Собиратель душ (СИ)

Миладива подавилась ругательством и злобно скривила хорошенькую мордочку.
— Ты не вампирша, но как-то задурила голову моему мужчине! Это я заслужила быть отрадой его последних дней! Это я должна стать императрицей и получить дружбу и покровительство Ее Высочества миледи Вирджинии. Ты околдовала не только моего жениха, но и мою свекровь! Что это за средство? Ты принесла его с собой с ТОЙ стороны? Мерзкая ведьма! Все равно ты не сможешь сравняться со мной в искусстве ублажения. Вот уже сто пятьдесят лет Его Величество ищет что-то новое, и уверяю тебя, такому бревну, как ты, нечем его удивить!
Тут я чутка приуныла, потому что, по существу, она права. У меня все как у всех, не поперек, при этом нулевой опыт и тяжелые ляжки. Гибкость ничего такая, но чтоб удивить… Стоп, я что, серьезно собралась в постель с «Лоу»?! Ну, не то, чтобы прямо собралась, но принять посильное участие не отказалась бы… бли-ин!
— А твое ли это дело, милая? А, а, а. Свечку хочешь подержать? Завидовать нехорошо, от этого морщины появляются, уж тебе ли не знать. Тебе мало подстав и гадостей, что вы с сестрой уже сделали соперницам? Одна история Рози чего стоит! Ты не сталкивалась с понятием кармы? Это такая замечательная вещь, когда каждый получает по заслугам. Ты уже заработала на свой личный локальный апокалипсис. Но у тебя еще есть шанс немного улучшить свою судьбу, глупая вампирская девочка, — покровительственный тон получался у меня все лучше и лучше, стоило вспомнить о том, что сейчас моими глазами смотрит на мир принцесса эльфов.
— Откуда ты узнала, человеческая тварь? — Миладива выглядела так, будто собиралась начать меня бить. Кулаки сжимались и разжимались, кажется, она металась между желанием выдрать мне волосы и выцарапать глаза. Только мне почему-то совершенно не было страшно. Если она до сих пор не додумалась выпустить на меня вампирский флер, от которого меня скрутит на полу в рвотных спазмах, но ни до чего действительно опасного она точно не додумается. В коридоре внезапно треснуло витражное окно, с перепугу я на секунду уступила место леди Ди. Думаю, мои глаза весьма заметно сверкнули льдистой синью, потому что Миладива красиво побледнела. И я, наверное, тоже, потому что по полу и стенам от нашей пары стали распространяться красивые узоры изморози. Что, блин, происходит?
«А теперь шибани огнем, братиша!» — азартно орал Валера совсем другими словами.
Понятия не имею, как это получилось, возможно, Валера и правда немного орк, но поверх изморози заструилось голубоватое пламя в направлении от периферии к нашим ногам. Миладива пронзительно завизжала, и словно в ответ на ее вокальные усилия под ногами заворочались тысячелетние каменные плиты. Тут уже и я немножко сикнула в штаны, ибо такого треша не планировала и не представляла, как им управлять.
— Хорошо, хорошо, я сделаю все, что скажешь! — проверещала Миладива на одной ноте и грохнулась в обморок прямо в пламя, исчезнувшее в тот же миг.
Клиент дошел до кондиции. Хватило нескольких легких пошлепываний по щекам, чтобы она очнулась. Потом, когда леди тупо моргала и пыталась сфокусировать взгляд, я оглядывалась в поисках того, чем можно было бы вытереть руку: косметики на ее личике было как масла на бутерброде.
Самое удивительное, что вездесущих шпиков, охраны, оборотней не было, коридор словно вымер, даже на громкий визг Миладивы никто не прибежал. Наверное, я спросила об этом вслух, потому что девица ответила.
— У меня есть гномий артефакт, я не хотела, чтобы господину донесли, что я с тобой разговаривала, — буркнула Миладива, крутя массивное серебристое кольцо на тонком пальце. На месте камня была выжженная дыра. — Он разогнал любопытных, новая разработка. Что тебе от меня нужно, ведьма?
— Сама такая, — машинально ответила я. — Мне надо, чтобы завтра на балу в честь помолвки ты лично своими руками поднесла оркскому послу Эну ту же дрянь, которую ты мне подсунула вчера вечером.
— Это была не я! — слишком быстро, чтобы быть правдой. — И… Я не могу! — растерянно ответила, заламывая пальцы.
 
— Это еще почему? Религия не позволяет?
— Я вообще не понимаю, о чем ты! — голос звучал жалко и неубедительно. — Ээ… зачем это тебе? — Я не пойму, она тянет время? Кто-то должен прийти к ней на помощь и спасти от страшной меня?
«Потому что такой личный неприязн я испытываю к потерпевшему, что кюшать не магу!» — весело процитировал «Мимино» Валера.
— Ни разу не твое дело. Заметь, император еще не знает, отчего его невеста так плохо выспалась. А если мы найдем того мальчишку, как думаешь, через сколько минут он расскажет о красивой белокурой вампирской леди, которая поручила отнести кувшин в покои императора? Насколько он расстроится, что его невеста не по своей воле лишилась нескольких литров воды и находится на грани обезвоживания?
— Но… орк же мне ничего не сделал…
— А я тебе что сделала? С чего вдруг этот мужик тебе стал так дорог? Или мужской зад тебе жальче женского?
Как же мерзко это прозвучало, хоть беги и рот полощи. Миладива смущенно потупилась.
— Он… мы давно знакомы… он мне несколько раз помогал, ну, и я с ним… изредка, — ее было почти не слышно, но мне хватило, чтобы понять. — Это он рассказал мне, что ты пыталась сначала закрепиться у одного из оборотневых князей, но он показался слишком мелкой добычей, и ты заставила его помощника отвезти тебя в Торгвальд, но по дороге вы поссорились, ты всех убила и исчезла в горах на несколько недель. Ты как паучиха перебираешь мужчин, оставляя позади себя дорогу из трупов! — ее голос снова набрал обвинительную силу. Она что, правда верит в то, что говорит?
— Мне, откровенно говоря, плевать, что тебе напел этот хрен с горы. Ты по давней дружбе вручишь своему приятелю чудесное дристогонное средство, и было бы очень мило, если бы ты не оставляла его одного и оказала ему моральную поддержку, заодно подозрение от себя отведешь. Или я сделаю так, что он до конца своей печальной жизни будет петь фальцетом и писать со слезами на глазах, мне есть за что ему мстить. Я понятно объясняю?
— Я поняла, я все сделаю, — пролепетала Миладива.
По крайней мере, мотивы этой защитницы отечества стали мне понятны. А внутри разливался мертвенный холод страха. Я ведь действительно оставляю позади дорогу из мертвых. Из тех, кого я успела полюбить. Как самка паука. Или богомола, хотя про съедание головы можно сказать только в переносном смысле. Но умерли они все по-настоящему, в самом прямом смысле! Я не хочу, чтобы «Лоу» стал следующим! Чтобы хоть кто-нибудь стал следующим…
«Цыц, не паникуй, это может быть простым совпадением. Не забывай, тут у нас есть гипотетическая внешняя угроза — Собиратель душ, и реальная внутренняя — господин Эну. Как думаешь, где безотказная девушка де Брие взяла такую редкую и дорогую штучку, как шпионский артефакт, да еще и применила ее при разговоре с будущей невестой императора? Встреча была подстроена, агент снабжен магическим оборудованием и Куон знает чем еще. Возможно, кое-кто планировал послушать ваш разговор.»
Так это получается, Чимола знает про слабительное? И будет еще осторожнее?
«Вряд ли. По идее, все возможные приборчики должно было вывести из строя одновременное применение магии трех стихий. Что-то типа перегорания предохранителей. Действие одной стихии они выдерживают легко, но защиту от трех сразу гномы вряд ли могли предусмотреть. Просто потому что в мире не существует никого, владеющего всеми видами магии одновременно. Поторопись, скоро в коридоре станет шумно.»
— Погоди-ка, а сама ты о чем хотела поговорить? — вдруг спохватилась я.
 
— Чимола хотел, чтобы я припугнула тебя и вынудила уйти из дворца, сбежать сегодня ночью, пригрозив, что он расскажет всю правду господину о тебе и твоих похождениях, предъявив ему некие доказательства вашей связи, — это какие, интересно? Трусы, поди, спер, фетишист лысый, когда меня похищали из Ербурга. — Думаю, он тоже хочет тебя себе. Но я не понимаю, что в тебе особенного? Ты ведь рядом со мной все равно, что ослик с породистым рысаком, а они все равно тебе в рот заглядывают! — девица была в настоящей растерянности.