обязуется:
1.    Кормить Ниссе раз в неделю в четверг вечером кашей, а 1 (один) раз в год, на Рождество, выдавать такой каши боль­шую миску.
2.    Соблюдать тишину после двенадцати часов ночи (полуночи) и заставлять своих домочадцев от мала до велика и всех до единого делать то же самое.
3.    Не перечить Ниссе, если тот выберет себе любимую лошадь, а именно: не отбирать у той лошади излишков сена, которые ей даст Ниссе, не загонять ту лошадь до смерти, не хлестать её без надобности кнутом. Если же Ниссе выберет себе любимую корову или козу, то и тогда не препятствовать ему ухаживать за той коровой или козой.
4.    Оказывать по мере сил и возможностей всяческое уважение Ниссе и всецело подражать ему во всём, в чём Ниссе принима­ет участие, а именно: к домочадцам от мала до велика и ковсем до единого относиться ласково, к домашнему скоту — без жестокости, к работе — с усердием, к отдыху — с умеренно­стью, к еде — с воздержанностью, к одежде — со скромностью.
5.    Рассказывать молодым поколениям о Ниссе и обучать их всячески верному, вежливому и почтительному с ним обхождению.
Если случится так, что Ниссе не соблюдёт условий этого договора, то падёт тогда вечный позор и на него, и на родственников его, и на де­тей его. Если же условий договора не выполнит хозяин, то за Ниссе ос­таётся право:
1.    В случае незначительного нарушения условий данного дого­вора предупреждать об этом хозяина шумом в доме и хлеву, битьём посуды на кухне, причинением мелкого вреда хозяй­ской собственности (утвари, инструменту и прочее) и вообще по-всякому, как Ниссе сочтёт нужным.
2.    В случае значительного нарушения условий данного договора расторгнуть его в одностороннем порядке и покинуть немед­ленно по расторжении данного договора хозяйский хутор на­всегда (на веки вечные) без возврата.
Прочие экстренные случаи должны разрешаться сторонами по обоюдному согласию и доброй воле немедленно и с достижением скорейшего и надёжнейшего перемирия.
 
На этом согласны и скрепляем своё согласие печатью и подписями.
/Ниссе/
/Хозяин/
Также следует помнить, что ниссе не любят, когда в их присутствии упоминают имя Господне. Забыв об этом, можно попасть впросак, как это случилось с одним бондом и его женой. Как-то раз разговаривали они друг с другом, горько сетуя на свою бед­ность, когда бонд сказал вдруг, что было бы неплохо, если бы у них ниссе был прислугой. Едва он сказал эти слова, как с чердака по­слышались шаги ниссе. «Ну вот, — сказал бонд, — он у нас есть!» (Господи Иисусе, что ты такое говоришь?» — воскликнула его жена, и в тот же миг они услышали, как ниссе проломил чердак и ушёл из дома, прихватив с собой кусок стены.
Кроме того, нужно понимать, что если ниссе придёт жить на хутор, будет очень непросто прогнать его оттуда. Более того, иногда всё происходит наоборот: сам ниссе вынуждает хозяев пе­реехать на новое место, лишь бы от него избавиться. Но часто это заканчивается тем, что, как только последняя повозка трогается с места, на ней вдруг видят маленького человечка, одетого в серое, который сидит и смеётся над бедными хозяевами.
Зачем же прогонять такого полезного работника, спро­сите вы? На то могут быть две причины. Некоторые особо набож­ные бонды считали ниссе нечистой силой и боялись связываться с ними, каких бы выгод это ни сулило. Один бонд как-то посетовал в разговоре, что у него нет такого помощника по хозяйству, как ниссе. И что же? Когда он вернулся на хутор, то увидел, как какой-то человек в красной шапке ухаживал за лошадьми. Так повелось изо дня в день, и бонд стал подозревать неладное. Он просил но­вого работника уйти с хутора, но всё было зря: жизнь на хуторе стала беспокойной. Дошло до того, что работник однажды сильно ударил хозяина. Он закричал: «Вон! И где ты был, когда Иисус поя­вился на свет?», но ниссе (а это был он) только криво усмехнулся в ответ. Избавиться от нежеланного помощника смогли только то­гда, когда полгода отзвонили в колокола в трёх церквях в каждый церковный праздник.
Вторая причина, по которой хозяин может захотеть изба­виться от ниссе, связана с крутым нравом ниссе. Они чрезвычайно обидчивы и абсолютно не терпят вмешательства в свои дела.
Самое страшное оскорбление, которое можно нанести ниссе, — съесть его кашу. За это можно поплатиться жизнью. Рас­сказывают, что на каком-то хуторе служанка съела кашу, предна­значавшуюся ниссе. Тогда ниссе разозлился и до смерти закружил её в танце, приговаривая: «Ты съела мою кашу, теперь тебе придётся потанцевать со мной!»
Ниссе очень легко обидеть словом. На хуторе Нерсвеа в Эстердале ниссе случайно разбил кружку. Когда хозяйка хутора во­шла вечером в хлев и увидела осколки, она так разозлилась, что нача­ла громко ругать ниссе на чём свет стоит. А ниссе стоял за кувшином и слышал всё, что она говорила. Её слова показались ему очень обид­ными: «Я служил тебе так много лет только за еду. Неужели нельзя было простить мне разбитой старой кружки? До сегодняшнего дня я ра­ботал на тебя — теперь хватит!» С того вечера в хлеву стало неспокой­но. Сено кончилось, коровы отощали — пришлось ехать на сетер за сеном сразу же, как только выпал снег. И вот на сетере, когда хозяйка хутора уже лежала в кровати, в комнату вошли двое. Одеты они были в серое. Хозяйка перепугалась и притворилась, будто спит. Один из них сказал: «Смотри, спит, ух я ей сейчас отомщу за те злые слова, что она сказала этой зимой, когда я разбил кружку в хлеву!» Как только хо­зяйка это услышала, вскочила она в кровати и закричала: «Вон отсю­да! Ничего вы мне не сделаете, я ведь «Отче наш» на сон прочла!» Тут же оба исчезли через печную трубу, только их и видели.
Ниссе не выносит плохого обращения с животными. На од­ном хуторе служанка рассказывала, что много раз слышала, как ниссе горько плакал в хлеву: так плохо обращались на том хуторе со скотом. Наконец ниссе не вынес этого и просто уехал с хутора.