Превозмоганец-прогрессор. Дилогия (СИ)

– Герцогиня! – воскликнула Эмиля.
– Герцогиня, – промолвил ещё сильнее побелевший Парн, – Сестра нашего короля и наша правительница.
Воровская пара и Айса бухнулись на колени прямо в грязь. Их примеру последовал Сент, едва не похоронивший себя под огромным тюком, который нёс на плечах. Остальные спутники попаданца такого чинопочитания не проявили, но заметно насторожились.
– Герцогиня? – уточнил на всякий случай у молодой женщины землянин.
А то, мало ли что. Вдруг его новые соратники обознались?
– Да, – спокойно призналась она, – Но мне действительно нужна твоя помощь, храбрый воин. Твоя и твоих друзей. И я готова щедро за это вознаградить.
Игорь даже не успел приступить к обдумыванию ситуации, как во двор из трактира вышел какой‑то раб в мешке с дырками и не отходя далеко от чёрного входа принялся орошать землю струёй мочи.
– Пошли на набережную, – скомандовал всем, включая и правительницу герцогства, попаданец, – Беседовать будем по дороге.
– Госп‑под‑да, в‑вы…
Раб, увидевший выходящую из теней подсобных строений большую компанию, растерялся и испугался.
– Мы твой сон, раб, – сообщил ему Егоров, – Забудь.
Пройдя коротким коридором отряд попаданца оказался в едальном зале, битком набитом людьми. Правда, большая их часть уже находилась в невменяемом состоянии.
– Господа, как видите мест нет, – служанка, нёсшая в руках два здоровенных кувшина, если и увидела, откуда появились новые гости, значения этому не придала, – И мы скоро закрываемся.
– Игорь, – услышал землянин голос подруги, – Нам вдвоём надо переговорить. Не торопись принимать решение насчёт герцогини Латаны.
– Точно. Латана, – вспомнил Егоров, – Мне ведь кто‑то про неё говорил, – он бросил взгляд назад и увидел, что герцогиня, как когда‑то Тания, накинула на себя плащ с глубоким капюшоном.
"Так вот вы как выглядите, тайны, блин, мадридского двора. Мне ещё, до кучи, не хватало в политику впутаться", – с сарказмом подумал бывший спецназовец.
  
Глава 22
 
Хозяин "Ржавого якоря" спал в своих семейных комнатах, а в трактире поздними вечерами и ночами всем распоряжался его племянник Желук – круглолицый весёлый парень, молодой, но, как приметил попаданец ещё в прошлые посещения заведения, весьма толковый.
– Игорь, – Желук выходил из подсобки у входа в трактир и был весьма удивлён при виде щедрого торнвальца, проходившего мимо барной стойки, – А ты как и когда здесь…, ‑ племянник трактирщика растерянно смотрел на вереницу людей, сопровождающих запомнившегося красивой дуэлью клиента.
– Дружище, ты ничего ещё не знаешь? – сбил его с мыслей землянин, – Исквариальцы уже в городе. Северные ворота захвачены. Говорят, что часть стражи перешла на их сторону. Скоро в городе будет совсем жарко. Мы вот, как видишь, с роднёй и друзьями хотим покинуть Пелон. Вернёмся, когда всё уляжется. Тебе советую разогнать всех этих…, ‑ Егоров жестом махнул на пьяных, разгулявшихся посетителей, почти утонувших в чадящей копоти жировых плошек, – И закрыться надёжней. На крепкие засовы. Не знаю, как южане, а местные голодранцы, пользуясь временным безвластием… ну, сам понимаешь.
Вывалив на парня, мигом потерявшего свою весёлость, ворох неприятных новостей, заставивших позабыть о странном появлении целой процессии со стороны лестницы и чёрного хода, Игорь жестом поторопил своих соратников со свалившейся на его голову герцогиней и первым вышел на улицу. Сейчас был как раз тот случай, когда командир, по заветам Чапаева, должен находиться впереди. На лихом коне.
В отличие от других районов города, в порту и ночами шла весьма бурная жизнь. Конечно, такого скопления народа, как днём, и близко не наблюдалось, однако, подвыпивших матросов, гулящих девиц и непременных для портового города мутных личностей, шакалящих в поиске наживы, вполне хватало.
Спецназовец перешёл на противоположную от трактира сторону улицы – вдоль причалов, невысоких складов и пакгаузов было светлее, чем в тени двух‑ и трёхэтажных зданий с крутыми крышами. Его команда последовала за ним, как цыплята за наседкой.
 
Тания, поравнявшись с другом и оглянувшись на замыкающую с Лоймом их процессию герцогиню, укутавшуюся в балахон, как, порой, в родном мире Егорова изображали Смерть – лишь остро заточенной косы в руке не имелось для полноты образа, сразу же перешла на деловой тон.
– Она начала наше знакомство с вранья, – напомнила напарница, – Сразу же. Обратил внимание?
– Конечно, – кивнул Игорь, чуть сбавив шаг и вглядываясь в тень между высоким штабелем огромных – вёдер на тридцать каждая – бочек и небольшой мастерской, но, различив, что там затаилась парочка каких‑то оборванцев, вернулся к прежнему темпу, – Но, ты разве ещё не поняла? Она бежит. А, судя по тому, что против неё был сам главный местный чекист, и с Латаной нет никакого сопровождения, измена проникла в самые верха. Доверять никому она не может. Поэтому, скрывает свою личность.
– Зачем тогда она врёт, что ты спас её от смерти?
– Так… если я и в самом деле… герцогине, некоторым образом…
– Она лицемерка. Неужели ты не видишь? Её жизни ничего не угрожало, и не грозит сейчас, – напарница снова оглянулась, – Латана же королевских кровей. Её могут убить только по приказу короля. Понимаешь?
Игорь, конечно, мог бы сказать, что все люди в той или иной степени иногда лицемерят, а уж женщины‑то это делают очень умело, только стоило ли быть капитаном очевидность? Тания разбирается в таких вещах не хуже него. Просто, очевидно, что одна иск‑магиня невзлюбила другую. Такое случается, но не обязательно длится долго. Ничто им не мешает в дальнейшем подружиться или хотя бы нормализовать отношения.
– Не знал о таком трепетном отношении к королевской крови, – хмыкнул попаданец, – Странные порядки. А если на войне? Если сам монарх или принц какой‑нибудь на меня в атаку кинется, тоже потребуется высочайшее разрешение? Тания, давай не будем городить на Латану напраслину. Лучше её саму спросить обо всём. Решим с тобой вместе, как дальше быть.
Когда‑то Игорь с иронией относился к избитому книжному клише об обязательном спасении почти каждым фэнтезийным попаданцем красавицы‑принцессы, и вот сам влип в такую же ситуацию. Что называется, получите и распишитесь. Особой радости от встречи с герцогиней Пелонской в столь странных обстоятельствах землянин не испытывал. Он подозревал, что получил себе лишние проблемы в не самый подходящий момент. Но и надеялся извлечь пользу из знакомства со столь важной особой.
– Решать‑то надо быстрее, – напарница чуть отстала на полшага, – Она ведь одарённая, Игорь. И видела твоё заклинание в действии.
– Я в курсе, и того, и другого, – кивнул попаданец, – Тогда особого выбора у нас нет. Честно говорю, Таня – до того, чтобы спасённую девицу чикнуть бритвой по горлу и в колодец, я не созрел. К тому же, ты сама только что мне говорила про особ королевской крови: нельзя их простым смертным трогать. А Латана ведь не просто герцогиня, а принцесса из царствующего дома. Мало нам ублюдка Роя и недобитого Добряка, нужно, чтобы за нами все владетели континента гонялись, яростно желая подвесить за яйца? – он ругой провёл по низу спины подруги, – Придётся таскать её с собой.
В этот момент, разбрызгивая копытами комья грязи, их обогнала пара всадников, через полсотни метров свернувшая к трёхэтажному зданию из кроваво‑красного кирпича с высоченным шпилем, где располагались и районная управа, и управление порта, и таможня, и стража. Так сказать, всё в одном.
 
– А вот и вестники войны, – высказала догадку иск‑магиня, не найдя аргументов против железной логики в словах друга, – Ну, сейчас тут суматоха поднимется.
– Тогда надо поторопиться. Боюсь, как бы выход судов из гавани не заблокировали, – забеспокоился Игорь.
Егоров понимал, что измена большей части руководителей герцогства, города, стражи и тайной службы вряд ли охватило и низовые звенья этих структур. Предателям ещё требовалось довести изменившиеся обстоятельства службы до своих подчинённых и нейтрализовать тех, кто со столь резким разворотом окажется не согласен. А таких наверняка будет немало.