Сладкий грех. Падение (СИ)

— Хорошо. Если мы едем вместе, то надо уже собираться. Я оттягивал этот момент, но то, что должно случиться, неизбежно.
— Отлично, — встаю на ноги и направляюсь к тарелке.
— Ты не поела.
— Ничего страшного. Поем позже бургерами с твоего тела, — подмигивая Слэйну, выхожу из спальни и спускаюсь вниз.
Всё получится. Этот день очень важен для него, но и не только для него. Я тоже боюсь, ведь были кражи, было предательство, и я надеюсь, что всё закончится хорошо. Это должно быть так, потому что я хочу прекратить каждый день бояться жить. Мы пройдём через это вместе.
  
Глава 42
 
Слэйн ожидает меня внизу, и я подхожу к нему. Он удивлённо оглядывает меня. Я кружусь вокруг себя и улыбаюсь.
— Сойдёт?
— Я ожидал очередные лосины и свою рубашку.
— Хм, мои лосины ты порвал, а рубашка промокла в виски. Не думаю, что в таком виде я бы выглядела прилично рядом с тобой. Не хочу упасть в грязь лицом и подставить тебя, — смущённо тереблю кончик косы.
— Ты боишься разочаровать меня? — Слэйн протягивает мне пальто, но я мотаю головой и показываю ему на новую куртку, которую он купил для меня.
— Да, именно так. Боюсь, что тебе будет стыдно рядом со мной. Хочу соответствовать тебе, но это жалкие попытки, — кривлюсь я. На мне джинсы и приталенная белая рубашка. Я даже нижнее бельё надела и нормальные носки, сапоги и сделала лёгкий макияж, убрала торчащие волосы и всё равно я дерьмо. Как ни одень дерьмо, оно лучше пахнуть не будет.
— Энрика, мне плевать, во что ты одета. Мне важно, какая ты, когда раздета. А одежда меня не волнует. Но если бы ты выбрала чулки, платье и туфли то было бы куда сексуальнее. Я бы немного расслабился и облизывался на тебя.
Смеюсь и качаю головой, следуя за Слэйном на улицу.
— Если бы я оделась именно так, то вряд ли бы ты смог сосредоточиться на работе, да и я бы вела себя очень плохо. Ведь с чулками необязательно носить трусики, — подмигиваю ему, а он смеётся.
— Мне нравится ход твоих мыслей. И я рад тому, что ты больше не боишься говорить со мной о том, как ты скучаешь по моему члену, — он опускает ладонь ниже на мою ягодицу и сжимает её.
— Думаю, вчера я сказала столько, что поздно краснеть. С тобой это говорить не стыдно, — улыбаюсь я.
— Скоро ты перестанешь, вообще, носить одежду рядом со мной. Будешь исключительно голой.
— Ах вот, значит, какой у тебя план? Всё же следовать своим правилам, — журю его, пихая в бок.
— Точно. Ты меня раскусила, Энрика. И это только начало наших развратных каникул. Мой злодей придумал кое-что очень интересное, — шепчет мне Слэйн на ухо.
— Вау, он меня постоянно восхищает. Я в предвкушении.
— Правда? Не боишься, что он будет слишком жесток? — Изгибает вопросительно бровь Слэйн.
— Хм, знаешь после того, как я сосала его член, и он кончил на мою грудь, а потом растирал сперму по мне, да и после пальцев в моей задницы, не думаю, что он может сделать что-то ещё более жестокое. Он заставил меня уже сделать то, что я ненавидела и презирала. Он заставил меня хотеть мужчину, сходить с ума без его тепла кожи и получать удовольствие. Он доказал мне, что не все люди дерьмо. Не все хотят причинить мне боль и увидеть мои страдания. Он показал мне, что многое может быть иначе, если посмотреть на это под другим углом. К примеру, с твоим членом во рту, — мои щёки горят от того, что я сказала, но ради восхищения в глазах Слэйна и желания я готова говорить вещи и похлеще.
— Ты меня чертовски возбуждаешь, Энрика. Даже больше. Ты меня меняешь. Я стою на улице и держу тебя за задницу, но я чувствую, как моё сердце бьётся. И не потому, что ты очень сексуальна с этим грязным ртом, и я хочу трахать его, а потому что ты стала мне близка. Я тебе доверяю. Я отвезу тебя туда, куда никого не возил. Ни одну женщину. Я покажу тебе своё прошлое, Энрика. Я хочу, чтобы ты знала о нём, — он улыбается так красиво, что моё сердце делает несколько оборотов от счастья. Я действительно безумно рада тому, что он перестал видеть во мне врага. И я готова идти с ним дальше, пока я нужна ему. Я готова забыть обо всём, больше это для меня не важно, только он. Слэйн стал моей семьёй. Новым человеком, с которым я вновь чувствую заботу, ласку и кого могу любить.
 
— Да ладно. Серьёзно? А ошейник ей не прикупил, Слэйн? — За нашей спиной раздаётся недовольный и язвительный голос Кавана.
— Выберем для него ошейник сегодня. Думаю, ему пойдёт с шипами. Я его принципиально выверну, чтобы было пожёстче. Он же любит пожёстче, — фыркаю я. Слэйн смеётся и кивает мне.
— Всё что захочешь, Энрика. Ещё могу предложить купить поводок и выводить его на улицу, чтобы он не гадил в доме.
— Хм, хорошая идея. Но прежде, чем его выпустить, надо вставить кляп. Он точно притащит в дом какое-нибудь дерьмо. Оно ему так нравится, — улыбаюсь я.
— Потрясающе. Слэйн, я с тобой куда дольше, чем она. Это не по-дружески.
Слэйн пожимает плечами и смотрит спокойно на Кавана, зло пытающегося придушить меня взглядом.
— Ты мне сейчас не нравишься, Каван. А она мне нравится. К тому же она обожает моего злодея. Поехали. Надо закончить с этим побыстрее, у нас с Энрикой планы, — Слэйн открывает дверь машины, и я сажусь в салон.
Такой исход разговора меня очень забавляет, как и выражение лица Кавана. Он ревнует, и он злится. Так ему. Жаль, что он ходит. Я надеялась, что вчера в клубе ему кто-нибудь причинит увечья. Да, я его терпеть не могу. Он мешает мне. Он мешает Слэйну. Я не вижу никакой помощи от него. Абсолютно никакой. Может быть, я не знаю о ней, но всё, что пока я видела, это только то, как он насильно заставляет Слэйна бояться быть собой. Он его держит на привязи и у меня достаточно времени, чтобы доказать Слэйну, что Каван ему не друг.
Мы едем на другую сторону Дублина в бизнес-часть города, где настроено много стеклянных зданий. Машина Слэйна останавливается перед одним из таких зданий. Я рассматриваю тёмно-синие окна, отражающие пасмурное небо. На входе в здание висит большая металлическая и тоже переливающая стеклом и металлом табличка названия компании. Там три буквы: Т.С.Н.
— Это технологии Слэйна Нолана? — Интересуюсь я, показывая на название пальцем.
— Да. Моя компания названа в честь меня, как основателя, — кивает Слэйн, обнимая меня за талию и ведёт к крутящимся дверям.
— Я думала, что у тебя небольшое здание. Оно огромное. Всё твоё?
— Да. Но здесь работают не только те, кто занимается программированием, но и два этажа отдела рекламы и приёма заказов фабрики по изготовлению мебели из стекла.
— Вау, — шепчу я, разглядывая потрясающие люстры, сделанные из разных кусочков стекла. Нет, они отличаются от фресок. Здесь только лаконичные и холодные оттенки: тёмно-синий, молочно-белый, дымчато-серый. Но выглядит это как произведение искусства. В холле довольно тихо, играет приятная музыка, словно это зал ожидания.
— Почему никого нет? — Шёпотом спрашиваю Слэйна. Мы проходим мимо стойки, где нас приветствуют две девушки, а затем подходим к посту охраны.
— Потому что сейчас рабочий день. Обеденный перерыв начнётся через десять минут и тогда все пойдут в ресторан моей мамы напротив.
— Добрый день, мистер Нолан, — охранник кивает нам. Я ничего не могу поделать с реакцией своего тела на воспоминания. Почему мужчины в охране всегда должны быть такими огромными? Они могут раздавить человека, если просто упадут в обморок. Именно такие мужчины работают на Слэйна и здесь. Их четверо. Слэйн проводит карточкой по считывающему аппарату, кивая охране, а затем проходит под металлоискателем. Я следую за ним, а на меня пялятся все мужчины. Мне жутко от их взглядов.
— Как ей удалось всё провернуть? — Задумчиво шепчу я.
— О чём ты? — Слэйн нажимает на кнопку лифта, а вокруг нас становится личная охрана Слэйна и Каван.
— Про тот случай. Да, она воспользовалась незнанием парня о женщинах, но, чтобы пройти такую охрану, ей бы потребовалась помощь ФБР или что-то в этом духе. Просто я думаю, что она была не так умна, раз всё же попалась. Если бы она была умной, то ты бы так быстро не узнал о пропаже файлов. Но она обошла все твои ловушки, я уверена, что они были. Ты умён. Ты отлично разбираешься в этих сложных шпионских штучках, а она, пусть и с паролями того парня, но всё равно нужное стащила. Тебе не кажется это слишком странным? Как будто ей кто-то помогал отсюда, то есть кто-то, кто знал тебя хорошо и знал, где ты поставил ловушки.