Моя Нирвана (СИ)

— Ножевое ранение. Потеря крови, — говорю автоматически.
— Адрес?
Я диктую улицу и номер дома и сбрасываю звонок.
Толпа тем временем уже пробилась через кольцо секьюрити. В воздухе раздаются выстрелы. Это кто-то из охраны прибегнул к крайней мере. У них есть разрешение на ношение оружия, но им еще ни разу не доводилось пользоваться. На пару десятков секунд это помогает, а потом волнения возобновляются.
— Все, — слышу откуда-то сбоку.
Опускаю голову и вижу, как трое врачей по локоть в крови, бросают попытки привести в чувство Валеру. Сам он бледный и с закрытыми глазами лежит, не двигаясь.
Врачи быстро поднимаются на ноги, и по их суете я понимаю, что они собрались уходить.
— Вы куда? — только и успеваю спросить.
— Подальше от места убийства, — отвечает один и спрыгивает с ринга в сторону запасного выхода.
Я не иду их догонять.
Все происходящее похоже на страшный сон. Один из охранников, удерживающих Колю, бросает это дело и идет помогать коллегам успокаивать толпу. Кобра все-таки нехило получил от Тигра прежде, чем засадил ему в шею нож, так что сил одного здоровенного мужика хватает, чтобы его удержать.
Я понимаю, что есть только один способ остановить все это, пока не произошло новое убийство. Достаю из кармана телефон и набираю уже другой трехзначный номер: 102.
— Алло, — снова дежурный женский голос.
— Здравствуйте. Произошло убийство. Срочно нужна полиция.
— Адрес.
Я диктую улицу и номер дома и сбрасываю звонок, прекрасно осознавая, какое наказание за все это может мне грозить. Незаконное ведение букмекерской деятельности, уход от уплаты налогов, взяткодательство, нелегальные бои без правил…
И убийство в стенах моего клуба.
Сглотнув тяжелый ком в горле, я разблокирую экран смартфона, открываю телефонную книгу и жму контакт «Папа».
  
Глава 76
 
Отец берет трубку после второго гудка.
— Алло, — слышу его сонный голос.
— Пап, — говорю и тут же замолкаю.
— Миша, что-то случилось? — моментально становится бодрым и собранным.
— Да, — произношу и запинаюсь.
— Миша, в чем дело?
— Пап, у меня в клубе человека убили. Я вызвал полицию.
На несколько секунд на том конце провода повисает молчание. Я смотрю на то, как охрана безуспешно пытается успокоить обезумевшую толпу, и ощущение глобального апокалипсиса накрывает меня с головой.
— Я сейчас приеду, — строго говорит. — До моего появления никаких показаний полиции не давай, вину не признавай. У тебя будут проводить обыски, уничтожь максимум доказательств своей нелегальной деятельности.
— Хорошо.
Отец сбрасывает вызов, а я понимаю, что до приезда наряда полиции не так уж и много времени. И мне нужно успеть спасти всех людей, которых я в это втянул.
Я спрыгиваю с ринга и бегу к Сене, который в этот момент разнимает драку между двумя посетителями. Судя по крови из носа, ему самому уже досталось. Я хватаю друга за локоть и оттаскиваю в сторону, что позволяет двум придуркам накинуться друг на друга снова.
— Миш, что ты делаешь? Это надо остановить! — возмущается.
— Сеня, сюда едет полиция. Тебе надо уходить.
— Что? Почему?
— Чтобы тебя не привлекли за соучастие во всем этом. Ты хоть понимаешь, какой срок может грозить?
— Ну не мы же убили Тигра!
— Но мы все это организовали! — я теряю терпение. — Сеня, немедленно убирайся отсюда. Если полиция к тебе все-таки заявится как к моему заместителю, то говори, что тебе ни о чем не было известно.
Арсений начинается смеяться.
— Миш, да тут миллион свидетелей, что я здесь был.
— Сеня, тебе лучше уйти до приезда полиции, — говорю с нажимом.
Видимо, мне удается достучаться до друга, раз он резко осекается и, кивнув головой, направляется на выход. Я смотрю на свою многочисленную охрану. Конечно, им всем тоже грозит какое-то наказание за то, что они знали о происходящем в клубе и не докладывали куда надо. А у них у всех семьи, дети, кредиты, ипотеки…
Я бегу к черному выходу из зала, оттуда по коридорам к своему кабинету, трясущимися руками пытаюсь попасть ключом в личинку. Наконец-то открыв дверь, подхожу к шкафу и достаю громкоговоритель. Быстро возвращаюсь в зал.
 
— Скоро сюда прибудем полиция, — объявляю в громкоговоритель. — Немедленно покиньте помещение, если не хотите быть арестованными.
Мое объявление моментально утихомиривает толпу, хотя 10 минут назад это не удалось сделать выстрелам в воздух. Народ тут же бросает бунтовать и сейчас бежит в сторону выхода. Начинается давка, но на это мне уже наплевать. Дверь с табличкой «Exit» они найдут.
Я подхожу к охранникам.
— Ребята, быстро покиньте клуб. Этой ночью вас тут не было и вы ничего не видели.
— Но… — начинает главный из них.
— Никаких «Но»! — рявкаю. — Через черный ход быстро все на выход пошли!
Больше они не возражают, а послушно бегут прочь. Остался последний охранник, который продолжает удерживать Кобру. Я запрыгиваю на ринг.
— Выруби его и уходи.
Он не задает лишних вопросов и не перечит, бьет в нужную точку на затылке мужчины и бежит к выходу. Я снимаю с джинс ремень и быстро перевязываю убийце руки.
Осталось последнее важное дело, надеюсь, я успею его сделать до появления полиции.
Я возвращаюсь в свой кабинет и останавливаю запись видеонаблюдения на всех камерах. Открываю архив с видео со всех боев и полностью удаляю его без возможности восстановления.
Теперь сейф. Достаю из него все секретное содержимое. Не придумав ничего лучше, я бросаю бумаги и деньги в мусорное ведро и поджигаю. Все, что касалось боев и нелегальных доходов, я хранил только в сейфе и нигде больше. В шкафах документы по «дневному» бизнесу, который я веду законно и за который плачу налоги. И когда урна уже догорает, я слышу за окном вой полицейской сирены. Долго они ехали на убийство.
Иду их встречать, как и полагается гостеприимному хозяину. Аж четыре машины стоят у входа.
— Я провожу вас к трупу и убийце, — говорю им.
Удалив запись видеонаблюдения, я лишился доказательства того, что Валеру смертельно ранил именно Кобра, а не, например, я, но на ринге валяется нож с отпечатками. Надеюсь, этого будет достаточно. Еще есть вариант, что он сам признает вину.
Кобра уже очнулся и дрыкается, пытаясь встать. Мой ремень сменяют наручники, несколько полицейских осматривают труп и место преступления.
— Майор Свиридов, — подходит ко мне один из приехавших полицейских. — Что тут произошло?
Я не успеваю открыть рот, как распахивается дверь и в зал залетает отец, а вместе с ним еще три человека. Я узнаю в них папиных сотрудников, которые, насколько мне известно, специализируются на уголовке. Папа все-таки больше по корпоративным спорам и арбитражу. Они все в костюмах и галстуках, что почему-то вызывает у меня смех.
А дальше все, как в тумане. Допрос длится шесть часов. Перед ним отцу и его команде дают на общение со мной полчаса. Я коротко излагаю все, как есть, и они быстро делают пометки в блокнотах, выстраивая линию защиты. У меня четыре адвоката, и по удивленным лицам полицейских я понимаю, что давно у них такого не было.
Я просто разрешил двум знакомым парням померяться силами на ринге в своем клубе — вот легенда для следствия, которую успели сочинить за полчаса папины адвокаты. Никаких нелегальных ставок, никаких подпольных боев, поставленных на поток, никаких скрытых от государства доходов. Я подозреваю, что в соседней комнате из Кобры без единого адвоката в прямом смысле слова выбивают совсем другие показания, а значит, дальше его слово будет против моего слова.
Кому поверит следствие?
Русская рулетка, черт возьми.
По итогам шестичасового допроса, я остаюсь свидетелем в этом деле. С меня берут обязательство о явке и отпускают домой, но я знаю, что в клубе будут проходить обыски. Наверняка вызовут на допросы моих сотрудников. Кобра ведь дал признательные показания и выложил им все, как есть.