Яд цивилизации (СИ)

– Мы договорились, – кивнул Дорожин после тридцати секунд молчания, видимо ушедших у него на то, чтобы попытаться хоть как-то проанализировать доступные ему варианты. – Если за эту авантюру в рядовые не разжалуют, то можете на меня рассчитывать.
Час спустя массивная и невероятно длинная самоходная карета, которую Олегу очень хотелось назвать автобусом на магической тяге, несла к французскому кварталу двух истинных магов, четырех автоматронов и группу подчиненных лично Дорожину бойцов, которых следователь по особо важным делам убедил примкнуть к планирующемуся мероприятию без лишнего шума. Начальство имело одно мнение по поводу причастности к случившейся трагедии французских контрабандистов, а вот рядовые стражи закона совсем другое. И полагали абсолютно необходимым покарать того, кто покусился на семью одного из них. Группа подобралась достаточно серьезная, чтобы иметь неплохие шансы разделаться если и не со всей охраной казино, то по крайней мере с той её частью, которая замарана в преступных деяниях, а потому не побоится вступить в бой с полицией не на жизнь, а насмерть. Правда, в данный момент времени многочисленные пассажиры необычайно длинной просторной кареты, за исключением искусственных, были озабочены не возможной битвой, а безжалостной тряской. Транспортное средство ежесекундно подпрыгивало так, словно двигалось не по центру Санкт-Петербурга, а по лютому бездорожью. Во время осады города англичанами использовалась не то ну очень крупная шрапнель, не то весьма дальнобойная и многочисленная, однако вместе с тем не сильно-то и мощная артиллерия, в результате чего целые районы украсились бесчисленными глубокими выбоинами в некогда ровной мостовой. И по какой-то причине ни фортификаторы-геоманты, ни обычные дорожные рабочие французский квартал в нормальное состояние пока еще так и не привели. Впрочем, стоящие вплотную нарядные домики, имеющие в большинстве три-четыре этажа, смотря чем считать явно обитаемые чердаки, тоже еще отремонтировать зачастую никто не успел. Вероятно, простые люди ждали окончания зимы, ну а одаренных проблемы низших классов не сильно волновали.
– Даже если французы смогут вызвать какой-то иной отряд полиции в ответ на наше вторжение, я смогу заставить их не вмешиваться. Может быть, завтра меня уже уволят, но сегодня никто кроме представителя боярской думы, мэра Санкт-Петербурга, ректора Академии, посланника патриарха или порученца императора не имеют права мешать следователю по особо важным делам проводить его расследование. – Уверял Дорожин, нервно барабаня пальцами по коленям. – И все это знают, а потому останавливать меня никто не будет…Да и не захочет. Слуги закона, знаете ли, всегда стараются помогать друг другу, а также мстить тому, кто обидел одного из нас. Особенно если речь идет не о официальной дуэли, а о чем-то столь ужасном, как нападение на жилище и похищение домочадцев. Конечно, в любом стаде найдется паршивая овца, а интересы рода или личные запросто могут перевесить профессиональную солидарность, но тем не менее, если мы найдем похищенных, полицейские чины, судьи и таможенники определенно станут относиться к вам лучше.
– Однако помощи Сиделину все-таки никто не оказал, – счел нужным указать Олег на громадных размеров изъян в логике следователя по особо важным делам. Чародей понимал, что по нормам этого мира проявляет прямо-таки удивительную щедрость влезая в чужие проблемы лишь за обещание возможной помощи в туманном будущем…Но честно говоря, он бы свернул шеи торгующим людьми контрабандистам и абсолютно бесплатно. Привыкшего к совсем другим нормам морали волшебника до самых печенок успела достать грязь и жестокость этого измерения. И он устал от невозможности хоть чего-то изменить. Пусть банда работорговцев могла считаться каплей в море, однако уничтожение их отвечало душевным позывам Олега, отвечало духу и букве законов Возрожденной Российской Империи, а также могло принести в будущем хоть какие-нибудь дивиденды. А тайная библиотека сегодня все равно не работала. Кажется. – Ну, вернее на помощь к нему не пришел никто из тех, кто реально смог чего-то сделать в данной ситуации сделать.
 
– Мой друг был очень сложным человеком, и нажил себе много как недоброжелателей, так и откровенных врагов. А вот наших верных союзников почти и не осталось. Битвы за город бушевали жестокие, а я или покойный Сиделин, боюсь, больше времени уделяли обрабатыванию методик поиска улик или оформлению документов, чем боевым навыкам. – Поморщился Дорожин, которому видимо было очень неприятно признаваться в собственной слабости относительно других истинных магов. – В случае ожесточенного сопротивления всегда ведь можно было позвать балтийский флот…Или архимагистр какой мог на шум из своего дворца выглянуть, да всем накостылять за подпорченную шальным снарядом лужайку. Потому в самом городе или его ближайших окрестностях никто особо и не баловал. Из пистолетов стреляли, не из пушек. Но как бы там ни было, если мы найдем доказательства причастности казино к случившейся трагедии, то его обитателей спасет разве только божественное вмешательство. Как бы ни были загружены работой и личными делами мои коллеги из разных ведомств, и какие бы обещания они не давали французам, но они отложат все в сторону и отравятся вершить справедливость. Если понадобится, подключат и армию. К виновникам нападения на семьи военнослужащих снисхождения не проявит никто.
– И, тем не менее, этих виновников и найти-то не особенно стремятся, – хмыкнул чародей, оглядываясь в салон волшебного автобуса, где разместились его автоматроны и личная боевая группа Дорожина. Никто не стал бы спорить с тем, что их мощь была внушительной…И для противостояния с крупной бандой особо опасных контрабандистов определенно недостаточной. Преступники могли как дать отпор, ведь у подобного отребья запросто могло найтись тяжелое оружие или темномагические артефакты, так и тупо разбежаться в разные стороны подобно крысам, ведь их логово наверняка имело не одну и не две лазейки для незаметного проноса запрещенных товаров или спешного отступления. – Иначе вам бы подписали бумаги на тщательный обыск Парижа с армейским оцеплением и группой церковных дознавателей.
– Одно дело закрыть глаза на недоказанные подозрения, другое – игнорировать явных преступников. Император и боярская дума законы создавали совсем не для того, чтобы их игнорировали. С теми, кто не уважает их решения и тем вредит государству, разговор короткий. – Пожал плечами следователь по особо важным делам. – Да, магистров никто не бросит в тюремные камеры за пренебрежение их долгом…Но с занимаемого поста снимут при первой возможности, доверия вышестоящих лишат и как наказать найдут. Уж я-то знаю, были случаи. Плюс против нас сыграло еще и то, что никто не захотел брать за себя ответственность за ухудшение отношений с французской диаспорой, если обыск Парижа окончился бы пшиком. Сейчас ведь большая часть кресел в кабинетах городской администрации занята либо исполняющими обязанности, либо только-только назначенными на должность чиновниками, поскольку старые начальники или погибли, или находятся где-нибудь на южном фронте, или на повышение ушли, на освободившиеся места усевшись.
– Короче, бардак у вас и взаимовыручка только на словах, а не на деле, – безжалостно припечатал Олег. – Ладно, что ты можешь рассказать мне по Парижу? Кто им владеет, насколько хороша охрана, какая планировка, кого из хозяев Санкт-Петербурга эти французы прикормили?
– Довольно крупное здание, имеющее целый комплекс активных и пассивных защитных систем, от мощных трехслойных барьеров до сторожевых демонов, привязанных к охраняемому периметру лицензированными чернокнижниками. Изначально было построено в качестве нового родового поместья одним французским маркизом, который удрал со своей родины во время Третьей Мировой и полагал, что для Франции все конечно. Однако через десяток лет после того как Париж снял осаду, он вернулся обратно, а еще через какое-то время продал ненужную более собственность гильдии Серебряной Лилии, объединяющей в себе большую часть французских купцов Санкт-Петербурга. В настоящий момент казино принадлежит почти четырем десяткам разных человек, владеющих той или иной долей. Есть назначенный гильдией управляющей, но он никто. Простолюдин в ранге ученика, тянущий на себе бумажную работу. – Следователь по особо важным делам шевельнул рукой, и в воздухе застыла иллюзия детального плана здания. Олег мысленно присвистнул, данное заведение скорее следовало считать развлекательным комплексом, а не один единственным казино. Во всяком случае, бассейнов внутри было целых два, а ресторанов вообще три. А также тир, боулинг, концертный зал, гладиаторскую арену, зверинец и музей. Запоминать же расположение всяких кальянных, бильярдных и номеров отдыха без идеальной памяти могло считаться безнадежным занятием. – В самом здании, несмотря на его ширину, всего три надземных этажа и четыре подземных. Обычные посетители допускаются только на второй, первый и минус первый. Самый верхний зарегистрирован для ВИП обслуживания, впрочем, истинного мага туда пропустят без вопросов, внизу находятся технические помещения, комнаты слуг и склады. Подземных ходов нет, доступные для перемещений вражеских диверсантов тоннели по всему городу проверяли меньше месяца назад, и спрятать действительно серьезные отнорки от чар архимаага-геоманта практически невозможно. Правда, скрытые от глаза этажи там еще более просторные, чем верхняя часть зданий, а высота потолков может достигать десятка метров…Некоторые дельцы из состава Серебряной Лили используют эту площадь для хранения особо важных грузов, поскольку совершить налет на казино без пары-тройки младших магистров не представляется возможным.