Мой идеальный Шторм (СИ)

— Почему? — Демьянов наклонился к ней и шутливо приподнял бровь.
— Не могу Саню одного оставить.
— Лютик, не парься, — спокойно сказала Горина, изображая мальчика. — Найду чем заняться. Друзьям позвоню, схожу на тусу. Ты мне не мамочка, детка.
От красноречивого взгляда подруги Саша чуть не подавилась словами. А Павел закусил губу и посмотрел на нее внимательно. С прищуром. Оценивающе.
— Давай ты не будешь называть ее «детка», а я погашу в себе желание разбить тебе нос, — предложил будничным тоном Демьянов, на что Горина хмыкнула.
— Давай без давай, — сложила она руки на груди, на манер крутого хлыща. — Так и быть, пока вас не будет, обещаю жалеть твои уши.
— А ты дерзкий, — лениво протянул Павел, прижимая голову Ани к себе ближе.
— Я решительный. Не то что некоторые, — недвусмысленно намекнула Горина.
Стараясь не смотреть на близость двух стоящих рядом людей, она озиралась по сторонам, мечтая, чтобы те наконец прыгнули в свою яркую двухместную «инвалидку» и скрылись в закат. Однако стоило ей шагнуть в своих планах в сторону дивана и сериала про друзей, как во двор въехал спорт-байк чёрного цвета, оглушая окрестности диким ревом движка.
  
ГЛАВА 7
 
— А вот и Шторм, — отлип от Ани Павел и направился к другу, который, припарковавшись и приподняв визор шлема, осмотрел присутствующих без капли радушия. Особенно Сашу.
— А этот тут зачем? — сглотнув тягучую слюну, спросила Саша тихо, чтобы услышала только подруга.
— Я же не Ванга, — шепнула та, не отрывая взгляда от парней.
— Саня, тебе повезло. Макар тебя захватит, — припечатал «великолепной» новостью Демьянов Горину.
— Нет! — тут же выпалила девушка, ужасаясь перспективе сесть на мотоцикл и еще больше – оказаться так близко к Шторму. Ну уж хренушки. Ни за что!
— Боишься? — сняв шлем, ехидно спросил Макар. — Прыгай шустрее, пока я не передумал, — Шторм достал второй шлем из багажника и положил позади себя на сиденье.
— Пошел ты… — буркнула Саша, мечтая, чтобы ненавистный гонщик передумал быстрее и скрылся с глаз.
— Заебал, Ань, твой желторотик, — скривился Макар, натягивая обратно шлем и показывая всем своим видом, что никому в няньки не нанимался.
— Шторм! — крикнула Лютикова и, схватив Сашку за руку, поволокла к байку. — Только не гони, ладно?
Всем своим видом подруга показывала, что переживает за своего гостя из родного города. Поначалу Горина хотела упереться, чтобы остановить Аню, но вовремя спохватилась: выглядело бы это противостояние комично, и она бы потеряла еще больше преимуществ как парень. Горина и раньше с Лютиковой справиться не могла, а при ребятах это было бы полное фиаско.
Всучив Саше шлем, Аня красноречиво дала понять, что его следует надеть и не артачиться поездке. Придушить ее Гориной хотелось как никогда. Напялив на себя сверкающую защиту и вздохнув, насколько позволяла перетяжка тела, Саша перекинула ногу через седло и уселась позади Макара.
Не теряя времени, Демьянов взял под руку Аню и повел к машине. Закинул сумку в багажник и сел за руль, показывая другу, что они отчаливают.
— Гонял раньше? — спросил Сашу Шторм.
— Нет, — сказала она правду, чувствуя, как ее начинает потряхивать.
— Тогда с дебютом, выпускница, — явно желая задеть пассажира, ухмыльнулся гонщик.
— Знаешь что? — вспылила Саша, спрыгивая с железного коня и стягивая шлем. — Пошел ты на хер!
— На хер твоя жопа хороша, — оскалился Шторм, выражая всем своим видом презрение. — Только я не из твоей радужной тусовки, мелкий. Еще раз пасть раскроешь в мою сторону – и въебу для профилактики. Больно.
Саша нахмурилась и показала козлу средний палец, потом рывком втюхала ему на колени шлем и гордо пошла к подъезду. В этот момент она даже не думала о походке: по-девичьи она идёт или по-пацански. За спиной раздался рык мотика – Шторм, бросив ядовитое:
— Адьёс, блять, — наконец-то укатил.
По-прежнему гордая собой Саша полезла в карман и… не нащупала ключей. Мать твою за ногу! И ключи, и телефон уехали, бабла — ни копейки… Бомжевать ей неделю на лестничной клетке в надежде, что соседи прикормят приблудившееся существо непонятного пола. Обречённо простонав, девушка уперлась лбом в кодовую дверь.
 
— Отлично, — вздохнула Горина и пошла к лавочке на детской площадке.
Решила до позднего вечера пересидеть во дворе, а потом юркнуть за кем-нибудь в подъезд и перекантоваться на подоконнике. Аня поймет, что подруга осталась в городе, и непременно найдет способ передать ей ключи. Велика вероятность, что сама вернется домой, и это не радовало. Портить подруге желанное рандеву с Демьяновым не улыбалось.
Вообще она не понимала, почему так реагирует на Макара. Подумаешь, считает ее геем, ну и что? Ей какая разница? Саша всегда с легкостью игнорировала идиотов, а тут вскипела как чайник. Нарывалась. И еще ее напугала до чертиков перспектива находиться так близко к нему. Все нормальные люди поехали на машинах, а этот приперся на байке… позер.
Прошло три часа, начало темнеть. Прохожих на улице стало меньше, а вот непонятных личностей, наоборот, прибавилось. У соседнего подъезда собиралась молодежь, распивая точно не лимонад. Теперь и не ясно, кем лучше предстать перед ними: девушкой или парнем. И в том, и в другом случае остаться невидимкой не прокатит.
Поток грустных мыслей Гориной нарушил рёв мотоцикла, который влетел во двор. О том, кто появился снова, гадать не приходилось.
— Остыл, мелкий? — стянув шлем, крикнул Макар. — Запрыгивай.
Кто бы знал, как ее вымораживала необходимость наступить на горло своей гордости и приблизиться к козлу. Нехотя, медленно, матерясь себе под нос, она все же подошла. Желания Саши не изменились — она все так же никуда не хотела ехать с ним. Однако тот привлек внимание местной шпаны не только к себе, но и к ней. Ещё теплилась надежда, что он привез ей ключи от дома.
— Аня передала ключи? — устало спросила Горина, игнорируя его предложение.
— Нет. Она собиралась ехать на электричке, чтоб твою многострадальную задницу не оставить на улице. По мне, так ты бы нашел, на чей член ее пристроить.
— Я смотрю, ты и сам проникся моей задницей, — презрительно прошипела Саша. — Только тебе не перепадет, гомофоб недоделанный.
— Не беси, бля.
— Да-да, а иначе въебешь, — вздохнула девушка.
Стало вдруг обидно, что он так к ней относится. Ничего плохого она ему не сделала, а издевки напрягали. Хотелось расплакаться как девчонке.
— Едешь? — Макар протянул ей шлем.
Кивнув, она взяла его, натянула и уселась позади Шторма, не зная, куда деть руки. Обнять его боялась: вдруг по голове настучит за фривольность.
— Обхвати меня за пояс. В случае проблем — стукни по плечу. Руками не махай, визор мне не закрывай, а то разобьемся. Будет страшно — глаза зажмурь и дыши по правилу: вдох через нос, а выдох через рот.
Пока он давал инструкции, страх сжимал сердце девушки все сильнее. Между ногами чувствовалась мощь и сила, которая готовилась вырваться на свободу, и это не сшитый наспех мужской орган в ее боксерах. Внутренне же Саша настраивалась не верещать, переходя на девчачий визг, даже если ее сметет ужасом происходящего.
  
ГЛАВА 8
 
Не зря боялась. Едва Макар выехал на дорожное полотно в пять рядов, как пустил свой байк на полную скорость, умело маневрируя среди потока автомобилей. Сама того не замечая, Горина прижималась к нему сильнее, обнимая до боли в руках. Когда становилось откровенно хреново, девушка закрывала глаза и читала все известные молитвы, обещая, что больше никогда в своей жизни не сядет на мотоцикл.
Однако через полчаса дороги она привыкла к скорости и безумию, в которые окунул ее Шторм. Конечно, нет-нет, но ситуации на дороге заставляли скулить тихо снаружи и орать не своим голосом внутри, но Сашка держалась молодцом.
На самом деле ее отвлекал Макар. Собой. Обнимать его было до стыдного приятно. Его тело под курткой чувствовалось сильным, жилистым, крепким и почему-то жарким до горящих щек Гориной. От него приятно пахло, а может, это шлем сохранил чей-то запах, от которого хотелось потянуться всем телом и вдохнуть глубже.