Собиратель душ (СИ)

— А Валера это у нас кто?
Меня будто окатили холодной водой. Валера? Я что, рассказала о Валере? На хрена я вообще о нем ляпнула? Этот вампир превратил меня в полную идиотку! Задурманил голову, а она и так не отличалась крепостью! Ладно хоть эльфийку не выдала.
— Познакомить? — брякнул мой язык сам по себе, пока я мысленно давала себе подзатыльники.
— Если это возможно, — мягко согласился император, улыбаясь с видом взрослого, уличившего ребенка в откровенном вранье. Думаю, у родителей Малыша было подобное выражение лица, когда они просили познакомить их с Карлсоном.
— Ну а хули нет, братиш? — ласково ответил Валера, дружески хлопнув снова подобравшегося поближе вампира по плечу. Тот аж присел от неожиданности. После чего гоблин расхлябанной пацанской походкой подошел к камину, повернулся задом к огню и бесцеремонно задрал на мне юбку. — Не сцы, браток, солдат ребенка не обидит. Сквозняки тут у вас, капец ваще, чуть самое ценное не отморозил к хренам собачьим. Ты чего ваще хотел, морда упыриная?
Леди Ди никак не комментировала происходящее. Она, совершенно не аристократически хрюкая, ржала.
— Стало быть, вторая личность? И как давно?
— Чо? А, неее. Я отторгнутое бессознательное, — гордо выдал Валера, почесывая мою левую не тронутую жаркими ладонями ягодицу. Она отогрелась и вспомнила, что давно зудела, перо мне в белье попало, что ли, но я мужественно терпела и холод, и зуд, — то самое ОНО, которое от природы. То бишь, Анима. Только Диана очкует признаваться, что она на самом деле вот такая, — он указал почему-то на мой живот.
Вампир чуть ли не на руки ко мне залез, встав непозволительно близко. Даже, кажется, ухо понюхал. Его теплые пальцы легко скользили по моим предплечьям и далее вверх, грозя снова заключить меня в возмутительно приятный плен объятий.
— Как интересно, — промурлыкал он, утыкаясь мне носом в шею. У меня бы начали трястись колени, но Валере было насрать. — А если я вас сейчас снова поцелую, это будет Диана или все же Валера? — и он подло коснулся языком сгиба между шеей и плечом.
Валера сбросил руки и шарахнулся вбок, перекувыркнувшись через низкую спинку кресла. Не знала, что я так могу, тут явно леди Ди помогла.
— Да ты охренел, мужик, что ли? Ты чо творишь?! Я тебе не этот… который гнойный и не тот, который штопаный! Р-руки свои похабные убрал, пока я твои упырьи клыки не выбил и в задницу тебе не вставил, чтоб срал цветами!
И подло, но метко пнул кресло, которое в свою очередь лягнуло подпрыгнувшей спинкой императорскую челюсть, отчего та звучно клацнула. Коронованный экспериментатор охнул, схватившись за подбородок, а я упихала Валеру поглубже, сочтя, что сегодня он достаточно погулял. Не то, чтобы я боялась дипломатического скандала (кому с кем скандалить-то?), но вот этого конкретного вампира жаба считала своей собственностью и портить не хотела.
— Прошу прощения, Ваше величество, но полагаю мне лучше отправиться к себе, что-то мне нехорошо, надеюсь, вам не очень больно?
- Очень, — печально сказал император, ощупывая слегка асимметричное лицо. Скажите спасибо, Ваше Величество, что по пресловутым шарам вам не прилетело, хотя Валера в пылу битвы порывался, еле остановила. Клыкастая челюсть припухла с правой стороны и наливалась веселеньким багрово-синим цветом. — Но я это дело быстро излечу. Вам, в самом деле, лучше находиться в этот момент подальше, чтобы не стало дурно от флера.
Как он это умудряется делать? Вот мне опять стыдно за Валеру, жалко вампира и совсем не хочется никуда завтра убегать. Заботливый он какой, аж в глаз плюнуть хочется! Ах, я такая непостоянная! Противоречивая вся!
  
Ах, эта свадьба-свадьба-свадьба
 
Диана
Подготовку к утренней церемонии я запомнила плохо. Благодаря вечерним стрессам и волнениям я отлично спала, крепко, без сновидений. Но очень мало, потому что не сразу смогла уснуть, выслушивая внутренний диалог леди Ди и Валеры, изредка вставляла в него свои пять копеек. Валера возмущался поведением вампира и считал, что последний нас обманывает и просто хочет соблазнить, поиметь (и это самое приличное, что он сказал), бросить и потом мучить безразличием, выводя на эмоции, как произошло с Рози. Леди Ди не соглашалась, поскольку, как она утверждала, «не настолько мы великая добыча, чтобы так за нее биться». Тут мне стало обидно, и я напомнила присутствующим, что вообще-то являюсь заметной политической фигурой, будучи гостьей с ТОЙ стороны, отчего сама же и расстроилась, усмотрев в этом истинный интерес вампира. И вообще, он говорил, что я вкусная! То есть, мои эмоции. И получается, что Валера прав… Словом, перенервничала и со всеми рассорилась.
 
Утром радостную Кошачий глаз хотелось зверски убить. За красоту и свежий цвет лица, за сияющие глаза, за неудержимую и прямо-таки идеальную улыбку. Ибо то, что я наблюдала в зеркале, следовало бы от греха похоронить, а не замуж выдавать. К уже привычным проблемам добавился громадный, просто адских размеров глубокий прыщ, который в данный момент больше походил на шишку и пока не имел гнойной головки. Просто несимметричная болезненная при пальпации красная выпуклость на левой стороне лба. Я в голос застонала, ощупывая ее, и чуть ли ни заплакала. И так-то замуж неохота, так еще и страшная такая, что хоть мешок на голову надевай.
У-у-у! Не хочу вот так! Но стоило подумать, а не смыться ли раньше, вот просто отослать куда-нибудь камеристку и ходу в лабиринт, как голову развалила на куски боль. Зеленые искры и круги замелькали перед глазами. Клятва же, блин, я забыла о ней. До помолвки. А если таковой не будет, а сразу свадьба, то что, обязательства навсегда? Может, и неплохо это? Император точно не свихнется больше, чем уже есть, он красивый, он мне нравится, я его… твою ж мать, я его люблю, кажется. Вот таким, какой есть: несносным, лживым, многоликим. И хочу его всего себе до кончиков пальцев. И мне нравится, как он пахнет. О-о-ой, как все сложно!
«Выбор всегда сложен, дорогая,» — меланхолично отозвалась леди Ди. Я прямо могла визуализировать ее в своем кресле-коконе с пилочкой в руках. — «Ты должна расставить приоритеты. Сейчас. Как тогда с ромской пожилой леди. В тот раз ты выбрала Предназначение. И бонусом — Ланни. Жаль, что так вышло. Он малыш, конечно, но всему, что нужно, с радостью бы научился. Что ты выберешь сейчас? Предназначение или желанного мужчину? Заметь, душой ты уже выбрала мальчика-оборотня, думаю, именно поэтому его браслет не покинул тебя и после его смерти. Теперь ты должна сделать выбор как женщина. Грубо говоря, самка своего вида.».
Ланни. Хороший мой, верный и преданный мальчик. Ласковый, доверчивый и восторженный, как все юные щенки. Извини за прямоту, но эта особенность твоей расы наложила определенные черты на твое поведение и личность. Прости меня, пожалуйста, что я повела себя, как идиотка, погубила тебя, не уберегла. Спасибо, что пытался спасти. И тут я поняла с ужасом, что не могу вспомнить его лицо. Помню ощущение рук, поцелуй, голос. Помню, как запрокидывала голову, чтобы заглянуть в глаза. Помню, что сравнивала с Камерером. И, главное, актера помню, а Ланкра нет!
Браслет по-прежнему теплел на запястье, будто живое существо. Я погладила его серебристую поверхность. Казалось, будто тонкая вязь гравировки под моими пальцами шевелится, звери, изображенные на ней, двигаются, деревья качают ветвями. Присмотрелась — нет, все нормальное, неподвижное. Как и было. Как и должно быть. Один раз я выбрала Предназначение, и должна сделать это снова. Как бы ни хотелось, надо возвращать обратно ни в кого не влюбленную заучку с гоблином Валерой в голове.
 
«А йа-а-а-а?!» — тонко завопило жабьим голосом.
Леди Ди, проказничаешь?
«Хайе, твоим пафосом можно захлебнуться, дорогая. Все, решение принято, назад дороги нет. Сегодня ночью мы даем ходу из этой богадельни. Я договорилась, мои знакомые передали мне адрес, где нас будет ждать капитан корабля!»