Мой идеальный Шторм (СИ)

  
ГЛАВА 1
 
— Санька!!! — радостный визг Ани Лютиковой прогремел на весь подъезд новой многоэтажки в одном из спальных районов Москвы.
Оглушенная высокими нотами Саша Горина поморщилась, прикрыв один глаз, но улыбнулась во все тридцать два белоснежных зуба.
— Сюрприз! — уронив сумку на бетонный пол, Саша раскинула руки.
Ждать не пришлось: Анька кинулась в объятья. Хотя по факту лучше бы наоборот – Лютикова была на полголовы выше Гориной.
— А я тебя ждала только к сентябрю, — выпалила подруга, расцеловывая свою нежданную гостью. — Ты же говорила, что предки не отпустят и еще не все доки на перевод оформила.
— Я призвала все свое обаяние и победила деканат, а родаков переубедила, — крепко обнимала подругу Саша. — Устроила мятеж на корабле, и они сдались.
— Вижу, — отстранилась Аня и неодобрительно посмотрела девушку: — Как ты вообще додумалась учудить такое?!
— Пф-ф-ф, ты хоть не начинай, — хмыкнула Горина. — Долго будешь меня в подъезде держать?
— Блин, совсем крыша поехала. Давай, заходи скорее.
Девушки сидели на кухне. Первый час, наполненный дикими восторгами, нежностями и тисканьями, остался позади. Саша успела переодеться в спортивные штаны и футболку. Подруга не сводила с нее радостных глаз и улыбалась, впрочем, как и сама Горина.
— Не могу поверить, что ты здесь, — тряхнула головой Лютикова, будто хотела смахнуть наваждение. — Блин, если это сон, то не хочу просыпаться.
— Это не сон, деточка. Это — я, — засмеялась Саша. — Жду подробный рассказ о твоей жизни с показательными выступлениями.
— Ты и так все знаешь, Сань. Я тебе все докладывала по телефону, — усмехнулась Аня.
— Это не считается, — Горина засунула в рот галету и на манер мышки прохрустела сухим печеньем.
Аня и Саша из одного города — Ульяновска. Подружились, когда Гориной стукнуло десять лет. В школе были не разлей вода, хоть Лютикова и была на год старше. Часто ночевали друг у друга, гулять ходили только вместе и даже свидания с мальчиками проводили совместно. Плакали вместе, радовались вместе и, так уж сложилось, шишки набивали тоже.
Закончив одиннадцать классов, Лютикова уехала в Москву поступать, и все сложилось удачно. Сашка тогда рыдала белугой, не представляя, как будет жить без подруги, а Аня чуть не бросила учебу, заявив, что год отдохнет и подождет Горину. Кое-как родители обеих девушек воззвали к совести Саши, уговорив наставить подругу на путь истинный.
Об учебе в столице они мечтали со старших классов. С отличными навыками и предрасположенностью к языкам, Аня стремилась к факультету международных отношений, а Саша готовилась пойти в экономику: цифры – ее конек.
Так уж вышло, что Горина после школы в столичный ВУЗ не поступила и была вынуждена учиться в родном городе. На платное обучение денег не было, а на бюджет не хватило пары баллов. Спустя три года ей удалось наконец оформить перевод и счастью не было предела.
Внешне Аня была эффектней Саши, тут к бабке не ходи. Длинноногая, стройная, с кукольными чертами лица. Каштановые длинные волосы, зеленые глаза. Захотела бы — точно снискала славу на подиуме. В этом ее убеждали предки, таская с детства на всевозможные конкурсы красоты, где дочь часто занимала призовые места. Богатыми Лютиковы не были, но зажиточными считались по праву. Одни из тех, кто стремится попасть в высшее общество, но постоянно недотягивает. Однако кто запретит тянуться к мечте?
Саша проигрывала подруге и в росте, и в талии. Зато притягивала взгляды окружающих очаровательными ямочками, появляющимися на щеках от её лучезарной улыбки. Над губой красовалась игривая родинка, эдакий символ кокетки. Просительный, жалостливый взгляд больших синих глаз не раз выручал в трудную минуту. Русые волосы, местами выбеленные на солнце, густые и блестящие, будто средством из рекламы ежедневно ополаскивала. С недавнего времени еще и по-пацански стриженая.
Новая прическа повергла в шок сначала ее родителей, а теперь вот и Аньку. Предки у Гориной из трудового пролетариата: мама — воспитатель в садике, папа — водитель автобуса. Когда Саша заявила, что не собирается доучиваться в Ульяновске, старшее поколение наотрез отказалось ее отпускать. Боялись, что дочь может попасть в неприятности или совершить непоправимые ошибки по молодости, находясь далеко от дома. Две недели непримиримых споров вылились в знак протеста — новую стрижку, которая сделала Сашку похожей на мальчишку. Вот тут родители и сдались: мало ли, что еще выкинет взбалмошный ребенок.
 
— Ну ты, конечно, без башки, Сань, — вздохнула Аня, качая головой. — Блин, у тебя такие красивые волосы были. Длиннее, чем у меня.
— Пофигу, — отмахнулась Горина, смахнула с глаз удлиненную челку, автоматом проведя по короткому ежику на затылке. — Показала родакам, что глупости могу делать без привязки к конкретному месту. Если честно, сама не поняла, как решилась. А вообще, соскучилась, Лютик, по тебе ужасно. Такое чувство, что четыре года была в отсидке без права на УДО.
— А я по тебе! — не выдержала Аня и снова принялась обнимать гостью. Взяв себя в руки, она тут же добавила: — Так. Жить будем вместе, как и планировали. Так что не раскатывай губу, что я тебя в общагу отпущу. Мне плевать, что от нее до универа близко.
— Значит, опять не будем высыпаться, — притворно вздохнула Саша и улыбнулась, намекая на их совместные ночевки.
— Благо теперь нам не придется шептаться под одеялом и светить фонариками, — засмеялась Аня. — Блин, теперь мы вольны делать что угодно!
— Звучит как песня! — подпрыгнула на месте Горина. — Надо бы обмыть.
— М-м-м, — задумалась Лютикова и поджала губы. — Можно выбраться в клуб. Сегодня ребята приглашали на посиделки в «Сапфир».
— Че за ребята? — тут же решила прояснить ситуацию Александра.
По натуре Саша была компанейская только со своими, любила веселиться без фанатизма. Меру знала. С людьми сходилась сложно, ей надо было время привыкнуть, адаптироваться.
Пока они учились вместе с Аней, Саша даже встречалась с двумя мальчиками из параллельных классов. Ничего особенного: пара походов в кино, прогулка по парку – конечно, в присутствии Лютиковой. Когда та уехала, она больше не искала приключений и друзей. Училась со всем усердием, чтобы воплотить их давнюю с Аней мечту переехать в столицу. Так что навыки веселиться немного растеряла, но сейчас, глядя в глаза подруги, хотелось чудить.
— Помнишь, я тебе говорила, что мне нравится парень? С четвертого курса, Павел Демьянов…
— Конечно. Ты мне про него все уши прожужжала, — хмыкнула Саша, делая глоток кофе.
— Ну, в общем я влилась в его компанию, — слегка покраснела Лютикова. — Знаешь, они все из золотой молодежи. Крутые, из обеспеченных семей…
— Да хоть из бриллиантовой, ближе к телу.
— Приходится соответствовать, блин, — вздохнула Аня. — Одеваться красиво. Вести себя немного высокомерно. Иначе заклюют их подружки из богемы.
— Ужас какой, — повела плечами Саша. — Может, к черту таких друзей?
— Я бы с радостью, но Паша… Он… Люблю я его, Сань, — виновато вздохнула подруга.
— А он?
— Не знает.
— Погоди-ка, я чет заблудилась в трех соснах, — встряхнула головой Горина, и челка упала ей на глаза. — Ты с мажорами тусишь, но с Демьяновым конь не валялся?
— Да, — кивнула Аня. — В их окружение вхожа моя одногруппница, Лена Шевченко. У нее предки какие-то крутые шишки в банковской сфере. Она меня познакомила с ними. Ну и пошло-поехало. Сама она уже два года безответно сохнет по Шторму — Макару Штормину. Так что мы с ней подружки по любовному несчастью.
— Класс… — протянула задумчиво Саша. — Так ты не уверена, стоит ли меня брать? Боишься, что испорчу твою репутацию в высшем обществе?
Для усиления эффекта она изобразила пальцами кавычки на последних двух словах.
— Дура, что ль? — взбеленилась Лютикова и зыркнула гневно. — Я не уверена, что тебе будет комфортно.
— Пф-ф-ф, нашла за какую хрень переживать! — хохотнула Саша. — Пара коктейлей – и я буду любить весь мир, а весь мир – меня!