Мутная вода (СИ)
— Очевидно, что-то пошло не так, раз наёмники прознали о проекте Калаша и решили наложить лапу на его разработки… — Вмешался в монолог Воронина Мут.
— А вот тут-то он и обратился к нам, — пояснил Генерал. — Всего я не знаю. Но некоторыми подробностями Калашникову всё же пришлось поделиться, так как я не могу позволить использовать силы группировки вслепую. Однако, важные нюансы, касающиеся заключительного этапа испытаний, Калаш от меня, разумеется, утаил… Как, впрочем, и главную деталь, о которой не сложно теперь догадаться: такого рода эксперименты — всегда риск. Тонкое балансирование на грани науки и беззакония. Он готов был поставить на кон безопасность множества людей, играя с материей и энергией, подобно учёным из «О-Сознания». Есть ошибки, которые повторять категорически не стоит. Эд в благодарность за защиту, поделился со мной нюансами их с Калашом бесед, рассказал о рискованных опытах с артами. И паззл сложился. Не знаю, всё ли мы верно поняли… Но если Калашникова не остановить сейчас, то всё может кончиться в лучшем случае, распространением Зоны на многие километры за пределы её нынешних границ. В худшем — гибелью множества невинных людей в периметре Зоны и далеко за её пределами… И хорошо, если Калаш преследовал шкурные интересы, затевая данную историю. Куда хуже, если это уже не Калашников, после того, давнего рейда в Припять. Вы же в курсе, что однажды он достиг Исполнителя Желаний?
— Да ну! — Присвистнул Мут. — Набрехал же, небось, а все верят.
— Отнюдь, — спокойно возразил Воронин. — Мы с Петренко были с ним. Но, в последний момент нас все же прижали фанатики, и группе пришлось спешно ретироваться в соседние галереи. На секунду я потерял сознание, увидев Исполнитель желаний буквально в десятке метров от себя. Говорят, что никто оттуда не возвращается — сходят с ума или гибнут от пули слуг Монолита. Но только не мы. Очнулся я уже в подвале соседней многоэтажки. То ли сказалась лёгкая контузия, то ли сознание не выдержало устойчивого пси-поля в районе "Исполнителя". Но на 30–40 минут я просто выпал из жизни. Возможно, Калаш всё же успел загадать желание… Петренко всё это время отстреливался от фанатиков. Единственное, что я могу сказать точно, Калаш некоторое время был предоставлен сам себе.
Долгие годы я думал, что он держал оборону от «монолитовцев» вместе со всеми. А в свете последних событий уже не уверен… Ох, не уверен… — Вздохнул Воронин, и его голос на секунду, как будто охрип еще сильнее.
Мут задумчиво блуждал взглядом по приёмной генерала.
Я тоже молчал, переваривая неожиданную информацию и пытаясь просто хотя бы не сойти с ума, уж слишком сюрреально для меня выглядели такие беседы.
Первым затянувшуюся тишину нарушил Мут:
— А если Калаш всё же загадал желание, то как Зона его отпустила на «большую землю»? Говорят, такой сталкер, навсегда «приговорён к Зоне»… А Калашников свободно пересекает периметр… Но, к слову, делает это с подозрительной цикличностью… Вы не находите? — Озабоченно обратился Мут к генералу. — Тёртые сталкеры говорят, что Монолит коверкает желания, как джинн, обращая их против своего создателя, делая его своим верным слугой. Или это не так?
— Только в теории. Я знаю лишь одного выжившего — Болотного Доктора. Предлагаю у него и спросить, есть ли жизнь после «желания». Его просьбу "Исполнитель" тоже воплотил с оговоркой. Теперь Доктор, как бы выразиться помягче… не совсем обычный человек… И не может покинуть пределы Зоны Отчуждения. Справедливо ли будет предполагать, что раз Калаш покинул Зону, то желания он не загадывал?
— Не думаю, — возразил генералу Мут, и тот улыбнулся в ответ. — Зона непредсказуема. К тому же один из Законов Мерфи гласит: «Из всех возможных неприятностей произойдёт именно та, ущерб от которой больше». Эти принципы хоть и шутливы, но всегда находят подтверждение в тот момент, когда ты больше всего нуждаешься в чуде. — Мут горько усмехнулся. И генерал задумчиво кивнул в ответ, разделяя пессимизм моего напарника.
Глава 19: Подготовка к рейду
— Ладно, бойцы. Отправляйтесь к Валику в санчасть, он выдаст вам все необходимые в рейде медикаменты. — Обратился к нам генерал. — Петренко потом заполнит все бумаги, а нашему «Пилюлькину» я сейчас лично позвоню и отдам распоряжение. Раз в группе пополнение, надо вас хорошенько экипировать. Потом шагайте в бар, там вам подберут хорошие бронекостюмы по размеру. Далее — в оружейную группировки. Свои вещи можете оставить в камерах хранения. Распоряжусь Бармену, чтобы плату с вас не взимали. По окончанию миссии вся «снаряга» останется Вам. Артефакты, найденные в процессе тоже можно реализовать через Бармена. Плюс по десять тысяч рублей сверх. Думаю, суммарно, выходит хорошая цена за двух-трёхдневный рейд, с учётом высококлассных костюмов, медикаментов и полного продуктового довольствия.
— Разрешите вопрос не по теме? — Внезапно оживился Мут.
— Задавай, — благодушно отреагировал Воронин.
— А, как же теперь отношения группировки с военными? После того, как группа бойцов «Долга» заняла позиции на «Выжигателе», думаю, они перестали быть к вам лояльными? — Проявил любопытство напарник.
— Бойцов, заключивших контракты с учёными и сидящих безвылазно на «Янтаре» военные не трогают. Однако, лишили их внешней связи, заблокировав выход в «ЕСС». — Поймав мой недоумённый взгляд, Воронин пояснил. — «Единая сталкерская сеть». Военные понимают, что отказ от сотрудничества с «Долгом» означает для них смерть. «Янтарь» остался нейтральной территорией, как и раньше, благодаря протекции учёных и грамотности полевых командиров, дай Боже, им здоровья… Не смотря на все меры, предпринятые военными, наши ребята отыскали способ передать нам весть через вольных, не принимавших участия в штурме «Выжигателя». В тотальной опале лишь группа Лиса и отряд наших бойцов, замеченных ранее в обороне базы на "Радаре". На них объявлена охота. Надеюсь, со временем удастся урегулировать этот конфликт. Политика — дело тонкое. На прочих локациях военные так же продолжают отстреливать вольных, как и раньше. Но сталкеры, активно работающие на нужды НИИ в категорию «нежелательных элементов» больше не попадают, ибо без нас учёные свои исследования просто не вывезут.
— Старые-добрые двойные стандарты, — понимающе вздохнул Мут.
— Нам же стратегически выгодно иметь своих людей на «Радаре». Это универсальный выход во многие отдалённые участки Зоны. — Пожал плечами Воронин. — Плюс, перемирие со «Свободой» на этом фоне служит основным интересам группировки. Кровопролитные бои в Лиманске прекращены. Раздел Зоны на условные «сектора влияния» — так же в прошлом. Ради этого стоило пожертвовать весьма шаткими отношениями с военными.
— Хорошо. Я понял. Нас всё устраивает в предложении генерала? — Обратился ко мне Мут.
— Более чем, — ответил я.
— Тогда отчаливаем в Санчасть и далее на все круги бюрократического ада, — сострил повеселевший напарник.
— До встречи, бойцы. Ещё увидимся. — Проводил нас до двери генерал.
***
По дороге в медблок мы встретили Бочку и Эда. Они шли прямиком от Бармена в новёхоньких бронекостюмах класса «СЕВА» последней модели.
Матовые, черно-бордовые, в традиционных цветах «Долга», но без шевронов. Не броня, а загляденье — муха не сидела.
— Будьте здоровы, коллеги, — окликнул парочку Мут. — Уже раскрутили местного барыгу на дармовую снарягу? Уважаю. — Картинно восхитился товарищ и поцокал языком.
— Ха-хах, и вы не хворайте, друзья, — отреагировал Эд. — Рад тебя видеть в добром здравии. — Обратился он прямиком ко мне. — Бочка сказал, что ты уже в курсе, как не легко мне пришлось? Приношу свои извинения — не люблю опрокидывать людей. Ну хоть со снаряжением тебе на первых порах помог.
— Да, всякое бывает, — ответил я. — Не бери в голову. На что Эд картинно выдохнул, обмахнувшись стопкой накладных, изображая облегчение.
— Бармен за эти броньки чуть на фекалии не изошёл. — Вмешался в нашу беседу Бочка. — Крутил и так, и эдак, впаривая нам «БУшные» комбезы. Но не на тех напал. Что причитается нам высоким начальством, то и получим — не больше, не меньше. — Гордо ударил себя кулаком в грудь горластый сталкер. — Советую Вам для начала посетить санчасть, потом выписать талоны на снарягу у Петренко, ибо мы потратили битый час, доказывая Бармену, что не просто с неба на него свалились. Пока полковник сам лично не позвонил и не наорал на Бармена, этот кровосос не успокоился.