Рождество на побережье (сборник) (ЛП)

Моя сестра так и не появилась после того, как все рухнуло. Мой отец снова женился и переехал на север штата. Мы встречались с ним для небольшого обмена подарками где-нибудь между Рождеством и Новым годом, когда у него было свободное время. Он действительно пытался, и в основном преуспевал, быть лучшим дедушкой, чем отцом для меня, хотя он все еще оставался тем, кем был, человеком, который думал, что деньги всегда были решением.
— Они никогда ни в чем не будут нуждаться в жизни, — сказал он нам, когда усадил Пейна и меня, чтобы показать нам свое завещание, в котором он отдал треть своей жене, как это было предусмотрено их брачным договором, а остальное нашим детям.
Он не понимал этого, когда я настаивала, что хочу, чтобы они зарабатывали то, что они получат, что делала я. Конечно, было приятно жить легкой жизнью со всеми деньгами, которые ты хотел, но это не укрепляло характер; это не позволяло тебе ценить уроки, извлеченные в некоторых трудностях.
В конце концов, на самом деле именно Пейн уговорил меня принять это. Просто на других условиях. Они могли бы использовать любую часть, которая им была нужна для учебы в колледже, если они захотят учиться, но и тогда они не получали бы фактической единовременной суммы денег, пока им не исполнилось тридцать, когда, как мы надеемся, им нужно будет сначала наладить свою собственную жизнь.
— Мы с Ромом говорили об этом, — добавил он, заставив мое сердце немного сжаться. Им было нелегко научиться любить, доверять и полагаться друг на друга, но за эти годы Роман стал таким же близким доверенным лицом Пейна, каким он всегда был для меня. — Он говорил, что думает, что после того, как они получат хорошее образование и некоторый жизненный опыт, получение этих денег может позволить им совершать большие, великие дела в своей жизни, прежде чем они станут слишком старыми и измученными, чтобы перестать думать о сумасшедших, нереальных мыслях.
Итак, однажды моим детям придет неприличная сумма денег в надежде, что они сделают с ними что-то хорошее. И с тем набором персонажей, которыми мы их окружили, все из разных слоев общества, с разными, но одинаково хорошими, взглядами, я была почти уверена, что они сделают именно то, что предсказал Роман.
— Можем мы пойти проверить, не приходил ли Санта? — спросил Джексон, пытаясь скрыть, насколько он взволнован, на случай, если я скажу ему «нет», что им нужно еще немного поспать.
И как бы ни хотелось поспать подольше, наблюдать за Рождеством их глазами было чертовски заманчиво.
— Я думаю, мы могли бы посмотреть, — сказала я, кивая. — Я имею в виду, еще рано, приятель, — добавила я, делая свой голос неуверенным, желая сохранить хотя бы толику сомнения, чтобы не испортить сюрприз.
— Пусть они посмотрят, я пойду приготовлю кофе. Тогда мы сможем посмотреть, как они ворвутся, — прошептал Пейн мне на ухо, целуя меня в висок.
Я уже упоминала, как сильно я люблю своего мужа?
Затем, десять минут спустя, с кофе в руках, обнявшись на диване, мы наблюдали Рождество глазами наших детей.
— Это все из-за тебя, — сказал он мне, когда Уилла вцепилась в подарок, как дикий зверь, всеми когтями. — Постоянно что-то придумываешь. Лучшая гребаная ночь в моей жизни.
Более правдивых слов еще никто не произносил.
— И моя тоже, — согласилась я, прижимаясь ближе и целуя его в шею.
Все до единого были счастливы.