Наследник, которому по... (СИ)

Метнувшись кабанчиками, те притащили широкий, с металлической бляхой посередине пояс и передали маман.
Приняв тот, она любовно оглядела награду, а затем, повернувшись к отцу, с какой-то нежностью и теплотой произнесла:
– Второй чемпион…
– Это да, – надулся от важности Ричард, – сыновья у нас что надо, оба чемпионы, все в меня.
Конфликт был мигом забыт, как и попытки манипулирования и вот уже за столом воцарилась атмосфера всеобщей любви и взаимопонимания.
Всегда бы так.
– Слушайте, – внезапно произнесла Эльвира, глядя на задумчиво жующую Анюру, тоже, наконец, расслабившуюся и, как и я, отдавшуюся гастрономическому самоудовлетворению, – а почему бы нам не познакомиться с Анюриными родителями?
Светлова тут же подавилась, и мне пришлось несколько раз треснуть её ладонью промеж лопаток, пока злосчастный кусок мяса, наконец, не вылетел.
– А почему бы и нет, – легкомысленно махнул я рукой, – только давайте где-нибудь на нейтральной территории.
Я не считал эту встречу какой-то важной или особенной. Ну что может такого там произойти?
О, как я ошибался.
  
Эпилог
 
Встречу я решил провести в самом нейтральном месте, которое только смог найти – в центральном парке города, где теннистые аллеи, огороженные ровными рядами кустарника создавали уют и, продолжая быть общественным местом, дарили, в то же время, некоторую приватность, скрывая от глаз других посетителей.
Время было буднее, разгар рабочего дня и посетителей в парке было совсем немного, разве что десяток другой мамаш с колясками, но на гигантские размеры парка это было всё-равно, что ничего.
Правда Рассказов-старший чувствовал себя среди деревьев и кустов неуютно, больно ненадёжной ему казалась защита.
– Ну почему не у нас? – бубнил он, хмуро поглядывая по сторонам, – у нас хорошо и стены крепкие и охрана, а тут…
– А тут, Рич, – терпеливо произнесла маман, – городской парк, где на тебя точно никто не нападёт, успокойся уже.
– И всё-таки, у нас было бы лучше, – продолжал бурчать тот.
Ну а я, шуршал первым опадом, ногой шерудя первые жёлто-багряные листья на земле, слушал стрёкотание проносившихся мимо насекомых, чириканье каких-то птиц, обосновавшихся на ветках, и в целом наслаждался. Осень ещё не жахнула окончательно, и деревья были одеты яркие разноцветные одежды, пришедшие на смену летней зелени.
В прошлой жизни так не хватало времени просто постоять и полюбоваться природой. Теперь я был намерен вовсю этой возможностью пользоваться.
Первыми чету Светловых заметил тоже я, потому, что смотрел в противоположную от остальных сторону.
Ричард продолжал вполголоса выражать недовольство, мать его терпеливо увещевала, близняшки умотали куда-то в другой конец, посмотреть на птичек на озере в центре парка, поэтому я первым пожал руку Анюриному отцу и улыбнулся самой Анюре, а заодно и её матери, а затем привлёк внимание родителей.
– Мам, пап, познакомьтесь.
Но стоило моим повернуться, как почти одновременно прозвучало два, почти слившихся в один, вскрика:
– Ты?!
– Ты?!
Наши с Анюрой отцы замерли одновременно поражённые и разгневанные. Они стали напоминать двух вздыбившихся котов, встретившихся на спорной территории.
– Вы знакомы? – удивлённо приподняв бровь, спросил я.
– Да, – сквозь зубы сказал будто плюнул Рассказов-старший, – встречались.
– Странно, что вы так удивлены.
– У него раньше была другая фамилия, – прошипел Светлов-старший.
– У тебя была раньше другая фамилия? – повернулся я к отцу.
– Да, и у него тоже была раньше другая фамилия, – ответил тот мне, кивая в сторону Михаила.
– И у тебя была другая фамилия? – повернулась Анюра уже к своему отцу.
– Да, у меня была другая фамилия, – кивнул Светлов-старший, после чего метнул ещё один злой взгляд на Ричарда – такая же как и у него.
– У тебя была такая же как и у него фамилия? – я вновь перевёл взгляд на отца, чувствуя, что начинаю потихоньку оказываться в каком-то бразильском сериале. Главное только чтобы не в индийском. Терпеть не люблю танцевать.
 
– Да, у нас была одинаковая фамилия, потому что мы братья.
– Вы братья? – снова удивлённо воскликнула Анюра, смотря на своего отца.
– Да, мы братья, – раздражённо буркнул тот, – близнецы.
– Что-то не похожи… – с сомнением протянул я, по степени накала идиотии начиная понимать, что похоже всё-таки в конце придётся танцевать.
– Мы разнояйцевые.
– Так, стоп, – я оглядел вновь обретённых близнецов задумчивым взглядом, – если вы родные братья, то тогда мы с Анюрой…
– Да, – коротко кивнул Рассказов-старший, – вы двоюродные брат и сестра.
От этого известия девушка сначала побледнела, затем покраснела, а потом и вовсе закрыла пылающее лицо ладонями. Я, однако, продолжил опрос, пытаясь восстановить полную картину событий прошлого.
– А как так вышло, что вы друг-друга ненавидите?
Ну а как, я прекрасно видел бросаемые мужчинами друг на друга взгляды, как то иначе их интерпретировать было нельзя. Ненависть, чистая и незамутнённая.
– Он просто завидовал, что я стал болдаром, – ответил мой отец, – у него-то самого не вышло.
– Да нихрена подобного, – зло рыкнул папаша Анюры, – это тебя просто порвало от важности, какой ты стал крутой, и со мной водиться тебе стало западло.
– В любом случае, меня перевели в школу для болдаров, а он остался в малдарской шараге, так что наши пути и так и так разошлись…
– Так, с этим ясно, – покивал я, – а как так вышло с фамилиями?
– Меня приняли в Семью, – хмуро ответил Светлов, – а затем глава Семьи заметил мои способности, и усыновил, дав свою фамилию и женив на собственной дочери, потому, что считал, что я единственный, кто может принять управление, когда он уйдёт на покой.
Я перевёл взгляд на отца и тот, поморщившись, и помедлив секунду, тоже ответил:
– В роду Рассказовых есть традиция, что наследником может быть только сильный болдар огня, мужчина. Так вышло, что у моего будущего отца сделать наследника не вышло, а я был сиротой, с детдома, к тому же, чемпионом своего курса, поэтому он меня усыновил, тоже дав фамилию Рассказов.
– Вы ещё и с детдома, – пробормотал я, вздохнув. Затем встрепенулся, – Погоди, так значит мама тебе кузина была только на словах? А генетически вы даже не родственники?
Ричард хмуро на меня посмотрел, затем нехотя кивнул:
– Да, как, к слову, и твой дед, он тоже был принят в род. Нет, сын, мы хоть и женились на кузинах, но близкородственными связями это не было. Закон рода требует главу – болдара огня, поэтому каждый второй глава рода Рассказовых был в семью принят со стороны, ну а чтобы кровь рода никуда не исчезла, в жёны всегда берут кого-то из женщин рода, именно они обеспечивают кровную связь, между поколениями.
– Мда, на дедов и правда гнать не стоило, всё продумали, – почесал я затылок. Затем мне внезапно пришла в голову новая мысль, – Так стоп! А я-то родной сын, зачем мне кузин в жёны так настойчиво впихивали?
Рассказов-старший вздохнул ещё тяжелей, посмотрел на мать, что стояла поджав губы, дождался, когда та кивнёт, и ответил:
– Так уж вышло, сын, что ты мой сын, но мама тебе не родная, ты был рождён от другой женщины…
– То есть я бастард?
– Нет, – потемнел взглядом тот, – ты был рождён в браке, в моём первом браке, но, став Рассказовым, я развёлся, чтобы женится на твоей новой маме, ну а ты тоже, автоматически, вместе со мной, стал Рассказовым. Поэтому твои кузины тоже тебе не родственницы по крови, но они носительницы крови рода. И поэтому мы и хотели тебе их в жёны.
– А мой брат? – снова спросил я.
– Он – нет, – качнул головой отец, – он, с твоей матерью, наш общий сын, и носитель крови рода, поэтому в жёны может выбрать кого угодно.
– Понятно, чего вы на меня так наседали. Развели тут, понимаешь, интриги. Хорошо, что я теперь не наследник.