Кровавая битва Богов (СИ)
— Подождите, — попросила она. — Слишком много людей, — она обвела большим пальцем кончик указательного, и людей кругом стало меньше. Нет, они не исчезли. Просто, будто по воле случая, выбирали другие тропинки, сворачивали при виде нас, как бы внезапно захотев в туалет. — Так гораздо лучше. Можно и поговорить.
И мы побрели по тропинке, как какая-нибудь парочка из бульварного романтического фильма. Я не понимал, как ей удалось, не обронив и капли магической силы, заставить людей разойтись. Может, ей помогла какая-то особая технология, но я не мог понять, какая именно. Проблема в том, что на теле Рэви не было акупунктурных точек.
— Что стало с вашим учеником? — осмелел я, попытавшись прервать воцарившуюся паузу.
— Долгая и грустная история, — ухмыльнулась Рэви. — Пожалуй, одного вечера не хватит, чтобы рассказать её. Вот этим, — Рэви покосилась на меня. — Вы и нравитесь мне, господин Симура. С того самого момента, как мы с вами столкнулись, я ни разу не ощутила между нами связи владычицы и её подданного. Аристократы при виде меня становятся тряпичными, безвольными, обычные люди боятся, а вы даже не опасаетесь задавать мне вопросы личного характера.
— Вы сами выбрали меня кавалером, Ваша Смертность, — я почесал в затылке, лицом изображая доброжелательность и лёгкую неловкость. — А зачем нужен кавалер, который молчит?
— Точно, — подхватила Рэви, сменив тему.
Она вдруг стала такой хрупкой, и такой красивой, что было как-то не по себе от желания утащить её в темноту и там задушить. Удавить. Сломать шею.
— Меня больше интересует ваша душа. О моей мы успеем поговорить, — Рэви не захотела возвращаться к разговору об ученике. — Скажите, почему я ощущаю в вас два самых противоречивых намерения? Обычно люди ко мне такого не чувствуют. Страх, покорность, восхищение, но не любовь и ненависть одновременно. Почему вы хотите и поцеловать меня и убить?
У меня ком к горлу подступил. Неужели она знает, кто я? Неужели просто хочет окончательно уничтожить мою и без того нестабильную психику? Вряд ли. Если бы она хотя бы догадывалась о моём происхождении, разговор сложился бы иначе.
— Вы придумали список ЧИП. Многие из моих друзей пострадали из-за формы вашего правления, — врал я, сочиняя на ходу. — Поэтому я хочу вас убить. А поцеловать…. Ну, потому что вы красивая.
Она рассмеялась. Прямолинейность позабавила её.
— Если бы не моя форма правления, то ни Японии, ни, пожалуй, остального цивилизованного мира не было бы. Именно Японская Имперая первой нашла выход из Кризиса Сухой Земли, и лишь затем остальные государства полностью скопировали то, что сделала я. Города-башни, Острова Лунного Света, защитные шлюзы, спасающие нас от затопления. Всё это придумала я, и я придумала способ демографического контроля, который позволяет нам существовать.
— Но вы уничтожаете собственных подданных, — нахмурился я. — Это низко.
— Быть может, вы когда-нибудь станете Императором. Когда-нибудь займёте мое место, — она печально улыбнулась. — И тогда вам сразу станет ясно, что в политике нет места морали и мирским переживаниям. Вообразите себе высокую башню, изолированную от мира. На вершине башни сто человек, без еды и воды. Что они будут делать?
— Пожирать друг друга, — предположил я.
— Именно. Пожирать. Если до Кризиса Сухой Земли на планете было достаточно места для проживания хоть двадцати миллиардов человек, то теперь человечество существенно ограничено и в площади проживания, и в объеме потребляемых для существования ресурсов. Вы ведь знали, что за пределами городов-башен жить невозможно? Каждый день, когда луна скрывается из вида, уровень моря резко возрастает, затапливая всё города до самой макушки. Именно поэтому шлюзы открываются только ночью. Именно поэтому я вынуждена спасать ситуацию, используя наиболее оптимальный способ контроля смертности и рождаемости. Я много сил потратила, чтобы рост населения сравнялся со смертностью, благодаря чему мы сейчас с вами и гуляем, господин Симура.
— Хотите сказать, что вы не злодей?
— Злодей, — согласилась Рэви. — Но с благородным мотивом. Если пытаться идти дорогой добра в этой ситуации, умрём мы все.
— Бред…. - это я маху дал, погорячился. Вовремя рот захлопнул. Но Рэви, почему-то, не возмутилась. Напротив — она охотно со мной дискутировала.
— Я не такой монстр, каким кажусь. Именно поэтому я готова помочь вам в обретении новой фамилии и родового разрешения. Мне хочется поменять отношения людей с богами, но из-за повсеместного присутствия кланов на игровом поле это очень трудно сделать.
— Вы же Императрица, — не понял я. — Что вам мешает щёлкнуть пальцем и развеять всех в пыль?
— В своё время мне понадобилась помощь кланов, и самую посильную из них оказал клан Мацубаэ. Тогда у меня не было нужных ресурсов для самостоятельной работы, но теперь они появились, но их тяжело использовать из-за клановой рыночной политики. К тому же, есть не только я, как императрица. Есть люди, которые воспринимают меня определённым образом. Если я просто так начну громить кланы — это вызовет народные возмущения. Всем моим методам есть рациональное оправдание, в том числе списку ЧИП и крышке. Именно поэтому меня не распяли за диктатуру. Каждое моё действие всегда имеет веское основание, в котором есть трагедия, символ и необходимость.
— Объясните проще, — попросил я. — Я не экономист и не политик.
— Мацубаэ и остальные кланы стоят костью в моём горле. Ненависть людей к Богам тоже. Вы в состоянии уничтожить Мацубаэ одним махом, подмять под себя их ресурсы, а так же изменить отношение смертных с бессмертными. Я ведь вижу вашу душу, Макото. Вы хотите власти по непонятным мне причинам. Вы и девчонок из своего клана спасали не ради них самих, а ради того, чтобы не утратить расположение людей и не отрезать себе путь в аристократию. Я хочу…. Направить вас. Вы будете первым Богом с родовым разрешением, и это серьезно изменит божественное реноме в глазах народа. Сделка выгодная, не правда ли? Я понимаю, что вам интересен корень замысла, и он прост. Вы оказались в нужное время, в нужном месте.
— Что вы хотите? — прямо спросил я.
— Сейчас случится что-то ужасное. Что-то, что может сильно подорвать репутацию Богов и создать вам трудности. Что-то, что убьет много людей. Произойдёт трагедия.
— Вы можете остановить это?
— Могу, но не стану. Это должны сделать вы. Любая смерть на руку всей Японии, потому этот теракт мне интересен. Ваша задача, как только он произойдет, отправиться к Хэчиро, и использовать информацию, которую вы получите от полубога по имени Сигурни. Вы станете великим разоблачителем, люди будут на вашей стороне, и как только это произойдёт, мы обсудим дальнейшее сотрудничество. После трагедии возникнет необходимость упразднить Мацубаэ, и вы станете символом этого события.
— Вы можете спасти Горо? — спросил я, понимая, что пути назад уже нет. — Сможете уберечь его?
— Бога Пустынных бурь? Да. Пожалуй смогу, — кивнула она. — Значит, по рукам?
— По рукам, — согласился я. — Вы здесь не случайно, так ведь?
— Нет, — ответила Рэви. — Хэчиро доложил моим людям о Случае 735, и указал на вас. Но вы не Старший бог. Это я поняла сразу, как только мы встретились. И поэтому Хэчиро должен умереть. Не вижу причин не поручить казнь вам. Она выгодна для нас обоих. И ещё…. У вас развязаны руки. Вы можете убить любого, кто осмелится помешать исполнению моего приговора.
Глава 21. "Бойня в парке Рюкю"
Рэви вдруг элегантно клацнула кончиком ногтя по моему ошейнику, он со звоном раскололся надвое, и упал на землю. Я осторожно на неё взглянул, она с ухмылкой произнесла:
— Развлекайтесь, господин Симура. Только прошу не использовать шар, который вы применили в джунглях. Не разнесите тут всё.
Этот жест был мне непонятен. Может быть, Рэви хотела показать меня героем в глазах достопочтенной публики, а может, хотела, чтобы я случайно вышел за грань пятого грейда и пятого эшелона, выдав в себе пришельца из другого мира или Старшего Бога. Одно стало ясно — мне предстояла драка, иначе бы Рэви не стала лишать меня ограничителя мощности.