Чужие миры

То, чем ты будешь заниматься всю жизнь. И Джес не собирался превращать свое призвание в развлечение для дураков с деньгами, о нет! Итак...
— Если вы хотите щенка от собак Иртонов, не просто с Бирмы, а щенка обученного, щенка, который станет другом вашему ребенку, вам придется приехать ко мне в гости. Чтобы щенок сам выбрал себе хозяина.
— Щенок?
— Бирманские собаки очень умные, маркиз. Поверьте, выбирают именно они.
— Допустим...
— Потом вам придется приезжать к щенку, навещать его, и только после определенного срока забрать его домой.
— Такие сложности, — сморщила нос маркиза.
Джерисон пожал плечами.
— Можно обойтись обычной собакой. К примеру, болонкой.
Болонкой маркиза обходиться не захотела.
— Более того, к щенку будет приставлен специальный воспитатель, которого придется слушаться, милорд. Даже если вы — маркиз, а он простой вирманин. Если вы хотите, чтобы пес действовал так же, как Нанук сегодня, сам, без колебаний... рискуя своей жизнью...
— Умоляю! — сложила руки баронесса Легран. — Ваше сиятельство, я обещаю, я сама лично прослежу за всем! Но рисковать своим ребенком я не хочу! Прошу вас!
— Будет составлен договор, — спокойно произнес Джерисон. — И в случае неправильного или недостойного обращения с собакой, я оставляю за собой право вернуть ее обратно.
Барон вскинулся, было, потом подумал — и кивнул.
. — А почему нет? Благодаря вашему псу я сегодня не потерял сына. Какие еще есть условия, граф?
Лекция Джерисона Иртона о вирманских собаках затянулась на полтора часа. Но по итогам...
❖
Домой его сиятельство возвращался, договорившись о двух визитах.
Через двенадцать дней должен был приехать барон.
Через пятнадцать дней — маркиз.
С женами и детьми, разумеется. Все тщательно обдумав, соглашаясь — или не соглашаясь на условия Джерисона. Раньше никак не получится, щенки еще слишком малы для воспитания. А господам надо выбирать щенков, или быть выбранными щенками, договариваться о дальнейшей работе, опять же, знакомиться с воспитателями из вирман, которые будут приставлены к собаке — это не абы что!
Это — элита!
И псы такие будут доступны далеко не всем, но избранным! Штучный товар!
Даже — не товар. Дружбой не торгуют, и преданностью, и любовью...
Ну а такие мелочи, как соглядатаи в каждом доме. Как завязанность на питомник графа Иртона.
Как благодарность и связи с аристократическими семьями... да, через собак, но кто сказал, что эта связь будет непрочной? Тут как бы наоборот не оказалось! Собаку-то часто больше супруга любят!
Джерисон пока еще не представлял себе всех побочных эффектов от своих действий, но подозревал, что шума будет...
Надо поговорить с Эриком.
Надо поговорить с Реми.
Надо доложить Ричарду.
Надо, надо, надо...
И зачем он в это ввязался?!
Но в глубине души Джерисон Иртон уже знал, что не просто ввязался. Еще и не откажется. Похоже, он нашел свое призвание — и собирался заниматься этим делом всю оставшуюся жизнь. Интересно, что скажет Лилиан, когда вернется?
Авестер, столица
Его величество Энтор был слегка недоволен.
К нему только что пришли вести из Ативерны.
Ее сиятельство Лилиан Иртон беременна — и находится в Иртоне.
Его сиятельство Джерисон Иртон собирается ехать к жене.
Врут, конечно...
Энтор прекрасно понимал, что Лилиан где-то в Аве- стере... где? Живая или мертвая!?
Лофрейн точно мертв. Будь он жив, он бы давно объявился. Слишком сильно его род зависит от короля... жаль, очень жаль. Отличный был инструмент, в меру красивый, в меру глупый и управляемый. А теперь придется отдавать главенство над родом в руки его младшего брата. И искать нового исполнителя.
Запишем насчет Ативерны еще один должок.
Лилиан Иртон?
Непонятно, что с ней случилось. Жива она или мертва, в Авестере или в Ативерне. Но даже будь она жива, вряд ли она объявится. Судя по тому, что стало известно его величеству — женщина это достаточно умная, сильная и решительная. Сможет вернуться домой — вернется, но свое появление в Авестере обнародует, только если это пойдет ему во вред.
 
В другом случае она рисковать не будет. А вот что будет выгодно ему...
А в принципе, все равно. Хотелось бы, чтобы Лилиан Иртон была мертва, по принципу: «если не мне, то и никому», но даже если она будет жива — и что? В чем можно обвинить короля Авестера? В том, что один из его подданных оказался слишком податлив на женскую красоту? Господа, это смешно!
Это просто очередная романтическая история, над которой будут плакать все дамы континента. А обвинять его, Энтора...
Все приказы отдавались исключительно устно. Доказательств нет... разве что Лофрейна притащат и заставят во всем сознаться. Но и тогда...
Соврал, подлец! Точно!
Позиция Энтора неуязвима. Ативерна утрется, может, втихомолку ему какую-то гадость подстроят, но и только. А обвинить его официально не получится.
Интересно, была ли она беременна?
Нет, вряд ли. Такое сложно не заметить... врет Ричард. И Иртон тоже врет.
Что ж...
Он не получил ее сиятельство вместе с ее знаниями и идеями. Но и Ативерна графини лишилась.
Это приятно...
Это весьма и весьма приятно.
Себе не на пользу, так хоть врагу во вред. Скажем так — не цель, но половинка цели.
И его величество улыбнулся, глядя в окно.
Надо подумать, кого назначить следующей целью...
Ативерна, Лавери.
Не лишились ли вы, господа весьма нехорошие, вашего и так весьма незначительного ума?
Если вежливо, что речь Джерисона можно было интерпретировать именно так.
Невежливо?
Тогда — многоточия.
От предположений Ганца Тримейна Джес впал в шок. И выходил из него долго.
— Джолиэтт не может!
Ганц молчал.
-БРЕД!!!
Ганц все равно молчал.
— Я что — в кошмаре!?
— Я уже год в кошмаре, — вздохнул Тримейн. — Даже больше... Джерисон, помогите нам!
Джес уронил голову на стол.
Потом поднял ее, потер лоб...
— Ганц, я правильно понимаю — прямых доказательств нет? Только слова?
-Да.
— Тогда чего вы хотите от меня!? Что я должен сделать?!
— Помочь нам получить доказательства. Или — оправдать ее высочество.
— Как? — заинтересовался Джерисон. Ну бред же! Не идея, а чушь собачья, это всем понятно! А раз это чушь, значит надо ее опровергнуть... поймет Ганц, что ошибся, а Джолиэтт... да, она обидится, несомненно. Джерисон тоже обиделся бы. Но рано или поздно Джолиэтт все поймет.
— Нам понадобится помощь Миранды Иртон.
— ЧТ&)!?
Раньше Джерисон не орал, скорее, шептал. А вот сейчас... Ганц искренне опасался, что в него запустят чем-то потяжелее. Но Джес сумел совладать с собой.
— Я. Не. Согласен.
— Ваше сиятельство... Джес, девушки гибнут!
— Я не хочу, чтобы моя дочь пополнила этот список.
— Если ее высочество невиновна, Миранде ничего и не угрожает.
— А если нет?
Ганц развел руками.
— А если нет... Ты готов смотреть на ее высочество — и гадать? Смотреть — и ждать следующей смерти? Смотреть — и доверять ей Миранду?
Джес скрипнул зубами.
— Хорошо! Я... приглашу сюда дочь. И мы поговорим.
>•« >!< *
Миранды Кэтрин Иртон дома не было, пришлось перенести визит на вечер. Ганц приехал, когда стемнело, и все равно — пришлось ждать.
Миранда влетела вихрем, в сопровождении двух здоровущих собак.
— Дядюшка Ганц!
И бросилась мужчине на шею.
Синие глаза сияли нестерпимым светом, черные волосы растрепались, улыбка ослепляла. Маленькая девочка медленно, но верно вырастала в потрясающе красивую женщину.
Его высочеству Амиру повезет...
Синее платье тоже было выше всяких похвал. Внешне строгое и закрытое, с длинным рядом пуговок впереди и тонкими полосками черного кружева. А если приглядеться...
Да, простое синее сукно, хотя и дорогое. Но как сшито! Платье подчеркивает тонкую талию, намекает на наличие груди, пышным колоколом стелется вокруг ног — строй-