Док и его кот (СИ)
Каким чудом я успел поставить на дыбы жеребца — сам не знаю.
Конь жалобно заржал и стал заваливаться на бок, а я кубарем полетел из седла на землю.
Тут бы мне и конец пришёл, но от фургонов треснул жиденький залп, и солдаты стали разбегаться по сторонам.
— М-мать… — я рванул на корточках в противоположную от них сторону. Вслед пальнули — предплечье обожгло как огнём, но я всё-таки умудрился нырнуть рыбкой за большую корягу.
Зло выругался, увидев на рукаве плаща кровь, выхватил «Смит» и сгоряча высадил весь барабан в белый свет как в копейку.
Вряд ли в кого попал, но вот ответные выстрелы, совсем наоборот, оказались вполне меткие. От коряги только щепки полетели и, если бы я не успел спрятать башку — на этом моему вестерну пришёл бы самый настоящий конец.
От фургонов продолжили палить, но особого эффекта стрельба не давала.
Солдаты стреляли не в пример уверенней и отступать не собирались.
— Лео, бери своих и обойди этих засранцев справа. Джек — ты слева, — уверенно командовал кто-то невидимый для меня хриплым басом. — Убивайте всех, нам свидетели не нужны. А этого ублюдка я сам возьму. Гарри, Вилли, мать вашу, прикройте…
— Хер тебе на воротник… — я быстро откатился за толстую сосну, прижался спиной к дереву, выбросил из барабана стреляные гильзы и принялся лихорадочно заряжать в каморы новые патроны.
Закончив, взвёл курок, быстро выглянул и снова, толком не успев прицелится, пальнул в выскочившего на меня солдата.
Думал, что опять промазал, но тот как-то странно хрюкнул и, подволакивая ногу, рванул в сторону.
В кустах вспухли серые дымки, бабахнули выстрелы.
Рядом с головой противно вжикнула пуля. Вторая саданула в дерево всего в паре сантиметров от щеки.
— С-сука… — я несколько раз выстрелил в ту сторону и, петляя как заяц, рванул к следующему дереву.
Спасало только то, что солдатам приходилось после каждого выстрела заново заряжать винтовки.
Героически убить всех супостатов, как это случалось раньше, никак не получалось, я толком даже попасть ни в кого не мог, а тем временем, от фургонов донёсся перепуганный женский вопль.
Судя по всему, дезертиры успели добралться до каравана.
Обречённо выругавшись, я уже решил пойти в рукопашную, но тут из леса донёсся очень знакомый мне, жуткий, леденящий кровь в венах, переливистый волчий вой.
Скорее всего, дезертирам он тоже был очень хорошо знаком, потому что среди деревьев сразу же понеслись перепуганные вопли.
— Меднолицые…
— Сиу!!!
— Бежим, бежим…
— Уходим!..
— Проклятье…
Осторожно выглянув из-за дерева, я поймал мушкой обтянутую синим сукном спину улепётывающего дезертира и плавно нажал на спусковой крючок.
«Смит» дёрнулся в руке, бабахнул выстрел, солдат споткнулся, пошёл боком и рухнул на землю.
— Наконец! — я удовлетворённо хмыкнул и побежал к фургонам.
Выскочил на дорогу и сразу же чуть не схлопотал заряд картечи — сноп прошёл прямо над головой, даже ветерок волосы взлохматил.
— Ой… — перепугано охнул голос потомственного дворецкого.
— Ты меня когда-нибудь точно угробишь, грёбаный ниггер… — гаркнул я, едва не наделав в штаны от испуга. — Не стрелять, мать вашу…
На поверку, дела обстояли не так плохо, как показалось мне сначала. Неподалёку от повозок валялся труп солдата, второй скулил, держась за ногу рядом с первым.
С нашей стороны одному из переселенцев прострелили плечо, одной женщине — руку, а Ромео, к большому моему удовлетворению, пулей порвало ухо.
А ещё, все были дико перепуганы индейскими воплями.
Я, совсем наоборот, сопоставил некоторые факты, почти полностью успокоился и успокоил остальных.
Куда Мусичка сваливал ночью и сегодня утром?
Чьи взгляды я чувствовал со стороны леса во время разговора с дамами?
Почему вопль одиночный и, хотя раздается с разных сторон, но только через время, как будто кричит один человек?
Почему-то мне кажется, что я знаю этого индейца.
И догадка очень скоро получила своё подтверждение.
Примерно через полчаса на дорогу вышел один единственный представитель аборигенов Северной Америки и лёгким пружинистым шагом пошёл в нашу сторону. Стройный, худенький и очень симпатичный.
В правой руке краснокожий, а точнее, краснокожая, держала карабин Винчестер, за плечом у неё виднелись стразу три винтовки Спрингфилда, а в левой томагавк.
А рядом с ней рысил с задранным в небо хвостом Мусичка.
Я обречённо покачал головой и вышел навстречу.
— Ты ждал меня? — ласково улыбнулась Муна. — Я пришла…
— Это что за краснозадая сучка? — возмущённо прошипела Пруденс за моей спиной.
— Я очень смутно представляю, кто это, мисс Меллори… — спокойно ответила ей Бель, — но подозреваю, уж простите за прямоту, что теперь сосать у мистера Вайта буду не я, и тем более не вы, а именно эта краснозадая сучка.
Глава 14
— Клянусь Господом!!! — жалобно взвыл молодой парень. — Я не хотел на вас нападать, простите! Чем угодно поклянусь, только спасите!!!
По его худому, вытянутому лицу, с запавшими глазницами и щеками потекли слезы.
Я невольно покачал головой, глядя на месиво из костей и мяса, в которое картечь превратила ногу.
После стычки с нами все дезертиры благополучно сбежали, оставив два трупа и вот этого подбитого бедолагу. Поселенцы предлагали без лишних затей его повесить, но я отстоял пленного и в припадке альтруизма решил его прооперировать, а заодно попрактиковаться в ампутациях.
— Будем резать? — Ромео, похожий на султана из-за бинтов на башке, деловито потёр руки.
Потомственного дворецкого я своим волевым решением назначил операционной сестрой, потому что мисс Меллори и мисс Морган наотрез отказались мне помогать. Думал, что и чернокожий будет отбрыкиваться, но он на удивление охотно согласился.
— Будем… — я тщательно вымыл руки в жестяном тазике и принялся вытирать их куском тряпки. — Ну что, приступим?
— Док… — Ромео подал мне жутковатого вида серповидный нож.
— А может у вас найдётся стакан виски? — парень с ужасом покосился на чернокожего.
— Есть кое-что получше… — я сначала перетянул парню ногу жгутом, ввинтил ему в рот кляп, а потом взял увесистую плотницкую киянку. — Приподними башку. Выше! Мистер Роббинс, придержите голову больному.
Немного поколебался и резко влепил дезертиру молотком под затылок.
Да, примитивно, грубо и очень опасно, не спорю, тем более, я очень смутно представляю, куда надо бить, чтобы надёжно вырубить пациента, но ещё в грёбаном Вирджиния-Сити у меня вышел весь запас эфира и раствора кокаина, а паренёк потерял много крови, так что операцию без анестезии мог и не перенести.
Раздался глухой стук, парень ойкнул и недоуменно просипел сквозь деревянную затычку:
— Вшоше еще шолиш, шош…
Я ругнулся и засадил сильнее.
— Шошит, ещё шошит!!! — недовольно замычал пациент.
— Твою же мать… — молоток ещё раз взлетел в воздух и снова приземлился на голову пациента.
Раздался глухой хруст, дезертир гулко испортил воздух и наконец, вырубился.
— Странно, прошлый раз с первого раза получилось… — я довольно хмыкнул и попробовал прощупать пульс парню. — Не понял…
Пальпация места удара прямо подсказала, что пульса уже никогда не будет — кости черепа ощутимо промялись внутрь.
— Проклятье… — оттянув веки парню, я глянул на зрачки, попробовал ещё раз найти пульс, а потом, сгоряча забросил киянку в угол.
— Так, что, резать не будем, мистер Вайт? — Ромео с огорчённой рожей махнул резаком крест-накрест, словно шашкой.
— Уже нет… — зло буркнул я и уже на выходе из палатки бросил потомственному дворецкому. — Скажи, что я приказал закопать где-нибудь…
Лагерь жил своей жизнью, женщины кашеварили, мужики стояли на постах, чинили фургоны и таскали дрова, лошадки хрупали травкой, шлюхи играли с Хоуп, Эльза ворковала с Гофманом, а помирившиеся перед лицом новой опасности, мисс Меллори и мисс Морган, мирно попивали кофеёк.