Моя Нирвана (СИ)

— Да успеем, — успокаиваю ее, хотя сам не верю своим словам.
— Миш, ну вот обязательно было так поздно выезжать!? — взрывается. — Ты не знал, что ли, что пробки?
— Вет, не психуй. Мы уже подъезжаем.
— На время посмотри!
А время показывает 23:00. Мы все еще стоим в пробке на Рублевском шоссе и, кажется, что она бесконечная. Навигатор вдобавок показывает, что впереди авария. На телефон сыпятся сообщения от мамы с вопросом, скоро ли мы прибудем.
Признаться честно, мне тоже как-то не очень хочется встречать Новый год в пробке. От безысходности я решаю уже нарушить все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения и съезжаю на обочину.
— Что ты делаешь? — обеспокоенно спрашивает Виолетта.
— По обочине поедем, по-другому не успеем.
Я разгоняю автомобиль, проезжая огромную вереницу машин, но, когда мы доезжаем до места аварии, нас тормозят менты.
— Лейтенант Краснов. — Представляется гаишник. — Молодой человек, в неположенном месте едете, выходите из автомобиля с документами.
По тяжелому вздоху Виолетты я понимаю, что она мне это не простит.
Быстро выскакиваю из машины и сую менту пятитысячную купюру.
— Так, а вот это уберите, — строго указывает на деньги в моих руках. — Иначе проведете новогоднюю ночь в участке.
— Слушай, через час Новый год. Давай договоримся? — теряю терпение. Боже, да я первый раз в жизни вижу мента, который отказывается от денег.
— Мне с вами, молодой человек, договариваться не о чем. — Категорично заявляет. — Проследуйте за мной с документами.
Выругавшись, я накидываю куртку и иду за парнем.
— Оформление штрафа займет некоторое время, подождите. — Обращается ко мне.
Да он издевается!
Достаю телефон и звоню другу-гаишнику, не раз меня выручавшему.
— Алло, — раздается в трубку его пьяный голос.
— Вань, выручай! Меня тормознули и не хотят быстро отпускать, а я тороплюсь. Деньги не берут.
— Миш, вот ты бы хоть раз позвонил мне, просто спросить, как у меня дела, — произносит заплетающимся языком. — А ты все время звонишь, когда тебе что-то надо.
Ппц. Да они сговорились все.
— Вань, — начинаю спокойно, — пожалуйста, очень тебя прошу. На Рублевском шоссе авария, тут некто лейтенант Краснов не хочет меня быстро отпускать. Помоги, и я сделаю все, что хочешь!
— Я думал, ты звонишь меня с Новым годом поздравить, а ты опять о чем-то просишь.
— Так я же тебе деньги всегда плачу! — уже ору в трубку. — Блин, Вань, вот реально ты не вовремя обиды включил!
Приятель тяжело вздыхает в трубку.
— Ладно. Щас. — И отключает звонок.
Остается только надеяться, что он, будучи в стельку пьяным, все-таки действительно поможет, а не продолжит отмечать праздник дальше.
Менты все еще выясняют отношения с устроившими аварию. Один из водителей явно выпил. Через 10 минут наконец-то очередь доходит до меня, и мне предлагают подышать в трубочку. Во время этого процесса у лейтенанта Краснова звонит телефон, и он со злостью бросает взгляды на меня.
— Понял, — слышу его недовольный голос.
— Ты, блатной, — обращается ко мне. — Можешь ехать.
— Спасибо! — все-таки сую ему в руки пять тысяч и бегу к автомобилю.
— Ну что? — тут же налетает на меня Вета.
— Все в порядке, едем.
Я выжимаю педаль газа на максимум, продолжая топить по обочине и игнорируя сигналы недовольных водителей в пробке. В Золотом ручье дорогу замело еще сильнее, поэтому мы бросаем машину у въезда в поселок и, схватив пакеты с подарками, буквально бежим к дому.
— Миша, у меня сапоги на каблуках! — ноет Виолетта.
Я разворачиваюсь к ней и подхватываю на руки.
— Когда бы ты меня еще на руках носил! — смеется. — Знаешь, ради этого стоило в новогоднюю ночь попасть в пробку.
Я не отвечаю, чтобы не отвлекаться.
В дом мы влетаем в 23:50 с видом, будто пробежали кросс. А мы и правда его пробежали. Вернее, я.
— Мы приехали! — восклицаю, быстро стаскивая с себя верхнюю одежду в коридоре.
К нам навстречу торопится мама.
— Где вы так долго!? Я уже думала, вы не успеете.
— В пробку встали.
 
Родительница здоровается с Ветой, обнимает меня, и мы с девушкой, красные и взмыленные, проходим в гостиную, где уже давно накрыт праздничный стол, за которым собралась вся семья.
— Давайте быстрее, — папа указывает на наши места.
— Опоздавшие пьют штрафной! — смеется дедушка.
Пока мы садимся, по телевизору уже начинается речь президента, отец наполняет нам бокалы шампанским, я поворачиваюсь к что-то говорящему мне Леше, а потом будто что-то щелкает, и я нутром чувствую ЕЕ присутствие.
  
Глава 49. Новогодняя ночь
 
С ней всегда так. Мне нужно видеть Лизу, чтобы знать, что она в комнате.
Не успеваю обернуться, как отец говорит, смотря поверх моего плеча:
— Лиза, давай быстрее.
— Иду-иду, — звенит ее голос. — Привет, Миша и Виолетта, — обращается к нам с девушкой, занимая свое место.
Я так и застываю, будто вкопанный, не имея сил ни на нее посмотреть, ни ответить на Лешин вопрос, который я даже не расслышал. Ее взгляд снова пробирается под кожу.
Какого черта она не уехала???
Все-таки поворачиваю к ней голову. Ее волосы собраны в очень красивую высокую прическу, на лице макияж, явно сделанный профессионалом, сиреневое платье с довольно глубоким вырезом подчеркивает грудь. Не могу понять по Лизиному взгляду, что происходит в ее голове. Она вроде бы смотрит серьезно, но в то же время будто с какой-то издевкой. Отрывает глаза от меня и принимается рассматривать Виолетту, которая тихо переговаривается с мамой.
— А Лиза разве не должна была уехать? — спрашиваю шепотом у Леши.
— Папа сказал, она передумала за несколько дней до поездки. — Так же тихо отвечает.
У меня внутри все опускается. Бьют куранты, играет гимн, семья поднимается с мест, чтобы удариться бокалами. Я встаю на автомате вместе с остальными, беру бокал и еще даже не успеваю ни к кому с ним потянуться, как Лизина рука пересекает стол и касается стекла в моих пальцах. Непроизвольно поднимаю на нее взгляд.
Она улыбается. Такой простой, широкой и, кажется, искренней улыбкой. Глаза ее смотрят с грустью, но вот губы оголяют белые зубы. Ее улыбка, как смех сквозь слезы, и я непроизвольно улыбаюсь ей в ответ. Все это занимает считанные секунды, но вот именно в это мгновение кажется, что время остановилось. И что в этой комнате никого больше нет. Только я и Лиза.
Какая же она красивая…
Меня приводит в чувство удар чужого бокала о мой.
— Миша, с Новым годом, — голос Виолетты отрезвляет. Я автоматически поворачиваю к ней голову, девушка тут же тянется к моим губам и целует. Замечаю боковым зрением, как Лиза на это смотрит. Но ко мне тут же устремляются с поздравлениями другие участники застолья: родители, Ира и Леша, бабушка с дедушкой. Лиза тоже на них отвлекается.
А мне же теперь становится резко неуютно. Хочется убежать туда, где нет Лизы. Если бы знал, что она все-таки будет, не приехал бы. С Лизой даже в одном помещении находиться невозможно. Ее аура слишком на меня давит.
Праздник безнадежно испорчен ее близостью.
Начинается вручение подарков. Я дарю всем, кроме Лизы. Ну я же не знал, что она тут будет. Да даже если бы и знал, все равно не стал бы ей ничего готовить. У нас с Лизой не принято дарить друг другу подарки. Мы с ней обычно дарим друг другу незаживающие раны и боль.
— С Новым годом, Миша, — раздается ее тихий голос из-за спины.
Нехотя поворачиваюсь. Лиза протягивает мне сверток в праздничной темно-синей бумаге.
— Спасибо, не надо. У меня для тебя ничего нет. — Стараюсь не смотреть на нее в этом красивом платье, довольно сильно открывающим декольте.
— Я тебе просто так дарю, а не в обмен на что-то. — Настаивает. — Возьми, Миша.
— Нет. — Качаю головой и разворачиваюсь, чтобы уйти, но она останавливает меня за руку.