Роковой секрет (СИ)

Машина останавливается и, прижав нежную ладонь к губам, я обжигаю ее поцелуем.
— Идем.
Сола нехотя слезает с моих коленей, а я подгоняю ее легким шлепком по попке.
— Куда мы приехали? Что ты опять задумал? — лукаво изгибает бровь.
Я не успеваю ответить, потому что нас отвлекает Балдо, открывая двери и подавая Соле руку.
— Синьорина, — вежливо приглашает ее выйти. Она оборачивается и аристократично кивает, прежде чем вложить свою ладонь в его руку.
Сола вылезает первая и, распахнув дверь со своей стороны, я слышу чистый звонкий смех, который осколками рассыпается на дне моей души. Вдыхаю полной грудью запах виноградников и когда вижу искреннюю реакцию своей девочки, чувствую, как ломаются сдавившие меня тяжелые оковы эмоций.
— Рафаэль, как здесь красиво!
Она начинает кружиться, утопая в солнечных лучах, и подол синего платья развевается мягкими волнами. В этот миг Сола похожа на порхающую на солнечном лугу бабочку. И от этой картины сердце щемит еще больше. Ведь каждый ублюдок теперь мечтает обломать крылышки моей бабочке, а ей хватит одного неосторожного прикосновения, чтобы камнем разбиться о землю.
— Хотя бы в мой день рождения ты можешь улыбнуться? А?
Угнетенный тягостными мыслями, даже не заметил, как Сола подлетела ко мне, обвив шею тонкими руками.
— Тебе придется привыкнуть к моему хмурому лицу, — приобнимаю ее, направляя в нужную сторону. — Идем, я кое-что тебе покажу, — вкрадчиво шепчу ей на ухо и прикусываю мочку, заставляя звонко взвизгнуть.
Подвожу девчонку к обрыву на холме и, крепко обхватив за талию, прижимаю спиной к своей груди. Утыкаюсь носом в макушку, распадаюсь на мельчайшие частицы от свежего запаха ее волос вперемешку с виноградом.
— Невероятно… — шепчет Сола с придыханием, рассматривая открывшуюся ей картину.
Горный хребет на горизонте похож на восседающих великанов, а у подножия зеленым покрывалом раскинулись сотни гектаров виноградника. Завораживающий вид. Один из моих любимых. И мне не терпелось поделиться этим с ней.
— Теперь это все твое, — хрипло шепчу ей на ухо, руками сжимая хрупкие плечи.
— Ч-что? — срывается с ее пухлых губ, но я не позволяю девочке обернуться, приникая ртом к шее.
— С днем рождения, мышонок. — Целую ее в макушку и продолжаю хрипеть на ухо: — Один гектар урожая в сезон приносит более миллиона долларов. Я хочу разделить с тобой свой бизнес. Теперь ты хозяйка целой плантации. Документы уже оформлены, нужно лишь…
— Нет! — резко вскрикивает она и скидывает с себя мои руки, тут же разворачиваясь лицом в надежде разглядеть хоть какой-то намек на шутку. Но пару мгновений спустя понимает, что это не шутка, и ее глаза начинают блестеть жгучим разочарованием. — Я не могу это принять, — отрицательно качает головой, отступая на шаг назад.
— Я не спрашиваю, можешь ли ты…
— Это не смешно, Рафаэль! — обрывает она возмущенно. — Что мне делать с таким… п-подарком, — истерично усмехается и прикусывает нижнюю губу, расстреливая меня в упор зелеными молниями. — Это же целый бизнес! Я ничего в этом не понимаю, да мне это и не нужно!
— Нужно, — припечатываю, пригвождая ее взглядом. Меня начинает раздражать ее безрассудное поведение. — За все приходится платить, Сола. И деньги нужны всем. Я просто даю тебе эту возможность.
— В твоем возрасте положено знать, что есть вещи ценнее денег. А ты просто хочешь купить меня. Вот только мне не нужны твои деньги, Рафаэль. Мне нужен ты.
Провокационные слова запускают по венам кипящую злость, и в то же время перекрывают ее, давая возможность сдержаться.
— Если бы хотел — купил.
— Ч-что? Какого хрена ты несешь?! Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку, Рафаэль? Думаешь, меня можно купить?
— Сола, в этом мире продается все. Впрочем, это неважно. Ты привыкнешь к моему подарку. На этом мы закончим неуместные разговоры.
— Закончим? Да нет уж, давай продолжим, милый! — Она яростно толкает меня в грудь, но не получает желанного результата, что еще больше распаляет эту фурию. — То есть, по-твоему, я продаюсь? Ты вообще в своем уме? — Сола шокированно хватает ртом воздух, нервно проводя руками по волосам. — Какой же ты все-таки мерзавец! Зачем ты все портишь? — Она вновь замахивается, но на этот раз я перехватываю хрупкие запястье, не позволяя нанести себе удары. — Я не привыкну, и не надейся! — злобно выплевывает мне прямо в лицо.
 
Невыносимая девчонка. Другая бы бросилась на шею с благодарностями, но только не эта. Стерва! Вскипев от вмиг охватившей ярости, одним резким движением сгребаю ее в охапку и сжимаю до хруста.
— От тебя было достаточно просто сказать «спасибо»! — выдавливаю сквозь стиснутые зубы.
— И ты этого не услышишь!
Дрянь!
Цепляю за руку так, что ее лицо искажает болезненная гримаса. Но, видимо, последние события подпортили мои и без того истончившиеся нервы, потому что терпеть подобное поведение я больше не намерен. Не обращая внимания на едва заметное сопротивление, тащу девчонку к машине и грубо запихиваю в салон.
— Псих!
Она не бросает попыток оказать сопротивление, но я залезаю следом, двигая ее на свое место.
— Домой! — рявкаю Балдо, и мы незамедлительно трогаемся с места.
Нервно расстегиваю верхние пуговицы рубашки и отдергиваю ворот. Даже не смотрю в ее сторону, хватает порывистого дыхания этой стервы, чтобы понять, в каком она бешенстве. Как и я. Мне необходимо остыть, иначе придушу ее. Вот же зараза! Твою мать, я точно с ней свихнусь! Откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза в надежде найти спокойствие.
Половина дороги прошла в давящей тишине, и только сейчас моя злость начинает постепенно угасать. Ладонями растираю усталое лицо, пытаясь понять, что опять пошло не так. Отчего Сола так взбесилась? Что ей не понравилось?
И сам прекрасно знаю ответ.
Я просто нетерпеливый идиот! Столько времени потерял, что сейчас будто пытаюсь наверстать упущенное, боюсь не успеть. Однако забываю о том, что она не похожа ни на одну женщину, которую можно купить дорогим подарком. Эта же фурия может еще и в глотку мне вцепиться, особенно, когда я начинаю на нее давить.
Невеселые размышления покидают мою голову, когда ощущаю, как на колени забирается хрупкое девичье тело. Теплыми ладонями она нежно обхватывает мои щеки и заглядывает в глаза.
— Я была не права, прости, — шепчет мне в губы и проводит языком по их контуру. — Не стоило так реагировать…
Сам накрываю ее губы, чтобы Сола больше не наговорила глупостей, и она отвечает жарким поцелуем, скользя языком по зубам и вызывая по телу яркие вспышки желания.
— Нет, твоей вины здесь нет. — Провожу пальцами по острым скулам. — Можешь не извиняться, уж точно не передо мной. Не надо, Сола.
— Прошу, не делай больше таких… подарков. Одно дело — платье, но целая плантация…
— Тебе нужно научиться адекватно относиться к поступкам взрослого мужчины. Я могу себе это позволить.
— Нет, не можешь. У нас еще не тот уровень отношений, чтобы ты делал мне такие подарки.
— А какой должен быть уровень, по-твоему? А?
— Рафаэль…
— Детка, — цепляю ее подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза, — выброси из головы эти глупые мысли. Никто никому ничего не должен. И нет никаких уровней. У человека либо есть возможность делать, и он берет и делает, либо нет. У меня она есть. Просто прими это.
— Ты неисправим.
— Таков уж я. И другим не стану.
Прерываю очередную попытку возмутиться губами, впитывая всю ее словно живительную влагу.
Наши отношения напоминают американские горки. Вот нас закручивает в смертельной воронке, а вот мы уже испытываем эйфорию, утопая друг в друге. Кажется, мы оба плотно подсели на адреналин. И в каждом из нас таится тот самый «гормон счастья», который мы так жаждем. Именно это желание и толкает нас на крайние поступки и порой заставляет нарушать границы разумного.
   
Глава 27