Наследник, которому по... (СИ)

После этого мы пару минут побуравили с Грац друг-друга взглядами, но высказывать мне она ничего не стала, дождалась когда доска будет протёрта и объявила, записывая на доске:
– Сегодня будет две темы: нравственный образ жизни и профилактика беспорядочных половых контактов. Но сначала я бы хотела узнать, что вам об этом известно сейчас. Дрейк Рассказов?
И вновь я. Интересно, почему она вдруг так на мне зациклилась?
Но так как у меня была абсолютная память, и учебники я успел проштудировать далеко вперёд учебной программы, то спокойно встал и тезисно всё, что по этим темам было ей пересказал.
Но вместо того, чтобы удовлетвориться, Лика Дартаньяновна только поморщилась и произнесла:
– Рассказов, я не спрашивала, знаете ли вы, что по этой теме написано в учебнике, я хочу услышать ваши собственные мысли на этот счёт.
Интересно девки пляшут.
– Лика Дартаньяновна, – ответил я максимально дружелюбно, – боюсь, мои мысли не слишком совпадают с учебником.
– Вот и отлично, – обрадовалась та, – не стесняйся, иметь собственное мнение, даже если оно в чём-то и неправильное, всегда очень хорошо.
– Ну хорошо, – сдался я, – если вам это нужно, я скажу.
– Да, да, – заулыбавшись, похлопала мне учительница, – просим, просим.
– Моё мнение такое, что всё фигня, хочешь заниматься сексом – занимайся, не хочешь – не занимайся, и нечего тут какие-то условности притягивать с нравственностью.
– Интересное мнение, – прищурившись, произнесла Грац, – ладно, садись. А сейчас, класс, мы разберём подробно, что же такое нравственность в контексте нашего общества.
И она начала занятие, уже развёрнуто объясняя то, что я перед этим перечислил тезисно.
Скука, в общем.
Когда урок закончился, мы тут же принялись собираться, чтобы пойти на физру, но внезапно, стоило мне, собрав учебники, направиться к выходу, как голос Лики Дартаньяновны произнёс:
– Рассказов, задержитесь.
– Иди, – кивнул я вопросительно взглянувшей на меня Анюре, – скажи Николя, чтобы тебя проводил и возвращался сюда.
После чего, повернулся к преподавательнице и вопросительно на неё посмотрел.
– Мне бы хотелось обсудить с тобой твои мысли, мне кажется, ты немного ошибаешься, хотя, – тут она со смехом подняла руки, – согласна, что ты в чём-то и прав.
Стоило из класса выйти последним ученикам, как она подошла к двери и я услышал, как щёлкнул внутренний замок.
– Что бы нам никто не помешал, – пояснила она, затем вернулась к столу и непринуждённо скинула с плеч курточку, оставаясь в одном топике на тоненьких бретельках.
– Дрейк, ну что ты там встал, давай, подходи, я не кусаюсь, – она похлопала по парте рядом с собой.
Пожав плечами, я подошел, присел на краешек парты.
– Вот и славно, – она присела рядом, чуть развернувшись, так, что мне прекрасно стало видно в декольте ложбинку между её грудей.
– И что именно вы бы хотели обсудить? – спросил я, глядя ей в глаза.
– Твоё отношение к сексу, – с лёгким придыханием ответила, придвинувшись ближе, Грац, после чего кончиком языка слегка облизнула верхнюю губу.
– Ну тут, особо, обсуждать нечего, – ответил я, переводя взгляд на доску перед нами, – я к сексу никак не отношусь.
– Почему? – удивилась Лика Дартаньяновна. Придвинулась снова, слегка коснувшись грудью моей руки.
– Потому, что не интересно, – ответил я.
Почувствовал её ладонь на своей коленке, посмотрел туда, затем вновь на учительницу.
– Я могу руку убрать, – произнесла та, но тут же с намёком добавила, – или не убирать…
– Как хотите, – пожал я плечами, – как я уже говорил, секс мне мало интересен.
– Никогда бы не поверила, – проворковала Грац мне на ухо, – что такой молодой и красивый юноша не интересуется таким приятным делом. Хотя может… постой, – она чуть отстранилась, с деланным удивлением произнесла, – ты случаем не девственник?
– Нет, не девственник, – лаконично ответил я. Ну не сообщать же ей, что у меня постельный стаж за тысячу лет перевалил.
– И тебе настолько не понравилось? – она буквально зажала мою руку между своих грудей, а ладонь с коленки медленно поползла выше.
 
– Эх, – я вздохнул, задумчиво глядя в даль, – Лика Дартаньяновна, вот представьте, вы преподаватель, всё время с детьми. Затем приезжаете на отдых на море, и там снова дети, дети, дети…
Я посмотрел на продолжающую заглядывать мне в глаза Грац, проиграл в голове сказанное и тут же спохватился:
– Нет, с детьми неудачный пример. Представьте, что вы врач-нарколог и всё время лечите алкоголиков, приезжаете на отдых на море, а там снова алкоголики, алкоголики, алкого…
Тут я снова понял, что пример не передаёт полную аналогию и, мысленно сплюнув, в третий раз начал:
– Давайте проще, представим, что вы токарь на заводе, вы приехали на отдых, а вокруг станки, станки, станки…
– А-а, – произнесла Лика Дартаньяновна, хохотнув, – теперь поняла, о чём ты. Но неужели у тебя было так много партнёрш, что ты совершенно охладел к сексу?
– Пожалуй, даже слишком много, – ответил я, – когда это становится уже тяжёлым и почти ненавистным трудом, ты понимаешь, что в этой жизни надо что-то менять.
– Может, это потому, что ты не смог найти ту, единственную? – спросила вдруг Герц серьёзно. Но тут же спохватилась, когда я с удивлением на неё взглянул, – скажи, а я тебе нравлюсь?
Фух, я даже слегка выдохнул. Напрягся, когда она так резко, из образа обольстительницы выскочила. Подумал сначала, что это у неё план такой, сработать на контрасте, но, видимо, это был незапланированный момент. Секундная слабость. Которую она тут же постаралась скрыть и ещё сильнее прижалась ко мне.
– Как преподаватель, – ответил я честно, – вполне, видно, что вам ещё не приелось читать одно и тоже каждый год и вы тщательно готовитесь к уроку, есть единственный минус, но он не касается подачи материала.
– А как женщина? – проворковала она, вовсю наглаживая меня между ног.
– Вы имеете ввиду, как объект обладающий противоположным набором половых органов? – уточнил я.
– Ну… да, – произнесла она, слегка обескураженно.
– Ну, – задумался я, – вы неплохи, если сравнивать вас с другими представительницами женского пола. У вас широкие бёдра и большая грудь, значит вам будет проще выносить и родить ребёнка. Ещё у вас тёмные волосы, это признак того, что вы более плодовиты чем светловолосые самки. В целом, когда и если я захочу иметь детей, то буду иметь вас в виду.
– И всё? – растерянно переспросила она.
– А что ещё? – я посмотрел на часы и, взяв портфель, поднялся, высвобождая руку из междусисечного захвата, произнёс, – прошу прощения, Лика Дартаньяновна, но мне надо спешить на следующий урок.
  
Глава 21
 
– Он меня унизил, хнык, хнык…
– Ну не переживай ты так, ну что он мог такого сказать?
– Он сказал, что я годна только детей рожать, хнык, хнык…
– Вот сволочь, и как только наглости хватило!
– У-а-а!..
Старший шериф растерянно хлопотал над льющей слёзы Небоходовой, впервые видя подчинённую в таком состоянии. Метнувшись к шкафу вытащил оттуда рулон бумажных салфеток, протянул Лике. Та тут же отмотала метра два и скомкав в руках шумно высморкалась, затем утёрла слёзы, посмотрела красными глазами на шефа и зло буркнула:
– Гад малолетний – ненавижу.
«Мда, – подумал Восточнолесов, – не такая уж ты и опытная двадцатипятилетняя женщина, если слёзы льёшь после того как тебя сопливый семнадцатилетка отфутболил».
Вслух это старший шериф произносить не стал, чтобы не усугублять психологическое состояние девушки, только заметил:
– Соберись, ты же офицер. В конце-концов, это оперработа, здесь бывают и неудачи. В следующий раз подготовишься лучше и он уже никуда не денется.
– Никуда не денется, влюбится и женится… – тихо пропела девушка, пытаясь улыбнуться, сквозь вновь навернувшиеся на глаза слёзы.
– Ну вот, – заулыбался в ответ Климент Гаврилович, – вот это правильный настрой. Только без женитьбы.