Недоучка (СИ)

Его болтливость была как раз кстати.
— Что это за дерево? — требовательно спросил Маг.
— Пусть твой спутник сам тебе скажет, — ответил старик, и легонько взмахнул рукой.
Волк недоверчиво приложил руку к горлу и перевел на Мага взгляд, ставший непривычно хмурым еще в тот момент, когда они пару дней назад взошли на корабль.
— Это… — он захрипел, откашлялся, и голос стал ниже и чище, — эти демоны забрали души у моего народа, жившего в пустыне, превратили их в монстров, вынудив охранять переход в другой мир! — с яростью выкрикнул он. — А сами создали это дерево и питаются их энергией!
— Достаточно, — поморщился старец и отмахнулся, вновь забирая способность говорить. Волк зло сплюнул проступившую на губах кровь и зарычал. — В одном он прав: это дерево — бесконечный источник светлой энергии, и ни один человек не сможет его уничтожить. Твое же время закончилось, Проклятый.
Маг поднял голову, вглядываясь в тонкие ветви, облепленные сотнями светящихся молочных сфер. Он никогда ничего не слышал про души — разве что в переносном смысле — и даже не думал, что они могут иметь физическое воплощение.
— Это бесконечное добро? — сглотнув, тихо спросил Маг, понимая, что это самое удивительное и чарующее зрелище, что он когда-либо видел. — Вы создали заклинание, чтобы использовать это… эту чистоту для убийства?
— И это огромная честь для тебя, так близко увидеть нашу святыню. — Старец выставил перед собой длинный посох, увенчанный мерцающим синеватым кристаллом, и тот быстро стал набирать яркость.
— Я благодарен, — ответил Маг, достал книгу и, поднеся ладонь к обложке, посмотрел на Волка:
— Если сорвется…
Тот кивнул.
Распахнулся переплет, замелькали страницы, открывая нужное заклинание. В этот раз света не было, даже грязно-зеленого, к руке протянулась серая мгла, постепенно становясь все плотнее, чернее и гуще. Шепот нескольких голосов слился в один хор, сначала тихий, но быстро обретавший силу, доходя до почти уловимой телом вибрации воздуха. Маг пару мгновений вслушивался, а потом стал повторять чужие и непонятные ему слова, вплетая свой голос и силу в этот поток. Кожа посреди ладони и на пальцах лопнула, показавшаяся кровь вытянулась тонкими струйками, закручиваясь и напитывая тьму жизнью. Серое облако, подобно гудящему, беспрестанно двигающемуся по спирали рою песчинок, окутало Мага с головы до ног и вместе с незаметно соскользнувшей с плеча уже знакомой змеей устремилось в небо, складываясь в огромную крылатую фигуру.
Горели ладони и губы, внутри все пылало так, будто он глотнул расплавленного свинца; из правой руки, казалось, вместо крови тянули жилы. Он отдал уже слишком много, но все еще недостаточно. Маг с новой силой раз за разом проговаривал шипящие звуки, стараясь не впасть в опасное полусознательное состояние, когда он уже не сможет остановиться, ладонь задрожала от напряжения, над ним ярко сверкнули два алых глаза. Мощные крылья сделали взмах, обдавая горячим ветром, и черный как ночь дракон, стрелой ринулся к дереву. Он разинул чудовищную пасть и принялся пожирать сияющие ветви одну за другой.
Волк, до этого нападавший на старца, чтобы отвлечь его на себя и дать закончить заклинание, набросился на Мага, сбивая с ног и отпихивая книгу в сторону. В янтарных глазах читался ужас и непонимание, он зарычал, потянувшись к горлу, но, встретившись со спокойным и уверенным взглядом, внезапно остановился. Все шло, как и было задумано. Дракон, уничтожив дерево, взмыл в небо, а инквизитор, собрав остатки энергии и воспользовавшись тем, что обе цели неподвижны, решил прикончить их одним заклинанием. Волк вскинул голову; Маг еще не успел поставить щит, как он метнулся на старца, поймал на себя весь заряд огненного шара и, заскулив, отлетел в сторону. Маг мельком глянул на небо, где тело дракона пронизали, словно копья, идущие изнутри лучи яркого света, подскочил к зверю и прикрыл их куполом. Инквизитор взмахнул посохом, и в этот момент высоко над их головами что-то оглушительно взорвалось, и на землю хлынул черный ливень вместе с обрывками плоти. Прежде, чем старец успел произнести заклинание, огромная лапа с хрустом и чавканьем раздавила его в лепешку.
 
Маг снял купол и посмотрел на темно-бордовое небо, где сотни едва различимых огоньков направлялись в сторону пустыни. Это был рискованный шаг, но в этот раз правильный: в схватке двух противоположных сил победила неиссякаемая. Маг прислушался к тяжелому, хриплому дыханию Волка и поднес руки к страшной ране среди опаленной шерсти. Мягкий свет заструился из ладоней, и зверь перевел на него взгляд.
— Спасибо, что спас, — улыбнулся Маг. — Твой народ вернется. А пока отдыхай.
Волк благодарно кивнул и, прикрыв глаза, стал дышать глубоко и спокойно. Залечив его раны, Маг отодвинулся и уселся прямо на грязный пол, обхватив колени руками. У него больше не было сил, чтобы двигаться, а внутри осталась лишь пустота. Неподалеку мягко зашуршали крылья, послышались тихие шаги, и чья-то легкая рука легла на плечо. Маг поднял взгляд на стоявшую рядом женщину, смотревшую на него с некоторой тревогой.
— Все кончено, — произнес он, и Страж, кивнув, присела рядом с ним.
Магу захотелось рассказать ей о том, что книга теперь пуста и не представляет угрозы, что в его мире разразилась война и единственные друзья погибли, и даже инквизиторы не знали, как вернуть его домой — но он чувствовал, что уже не успеет.
— Как же я устал, — пробормотал Маг, прислоняясь к ее плечу и прикрывая глаза.
— Поспи, — шепнула Страж. Она тихо запела колыбельную, легонько гладя его по голове, и Маг, улыбаясь, медленно погрузился в сон.
Всё то время, пока над островом шел бой, в мрачную подземную темницу долетали лишь отголоски взрывов. Принцесса, боязливо поглядывая на сыпавшиеся с потолка мелкие камушки, не оставляла своих попыток освободиться: ее руки заковали в кандалы, соединенные одной цепью, перекинутой через вбитое в стену кольцо. Царившая здесь постоянная сырость постепенно разрушала каменную кладку, и кольцо, поддаваясь рывкам и кручению, понемногу выдвигалось. Когда Маг уничтожил купол, принцессе, наконец, удалось освободить руки. Но в этот момент она услышала в темноте шаги и, понимая, что сбежать и спрятаться уже не успеет, подпрыгнув, быстро вставила кольцо на место. Через образовавшуюся в потолке брешь проникали лучи света, и принцесса различила знакомый мужской силуэт, направлявшийся к ней по коридору. Придворный чародей обогнул покореженную решетку и зашел в камеру, приветливо улыбаясь.
— Мой спаситель! — радостно воскликнула принцесса. — О, как я тебя ждала!
Она внезапно осеклась, увидев кинжал в его руке.
— Зачем это? — Испуганный взгляд метнулся к невозмутимому лицу чародея, и в голосе послышались панические нотки. — Что ты хочешь сделать?!
— Заткнись. — Он грубо толкнул ее к стене. — Слишком много от тебя шума и проблем. Если уж кому и сидеть на троне, то явно не тебе.
Принцесса, задрожав, не сводила глаз с кинжала, приблизившегося к ее лицу. Острие клинка коснулось щеки, оставляя длинный, тут же напитавшийся кровью след, и чародей довольно кивнул.
— Значит, для простого оружия ты все же уязвима.
По щекам принцессы уже вовсю текли слезы.
— Пожалуйста, — всхлипывая, прошептала она. — Не надо. Я не хочу.
Чародей иронично усмехнулся.
— Ваше величество, один быстрый удар в сердце — и никаких мучений. Уж потерпите.
Он отступил на шаг, чтобы как следует размахнуться, и в этот момент принцесса дернула кольцо, набрасывая цепь ему на шею, и тут же оказалась за спиной, скрестив концы и изо всех сил потянув их в стороны. Штырь, которым кольцо крепилось к стене, попал чародею в горло, он захрипел, задыхаясь и заливая камеру кровью, и повалился на колени — но принцесса еще долго не расслабляла руки, пока не стихли последние судороги. Потом зло оттерла слезы, размазывая по лицу розовые полосы, отыскала в коридоре ключи, открыла кандалы и стала по обвалившимся в подземелье камням взбираться к отверстию в потолке.