Сладкий грех. Падение (СИ)
— Нет, — шиплю я.
— Я могу взять тебя в свой отдел рекламы и оплатить твоё обучение, если ты не хочешь брать деньги. Я думаю, что твоё место именно среди маркетинга, а не в психологии. Ты слишком импульсивна, эмоциональна и активна. Психология требует усидчивости, у тебя её нет. Поэтому это хороший вариант. Ты будешь работать на меня, оплачивая из половины своей зарплаты своё обучение за счёт моей компании. Это бартер. Я его часто использую, и я хочу, чтобы у тебя было будущее, Энрика. Хорошее будущее, — Слэйн кладёт ладонь на моё колено, поглаживая его.
Шумно вздыхаю и смотрю на него.
— Спасибо за то, что переживаешь за меня. Но… дело в том, что я получу образование. Я знаю, как это сделать прежде, чем работа меня убьёт, — тихо говорю я.
— Расскажи мне. Что ты придумала? — Он придвигается ближе и его плечи напрягаются под рубашкой.
— Хм, я улетаю в Америку, — выпаливаю я.
— Что? В Америку? Когда?
— Как только между нами всё закончится. Я куплю билет в Америку и мне хватит денег. Мой дедушка оставил мне дом, помимо этого, я имею право потребовать свою часть денег с дома мамы у отчима. Я продам всё и перееду в общежитие при университете. Мне хватит денег, чтобы оплатить всё своё обучение и первое время учиться. Конечно, я буду работать официанткой или консультантом. Не важно, но главное, что ты прав, Слэйн. Психология не моё. Я хотела продолжить дело мамы, но мне понравилось читать про маркетинг. Это увлекательно и думаю, что я бы смогла работать в этой сфере. Поэтому у меня уже есть план, каким будет моё будущее.
Слэйн несколько минут молчит, не сводя глаз с моего лица.
— Когда ты это решила?
— Только что, — тихо смеюсь я. — Правда, только что. Меня словно озарило, понимаешь? Наверное, дело в тебе и в том, что ты всегда идёшь вперёд. Ты используешь ресурсы, и ты прав, что я должна не ныть, а искать варианты. Я хочу изменить свою жизнь. Я всегда считала, что недостойна чего-то простого. Я убедила себя в том, что я должна всего добиваться через лишения, боль и слёзы. Но это не так. Я имею право использовать то, что мне оставили дорогие люди. Да, мне дорог дом моего дедушки и мамы. Но это прошлое. Я боялась встречаться с отчимом, чтобы потребовать свою долю. Это половина стоимости дома. Но теперь я готова к этому. Готова. Я готова двигаться дальше и в этом ты мне помог.
Я тянусь рукой к его щеке и глажу её. Его щетина приятно щекочет мою ладонь.
— И ты не вернёшься сюда? В Ирландию?
— Нет. Зачем? Сейчас меня здесь удерживаешь только ты, Слэйн. Я хочу первый и последний раз в жизни отдаться мужчине и поверить ему. Я не уверена, что в ближайшее время у меня будет желание встречаться с кем-то ещё. На самом деле ты словно мой первый и последний шанс узнать нечто важное о том, какая я женщина. И эти воспоминания будут мне всегда дороги. Но на мужчинах мир не заканчивается и не начинается. Моя жизнь другая. Я должна добиться уважения к себе в своих же глазах. И дело не в мужчинах, дело в том, что я лишила сама себя всего. Я это сделала добровольно, считая, что это верный путь для меня. Я жила в темноте, в гневе, в ненависти и в боли. Сейчас… сегодня я увидела всё иначе.
— Я могу тебя переубедить, Энрика? — Мрачно спрашивает Слэйн. Моё сердце рвётся на части от печали в его глазах.
— Зачем? Это правильный вариант для нас обоих. У тебя свой путь, у меня свой. Наши пути разойдутся, — мягко говорю я.
— Я держу тебя здесь, Энрика. Я причина, почему ты не можешь жить дальше.
— Нет, Слэйн, сейчас нет. Потом я не смогу здесь оставаться. Я ведь буду знать, что ты где-то в этом городе. Это сведёт меня с ума.
— То есть убегаешь и прячешься от меня?
— Да. Да. Так и есть. Я убегу и спрячусь, чтобы у меня не было шанса снова увидеть тебя. Поэтому отпусти меня, ладно? Отпустишь?
— Да, я сделаю то, что ты захочешь. Да. Я отпущу тебя, Энрика. И ты никогда не задумаешься вернуться сюда? Никогда?
— Никогда. Ни при каких условиях, — киваю я.
— Хорошо. Раз ты этого хочешь, то хорошо. Но если тебе понадобится помощь, вспомни обо мне и не погибни там. Обещаешь?
— Обещаю. И мы ведь не прощаемся. У нас ещё много времени, чтобы обсудить всё и насладиться каждой минутой. К слову, твой злодей ещё здесь? — Я провожу пальцем по губам Слэйна, и он улыбается.
— Он всегда здесь. Тебе он нравится?
— Очень. Он такой… такой опасный и притягательный.
— Не милый.
— Нет, он жадный, голодный и немного пьяный, — хихикаю я. Слэйн опрокидывает в себя виски и ставит стакан за мной. Он обхватывает мои бёдра и сжимает их пальцами.
— А если он ещё хуже?
— Тогда я не прочь это увидеть, — игриво склоняю голову набок.
— Если он хочет причинить тебе боль?
— Думаю, он хочет доказать свою власть надо мной.
— Ты права, он хочет обладать тобой, Энрика. Обладать в любую секунду, — рычание вырывается из горла Слэйна. Его пальцы впиваются в мои бёдра сильнее. До боли. Кусаю губу, смотря в его глаза. Они сверкают, как бриллианты в скудном свете. Они горят и словно манят меня дальше. Сделать сотню шагов в этот опасный блеск.
— А он наглый, да? — Интересуюсь я, откидываясь на стол и опираясь ладонями, пока Слэйн медленно расстёгивает мою рубашку. То есть его рубашку на мне. Без разницы.
— Он ублюдок, каких больше не найти. Он змей, — Слэйн касается пальцами моей обнажённой кожи и гладит её над кромкой леггинсов. Моё тело податливо отвечает теплом внизу живота.
— Хм, то есть его план состоит в том, чтобы ласково погладить, а потом задушить?
— Умертвить своими объятиями, — его палец скользит по шву вниз. Он касается моего клитора и его начинает покалывать.
— И что же будет с жертвой дальше? Он бросит её умирать?
— Он убедится, что она мертва, а потом уйдёт. Надо всегда быть уверенным, что жертва мертва и не дышит, — его слова чудовищны, но сейчас я вижу в них кучу эротического смысла. Наверное, это потому, что Слэйн водит пальцем по моим складкам и выводит там круги, возбуждая меня. Ткань не такая уж и плотная.
— Он жесток. А бывали случаи, когда он оставляет в живых? — На мой вопрос Слэйн соблазнительно улыбается, словно предлагая мне ответить на это.
— Он циничен. Он знает, что холод — это его Создатель. Он безразличен ко всему. Женщины для него лишь игрушка, которая быстро надоедает. Но потом случается нечто неожиданное, — Слэйн разводит мои ноги шире и рывком притягивает к краю стола, отчего я охаю и чуть ли не падаю на стол.
— Что же? — Сдавленно спрашиваю я. Его лицо оказывается между моих ног, и он жарко дышит прямо на мой клитор, вызывая затруднённое дыхание. Я так напряжена сейчас. Всё моё тело словно каменное и даже дрожат немного руки.
— Он встретил девушку. Она вызвала в нём желание смеяться. Но злодей помнил о том, что женщинам нельзя доверять, — Слэйн целует мой клитор через ткань. Откидываю голову, отдаваясь удовольствию.
— Он всё равно заставлял себя не верить ей. Она такая же, как остальные. Она предаст его. Она не отличается от них, но она так вкусно пахнет, — он проводит языком по всей моей промежности. Дрожь снова терзает моё тело.
— Сладко? — Хрипло подаю голос.
— Очень. Но она запретна для него. Она грех. Она его падение. Она тот самый лишний глоток любимого виски. Запретный плод, — Слэйн пальцами массирует внутреннюю сторону моих бёдер, продолжая целовать меня и смачивать всё слюной.
— Но запретное всегда самое желанное, — шепчу я, облизывая губы. Наши взгляды встречаются. Он всегда наблюдает за мной.
— Да. Он не смог устоять. Он попробовал её. Он вкусил её. Он обезумел, — Слэйн собирает пальцами ткань на внутренней стороне моих бёдер.
— И его злодей стал вести себя иначе?
— Нет, он стал куда более жестоким. Он начал терзать его. Требовать от него подчинения. Он приказывал освободить его.
Слэйн немного выпрямляется, а я замираю.
— И что же он сделал? Что выбрал? — В тишине мой голос перебивает стук моего быстро бьющегося сердца. В ожидании ответа я даже практически не дышу.