Мутная вода (СИ)
— Мммда, — протянул Петренко, — В подземелье зверья нет. И даже если мы найдём кого-то, подходящего по размеру, то вряд ли сможем с ним справиться, не убив.
— Наш сегодняшний поход — это живая иллюстрация к понятию «невезение», — вздохнул Домра.
— А я, кажется, знаю, как можно поступить… — Мут привычным жестом вытянул указательный палец вверх, грозя им в пустоту. Уставившись на меня немигающим взглядом, он расплылся в улыбке, как сумасшедший. — Выворачивай рюкзак, Грач.
— Не понял. — Возмутился я. — Что за «гопстоп» среди бела дня? Или в наших рядах буйным цветом расцветает дедовщина? — Не понимая, что от меня хотят, я всё же стянул свой баул на землю, не торопясь открыл его, и тут же мой взор наткнулся на контейнер с новым артефактом. — Блин… Ну точно, ёлки… «Ручка». — Мут, итак перегруженный полезным снаряжением, отдал мне её на хранение, и все мы благополучно забыли о находке в круговерти последних событий.
— Вот именно, — удовлетворённо кивнул Мут, обернувшись на полковника. — Рискнём?
Тот нехотя выудил контейнер из моего рюкзака и повертел его в руках, словно примеряясь, с какой стороны за него взяться, и стоит ли вообще:
— Как думаешь, бродяга, все ли двери в Зоне стоит открывать? Я считаю, он больше опасен, чем полезен. Во всяком случае, пока его не изучили.
— Наверху — гон. Близится Выброс. — Подал голос Бесо. — Если Калаш уйдёт, сами знаете… — Он покосился на притихших «свободовцев» и многозначительно промолчал. — Ничего хорошего не жди. Он ждал этого дня два года. Неспроста. Соратников в свои планы не посвящал. Но даже тех крох информации, что до нас дошли, достаточно, чтобы рвануть когти со всех ног и тряхнуть Калашникова, пока он не наворотил «дел».
— Для начала, давайте выйдем с пролёта, — сморщился Эд. — Не нравится мне поведение этой аномалии.
Осторожно пройдя вдоль стены с «Плешью», мы расположились в соседнем коридоре.
— Я готов шагнуть первым, — нарушил молчание Мут. — И посмотреть, что там, за «дверью». Думаю, этот арт генерирует пространственные аномалии. И холкой чую, что им нужно воспользоваться, иначе все пропало.
Надев защитную перчатку, Мут выудил «Ручку» из гермоконтейнера. Приставил её к стене — краткая вспышка, и артефакт буквально на глазах прирос к бетону, образовав небольшую дверь, крашенную шершавой эмалью.
Помедлив, Мут открыл её, и вместо предполагаемой тьмы на той стороне показались очертания небольшого, облицованного кафелем помещения.
«Стол для разведения реагентов», — прочел я пластиковую табличку, пожелтевшую от времени.
«Расписание работы химлаборатории НИИ «ПСИтранс», — вслух пробормотал Бочка.
— Отлично, это вход во внутренние помещения НИИ! — Ликующе воскликнул Пуля. — Доктор о них говорил!.. Нам туда. Благодаря арту, мы сэкономим изрядное количество времени.
— Не говори «гоп», — мрачно пробормотал Петренко. — Не доверяю я этим «подаркам Зоны». Может, нас испепелит при переходе?.. Или того хуже, расщепит на части, как ребят — первопроходцев в Лиманск. Помните?
Бочка недовольно скривился, подавляя приступ дурноты — столь красочными были воспоминания:
— Не тронь лихо, пока оно тихо, полковник. — Перешёл сталкер на «ты». — До сих пор с души воротит.
— Давайте, я пойду, — Струна невесело улыбнулся группе. — Если подохну, то хоть не зря. Знаете… Когда Грач рассказал о своём видении, меня не кисло заклинило. Я тех «мэнов», пропавших с блок-поста всегда считал реальными чуваками. Дружил с ними, восхищался крутостью характера. Они — «олды» по всем статьям: авторитетные, резкие, знающие. И, даже замечая тревожные звонки, не хотел я верить в скверность их натур…
— Да брось ты, — одёрнул его Дух, но Струна лишь покачал головой, давая понять товарищу, что решение принято.
— У нас же и девчонки в «Свободе» есть, ни для кого не секрет… — Совершенно спокойно продолжил «фримэн». И я неожиданно понял, что это исповедь. Неловкая, несвоевременная, но столь необходимая для Струны. — Была и одна особенная, Лампой звали. — Раскраснелся парень. — За год в группировке у нас с ней сложилось крепкое френдство. Так вот, Барин (один из тех кренделей, что пропали с «радаров») положил на неё глаз. Ухаживал, как мог, а она ни в какую. Отваживал ребят от неё всячески. Кого крепким словом, а иных — кулаками. Даже со мной столкнулся однажды — спрашивал с меня за дружбу с Лампой. Чуть не подрались. Если бы не Лукаш, то Барин бы меня чисто прибил… Однажды Лампа с напарницей ушли в Зону. Несколько недель их не было. Мужики снарядили поисковой отряд. Нашли девчонок неожиданно близко. В схроне на «Дикой территории», мёртвыми. Врач сказал, передоз. Но я-то знаю, что она ничего крепче пива не употребляла. Тем более, в ходке. А за пару дней до того у них с Барином разыгралась некрасивая сцена, где он ей на эмоциях пригрозил: «Всё равно со мной будешь или ни с кем. День тебе на раздумья». Ну, вам известно, что в «Свободе» с дисциплиной полный швах. «Живи сам и дай жить другим». На Барина никто и не подумал. Он — первый, кто «заохал» и забил тревогу… Любовь же, все дела. Но знаете, есть у меня опасение, что это он её и угробил. Случайно или специально. Может, хотел обдолбать её, ну и… вы понимаете. — Струна грустно всхлипнул и совсем повесил голову. — Как будто он точно знал, где девчонок искать. И чётко просчитал, что с него не спросят. Он — хороший боец, ценный член группировки и всё такое… Только Лампа не любила наркотики — это раз. И два: он и ещё несколько бойцов в то время несли пост в «секрете». Отлучиться — ничего не стоит, отследить Лампу с её напарницей по сети — тоже. Вот я и думаю, что Барин с товарищем просто сгоняли за девками в Зону, но что-то пошло не так. Может, они и не думали их убивать… Иначе, почему твой Димка, — обратился Струна ко мне, — оставил их в живых, заставляя, как ты выразился, "для начала, искупить вину"? А я вот смалодушничал. Никому не рассказал, что подслушал их ссору с Лампой. Зассал открыто конфликтовать с Барином. Спустил всё на тормоза. Такая вот портянка, а не друг… Поэтому, я пойду первым. Надоело прятаться за спинами и видеть, как погибают товарищи.
Глава 48: Вот так встреча!
Шумно втянув ртом затхлый воздух подземелья, Струна прикрыл глаза, решаясь проститься с жизнью. Собравшись с мыслями, он перекрестился и сделал шаг в новоявленный дверной проём. Секунда, и мы увидели его долговязую фигуру по ту сторону, вполне живой и невредимой. При этом картинка немного исказилась, словно нас разделило зыбкое полуденное марево.
«Фримэн» удивлённо улыбнулся, махнув нам рукой. Рот его открывался и закрывался, но ни звука при этом не доносилось. Тогда полковник выудил из кармана ПДА и написав в заметках: «Как себя чувствуешь?» — Показал текст радостному, раскрасневшемуся от стресса Струне.
«Свободовец» улыбнулся и губы его пришли в движение.
— Мы тебя не слышим, — активно жестикулируя, Бесо изобразил глухоту, и Струна понимающе кивнул.
«Как там?» — Снова схватился за ПДА полковник.
«Все ништяк», — прочёл я по губам «фримэна» и тоже рассмеялся.
Струна поднял большой палец вверх и жестом позвал нас собой, указывая на проеденную неизвестным веществом дверь в углу лаборатории.
— Проход в сердце НИИ, если я верно понимаю, — нахмурился Эд, рассматривая карты. — Там может быть опасно. Чем дальше под землю, тем больше вероятность встретить бюреров. Они под Выброс предпочитают заныкаться поглубже. Уж, не знаю почему, но карлики пси-штормов боятся, как и мы. А ещё кикиморы… Очень не хотелось бы столкнуться с ними лицом к хм… — Эдик застопорился, подбирая верное название субстанции, расположенной у мутанта на месте лица.
— Не трудись, — скептически вздохнул Пуля. — Все и так тебя поняли. Давай, не будем привлекать внимание Зоны, вспоминая всякую похабень, что в ней водится. Верно отметил Бочка: «Не тронь лихо, пока оно тихо».
Потоптавшись немного у пространственной аномалии, Пуля шагнул вперёд и с наскока налетел на Струну, замешкавшегося у двери.