Собиратель душ (СИ)
Отсмеявшись, вампир вытер слезы и спросил:
— Серьезно? Миледи, вас кто-то позвал на свидание? Я полагаю, до того, как было объявлено о том, что вы моя будущая невеста? Это прекрасно, просто прекрасно. Наверняка это пройдоха де Иванеску! О, вам не стоит беспокоиться на его счет, он идет непременным приложением к моей благосклонности вне зависимости от того, на кого она направлена. Он ведь даже внимания де Брие добивался, представляете? И вот именно тогда, когда я собрался их ему сосватать, потерял к ним интерес, переключившись на вас. Но этот проказник на вчерашнем балу опять сменил свои предпочтения самым неожиданным образом, найдя себе красавицу-эльфийку, прибывшую почему-то отдельно от посольства. Кстати, о нем. Сегодня на обеде они будут вам представлены, и среди них есть ваши знакомые! Я хотел сделать вам приятный сюрприз, но вы совершенно непредсказуемы, и, чтобы гарантировать ваше присутствие на обеде, я предупреждаю заранее.
Что? Знакомые? Это пугает, и серьезно.
Тут он церемонно поклонился, потом неуловимо нежно провел пальцами по щеке, задержавшись на подбородке.
— Жду вас сегодня вечером в своей гостиной, Диана. На дружеский ужин. Для начала. Сегодня вас не будут беспокоить, я уже распорядился, кажется, вы хотели почитать? Отдыхайте, вы — солнце, осветившее Залтан, — он коснулся губами моих растрепанных волос, а у меня, кажется, началась аритмия, потому что сердце внезапно и совершенно четко пропустило удар.
Я, кажется, опять влюбилась. Прости меня, Ланни, где бы ты ни был, но я понятия не имела о собственной полигамности! Ведь и тебя я продолжаю любить. Такого преданного, верного, чистого мальчика-оборотня. И вот этого порочного, хитрого и патологически неверного вампира. Ребанный йот!!
(Не) приятный сюрприз
Диана
Вернулась я к себе в совершенно мрачном расположении духа. Размышления о собственной распущенности, о коварстве вампира, о вселенской несправедливости конкретно так выбили меня из колеи. Так что настроение, когда я толкнула собственную дверь, уверенно стояло на отметке: «Можно мне прям щас сдохнуть, чтобы не мучиться?». И застала на диване Эрни с очень худенькой и очень грустной женщиной средних лет, из-под белоснежного чепчика которой выбивались непослушные светлые кудряшки.
— Ди! — заорал Эрни, бросаясь ко мне. — Мама, это Ди! То есть леди Диана. Она пришла с ТОЙ стороны! Это на ней хочет жениться господин император! А она не хочет за него замуж, потому что будет моей женой!
Женщина с перекошенным от ужаса лицом наблюдала за поведением отпрыска, явно не зная, что ей делать в первую очередь: оттаскивать ребенка за ухо от высокородной госпожи, или грохнуться ей же в ноги, вымаливая для него прощение. Я не могла позволить ей сомневаться, подхватив мальчишку на руки и громко крякнув при этом.
— Ну, ты и тяжелый! У тебя что, камни в животе? — и попыталась пощекотать его камнесодержащий животик одной рукой. В результате, не выдержала и уронила. — Ой, прости, пожалуйста! Но ты и правда ужасно тяжелый!
Но мальчик нисколько не расстроился, приземлился, как кот, на все лапы и, снова вскочив, принялся скакать по комнате и громко вопить:
— Ди — молодец! Ди навела свои порядки! Ди боятся все слуги и охрана!
А это еще почему?
— Говорят, ты оборотень, но только превращаешься не в животных, а в существ нашего мира и даже тварей! А еще говорят, у тебя в камине прячется ручной огневик с туманником! А еще говорят, ты пьешь специальные успокоительные зелья, чтобы держать себя в руках и никого ненароком не убить! — весело перечислял он, прыгая на одной ножке, как в «классиках». — А еще мы с мамой нашли господина де Иванеску запертым в туалете за бальным залом! От трясся, хныкал и просил ни в коем случае никому не говорить о том, в каком виде его нашли — в одной рубашке! — потому что ему очень стыдно! Это ты его там заперла? А научишь меня так же кочергу сворачивать? Двое оборотней не могли разогнуть!
— Эрни! — возмущенно выдохнула его родительница, не имея возможности иначе заткнуть словопоток сына.
Я протянула ей руку.
— Зовите меня просто Диана, и не беспокойтесь, мы с Эрни успели подружиться, — я ободряюще ей улыбнулась, и женщина, наконец, осторожно коснулась пальцами моей ладони.
— Рози. Просто Рози. Я служу в императорском крыле, — не без тайной гордости представилась она.
Эрни был на нее очень похож. Только глаза более яркие, отливающие одновременно зеленью и синевой, как у… хм. А ведь этого нельзя исключать. Кошачий глаз ведь упоминала, что во дворце работают девушки с отборов. А что, если..? Но император же не настолько тупой? Да и мне не могло с первого раза так повезти, я же фактически ни с кем из слуг и не познакомилась! А нужно ли еще с кем-то знакомиться? Времени-то нет совсем, того и гляди, выскочит из-за угла трясущийся белый кролик с золотыми часами и постучит по стеклу лапкой. И нырнет в свою кроличью нору. Кстати о норах…
— Рози, милая, присаживайтесь! Расскажите о себе…
Вот я совсем не это имела в виду! На самом деле я подумала о том, чтобы Эрни научил меня видеть вход в лабиринт и пользоваться им. Но прежде чем попросить его маму одолжить мне своего обожаемого сына в личное пользование на несколько часов, следовало с ней пообщаться, расположить к себе и добиться определенной степени доверия с ее стороны. Ну, и получить некую информацию к размышлению. Совместить приятное с полезным, так сказать.
Рози, смущаясь и глотая даже не слова, а целые фразы, рассказала о маленькой девочке, которую папа увез на другой континент, потому что мама умерла, а бабушка хотела навсегда разлучить отца и дочь, забрав последнюю к себе на воспитание. Папа был столяром, и весьма неплохим, быстро нашел работу, растил дочку в любви и заботе. Но однажды в его мастерскую зашел сам император, который имел привычку время от времени бесцельно гулять по городу, заходя в произвольно выбранные лавки или харчевни, общаясь с электоратом. Девушка увидела его — и пропала. И побежала на ближайший отбор. Не послушала отца, не испугалась высокородных участниц, только бы быть ближе.
У меня сжались кулаки. Вот ведь гад бесчувственный!
Но, как ни странно, император обратил на нее свое внимание. И девушка поняла, что у нее есть все шансы. Но она совершила ошибку. Непростительную. Девушка не особо старалась в учебе, порхая в розовых мечтах, и не знала всех особенностей вампирьего этикета и их своеобразного «семейного кодекса», поддалась на провокацию и оказалась, скажем так, дисквалифицирована.
Рози, украдкой стирая слезы с глаз, не стала развивать эту тему, а у меня не хватило духу настаивать. Мы только познакомились, и я не чувствовала себя вправе лезть к ней в душу. Сразу после этой заминки, Рози заговорила об Эрни. И мне как-то и без объяснений стало ясно, что это была за ошибка такая. И как-то сразу связалось в единую цепь то, что я слышала вчера в гостиной императора с робким откровением служанки. Это же гадюки в шелковых платьях, а не безобидные ящерицы! Анаконды ядовитые! Чтоб вам песка в трусы насыпало, а душа под рукой не оказалось!
Самым большим несчастьем Рози, которой, несмотря на беременность, разрешили остаться в замке и дали работу, была внезапная смерть горячо любимого отца, не сумевшего справиться с потрясением. Его малышка внезапно повзрослела, выбрала мужчину — и оказалась опозоренной, сломленной, несчастной. Рози мучилась виной, хоть и не говорила об этом. Мне было так жаль ее и ее отца, что я едва сдерживалась от слез. Между делом попросила Эрни принести нам чай и чего-нибудь еще. Мальчик обернулся в считанные минуты. А мы с Рози тем временем просморкались и привели себя в порядок в моей ванной комнате.
Чтобы найти подругу с ней нужно либо смеяться до слез над одним и тем же, либо плакать. Конечно, нам с Рози до сердечной дружбы было еще далеко, да и ко мне она обращалась по большей части «миледи» и на «вы», напрочь игнорируя мои просьбы. Ну, пусть, если ей так комфортнее. Но степень нашего знакомства определенно перешагнула даже черту, на которой мы находились с Кошачьим глазом, став гораздо ближе.