Мифы и Легенды. Тетралогия (СИ)

— Понятно. — Лицо Шемякина стало до неприличия серьезным. — Тогда сейчас вещи загрузят, а я распоряжусь об охране…
Он вышел вместе с Дашей. Я же привел в себя в порядок, переоделся в свои модные шмотки и спустя полчаса подошел к флайеру, в котором они сидели вдвоем. Недалеко от нас сверкал серебристой краской изящный флайер Шуйского, на фоне которого наше средство передвижения (надо заметить, тоже не дешевое и достаточно престижное) выглядело бедным родственником.
На стоянке у выхода из Академии нас уже ждали. М-да… на каждый род приходилось по три флайера, если учитывать охрану. Народ, я так понимаю, уже загрузился; ждали нас с Шуйским, который появился практически следом за мной. Но самое удивительное, что там же находился флайер с гербом рода Годуновых. Надо же, папа дочку к врагу отпустил! Интересно!
Я обратил внимание Шемякина на этот факт, но тот не удивился.
— Ничего странного, господин, — улыбнулся он, поднимая в воздух флайер. — Годунов достаточно умен и хитер, чтобы с помощью своей дочери попробовать прозондировать ваши планы…
Я в ответ лишь покачал головой, но спорить не стал. Мне вспомнился разговор с Годуновым, в котором тот вообще требовал, чтобы я не приближался к его дочери. Судя по всему, его планы изменились? Как-то подозрительно все это…
Ресторан «Башня» действительно находился недалеко от Академии и располагался на вершине огромной пятидесятиэтажной башни, занимая, по-моему, всю ее крышу. Половина территории представляла собой посадочную площадку, а вторую половину занимал сам ресторан, представлявший собой двухэтажную ультрасовременную постройку. И нас уже встречали аж трое представительных молодых людей в строгих костюмах. Как оказалось, это были официанты. М-да… что-то не привык я к такому виду обслуживающего персонала…
Но после того как мы приземлились и выбрались из флайеров, охрана осталась ждать на стоянке. Шемякин сообщил мне, что у этого ресторана своя охрана, и весьма неплохая, но он отвезет Дашу и вернётся. Получив мое одобрение, он ушёл.
Нас проводили в сам ресторан (точнее, как оказалось, в отдельный просторный кабинет, в котором, на мой взгляд, могло разместиться человек двадцать, не меньше), и я понял, почему официанты были так официально одеты. Антураж ресторана внутри совсем не соответствовал его виду снаружи. У меня создалось впечатление какой-то резкой смены эпох: вот только что находился в двадцать четвертом веке, а прошел десяток шагов и попал в век эдак восемнадцатый. Мы сели за массивный стол с изогнутыми ножками, в центре которого возвышались не менее массивный бронзовый канделябр (правда, вместо свечей в него были вставлены стилизованные под них лампы). А вокруг — царство бархата, позолоты и тяжелых занавесей на окнах.
— Ты менее пафосное место не могла найти? — весело поинтересовался у Вероники Шуйский.
— Да ничего тут пафосного и нет! — возразила девушка. — Просто этот ресторан расположен рядом с Академией, и в нем оказались свободные кабинеты. А тебе не все равно? — Она ехидно посмотрела на моего друга.
— Да в общем-то все равно… — пожал тот плечами. — Просто спросил.
С одной стороны от меня традиционно уселась Пожарская, а вот с другой стороны оказалась… Годунова. Я удивленно посмотрел на Шуйского, который скромно сидел вместе с братом Варвары. Тот лишь пожал плечами и весело мне подмигнул. Вот же…
Тем временем стол начал заполняться закусками и выпивкой. По-моему, хозяйка нынешнего банкета решила поразить нас количеством яств… Но вот стол полон, бокалы налиты…
— Как это тебя отпустил твой родитель? — шепнул я на ухо своей соседке. — Его мечта, насколько я понимаю, чтобы я держался от тебя подальше…
— Пришлось настоять. Да, он явно не горел желанием, — призналась девушка, тоже шепотом, — но мне не привыкать! Подумаешь…
— К чему не привыкать? — не понял я
— Я сама решаю, что мне делать и с кем встречаться, вообще-то я совершеннолетняя уже, и сейчас не семнадцатый век! — спокойно прошептала Годунова, и на этом наш разговор закончился. Вероника Трубецкая встала и подняла свой бокал.
 
— Давайте выпьем за сегодняшнего героя дня! Он не просто победил на дуэли, отстояв, не побоюсь произнести эти слова, честь России, но и принес нам немало денег. За Веромира!
Тост был поддержан всеми присутствующими, и даже обоими Годуновыми. А вот я задумчиво наблюдал за явно разошедшейся Вероникой. Чего-то я ее не узнаю совсем. Неужели так отец на нее подействовал? Изменилось ее поведение ну прямо на сто восемьдесят градусов! Вот Елена так не изменилась. Да, улыбается, да, вся такая вежливая…но я чувствовал, что все это игра. Хотя чего я переживаю? В этом месте все «играют» … Я, кстати, тоже.
И тут в дверь вежливо постучали, и следом за этим она открылась, явив двух гостей, с которыми я познакомился сегодня: Исидо и Наоми Сузуки.
  
Глава 17 Вечеринка с японским колоритом
 
М-да. Наступившую после появления новых гостей паузу я бы назвал минутой всеобщей растерянности и изумления. Только от меня не укрылось, что как ни пытался Шуйский изобразить на своем лице удивление, он явно переигрывал. Понятно. Вот кто у нас постарался, опять ничего не сказав мне! А я ведь его предупреждал. Наследник, блин! Надо будет еще раз поговорить с ним. Видимо, Иван понял мое возмущение и принял такой виноватый вид, что мне даже и сердиться на него вдруг расхотелось. Тем временем гости правильно оценили реакцию присутствовавших в кабинете людей и переключили все внимание на меня. Надо сказать, Наоми вновь ослепила меня своей улыбкой.
Вот же красивая, стерва! Я покосился на крайне недовольную моську Дианы и, что удивительно, Варвары. Хм… а вот это уже серьезно! Я, конечно, понял, что у нас обломался возможный секс в «Мифах и Легендах», но всё же не думал, что дочь моего главного врага ко мне неровно дышит. А вот как я сам? Я прислушался к себе. Не знаю. Она мне как женщина, конечно, нравилась, но не настолько, чтобы говорить о какой-то влюбленности. К тому же я никак не мог избавиться от мысли о том, что она — враг, несмотря на все ее слова о том, что она не разделяет взглядов своего папочки и все такое…
— Уважаемый Веромир-сан! — тем временем поклонился мне Исидо. — Я прошу прощения за подобное вторжение. Если наше появление вам неприятно, то мы тотчас оставим вас, но мне все-таки хотелось бы засвидетельствовать вам свое почтение. Поверьте, сегодняшняя дуэль для меня очень много значит…
Ну вот что я мог сказать, смотря в его в преданные глаза? С другой стороны, надо, конечно, посоветоваться с Гвоздевым. По идее, мне и такие союзники, в любом случае, не помешают.
— Я рад, что вы нас навестили, — сообщил я Исидо. — Пусть меня и не предупреждали о том, что вы появитесь, но, тем не менее, садитесь…
— Разрешите мне угостить вас — сразу заявил Исидо, явно обрадовавшись моим словам. — Это самое малое что я могу сделать после сегодняшнего боя.
Не знаю, что там нашептал девушкам сразу встрепенувшийся Шуйский, но через несколько минут японцы оказались по обе стороны от меня, а Пожарская и Годунова подвинулись. Вот теперь я был удивлен по-настоящему. И особенно мне не нравилась хитрая рожа Ивана. Вероника же, по-моему, просто получала удовольствие от происходящего в отличие от своей сестры.
Вновь появились официанты. Они принесли какие-то японские блюда, из которых я определил только роллы (все население Российской Империи, наверное, периодически употребляло как своеобразный фаст-фуд, однако даже я знал, что для японцев все эти суши и сашими — национальная кухня, которую они невероятно уважают). Но вот что меня удивило — это двухлитровая бутылка какого-то странного напитка, запечатанного сургучом. Официант, несший его, держал эту бутылку, словно какое-то сокровище.
— Это японское коллекционное виски столетней выдержки из подвалов нашего рода. Это мой подарок Вам. Но я счел возможным выставить сейчас в качестве компенсации нашего столь неожиданного появления бутылку на стол, а десятилитровой бочонок этого же виски передали вашей охране …