Нотнерт (СИ)

– Когда будешь разговаривать с Реджиной, спроси, как звали её первого мужика.
– Что ты несёшь?
– Удивительная штука – жизнь, Локсли. Иногда такие кренделя выкидывает… – девушка, посмеиваясь приобняла коллегу на прощание. – Верни Айви пропуск. Поговори с ней, может, она смилуется и сопрёт со стола Коттона заявление о твоих превышающих полномочия действиях. И не тяни с Реджиной. И…
– Не нарываться, я помню, Свон.
Эмма улыбнулась, вновь становясь похожей на его друга, а не на бескомпромиссного агента ФБР. Помахав ему рукой на прощание, девушка скрылась в коридоре, оставив Робина наедине со своими мыслями.
Айви прибежала в ординаторскую за полчаса до начала рабочего дня. Девушка была сама не своя, растерянно обведя взглядом комнату, она столкнулась с голубыми глазами доктора Локсли и требовательно вытянула руку вперёд. Робин поднялся с диванчика, доставая из кармана пластиковую карточку.
– Спасибо, Айви.
– Я не для Вас это сделала.
– Чем же я заслужил твою немилость? – Робин усмехнулся, глядя на стоящую перед ним медсестру. Девушка вздрогнула от пронзительного взгляда и отвела глаза, не потрудившись ответить на его вопрос.
– Айви?
– Если Вам вновь понадобится пропуск, я оставлю его в верхнем ящике Вашего стола в конце рабочего дня.
– Спасибо, – Робин протянул ей руку и несильно сжал ладошку в лёгком рукопожатии. – И спасибо, что заботишься о ней.
Айви вновь поёжилась, словно от его слов ей стало неуютно.
– За это время у Реджины были ухудшения показателей?
– За это время Реджины практически не было. – Айви присела на локоть дивана, скрестив ноги. – Полагаю, ответ да? Появление второго эго-состояния обычно сопряжено с выбросом норадреналина, выходит, она практически не была в состоянии покоя?
– Если только вторая личность не научилась выходить на свет без стимуляции извне.
– Это всё равно плохо? – Айви выжидающе смотрела на врача.
– Плохо. – Робин кивнул, проводя рукой по затылку.
– Есть хоть какая-то вероятность, что Реджина вернётся к Вам?
– Пока на столе у Коттона лежит её кляуза – ни малейшей.
Девушка вздохнула, прокручивая в руках ремешок от сумочки.
– Если бы кляуза пропала?
– Если бы кляуза пропала, и история повторилась, – Айви в ужасе открыла рот, – но без трагических последствий, – быстро добавил Робин и девушка немного расслабилась, – доктор Коттон вынужден был бы рассмотреть вариант возвращения пациентки врачу, предписания которого были более эффективными.
– Что думает Реджина?
– Я не знаю, Айви. Мы об этом не говорили. – Локсли ответил искренне, ни на секунду не задумываясь, – Инцидент исчерпан, но нам нужно время, чтобы построить понтонную переправу на месте крушения доверия.
– Ей было тяжело. – Девушка вздохнула, будто балансируя между любопытством и тактичностью. Видимо, победило первое, – зачем вы это сделали?
– Айви, сложный вопрос.
– Не понимаю почему? Я видела и первую, и вторую. Я не понимаю, как можно было отдать предпочтение Ей? Она же…
– Она же что? – Робин усмехнулся.
– …совсем другая.
– И да, и нет… – доктор снова сел на диван и упёрся локтями о колени, – Она просто более необузданная в выражении своих чувств.
Некоторое время Робин молчал, а затем, глядя медсестре прямо в глаза обронил:
– Айви, у Реджины совершенно точно не ДРИ.
Айви вздрогнула и, выпустив из рук ремешок сумки, обняла себя за плечи.
– А что тогда?
– Я не знаю. Возможно, какая-то изощренная форма биполярного расстройства в сочетании с деперсонализацией? Я изучал ДРИ всю свою жизнь, я лечил пациентов, страдающих биполярным расстройством. Ничего подобного я раньше не видел. Случай Реджины не похож ни на первый диагноз, ни на второй. Она, словно страдает от чего-то между.
Айви потёрла предплечья, будто её вдруг ударил озноб, затем коротко кивнула, поблагодарила, и, схватив свою форму, скрылась в раздевалке. Робин провёл её взглядом, заваривая себе очередную чашку кофе.
Уже в конце рабочего дня, медсестра на выходе из ординаторской отдала доктору дважды согнутый лист и, не останавливая шага, ускользнула в коридор, цокая шпильками по бетонному полу. Мужчина поддел пальцем уголок листа и увидел каллиграфический почерк, ровным полотном ложившийся на бумагу. Почерк Реджины. В его руках явно была та самая кляуза, которая должна была храниться в кабинете Хайда под десятью замками и охраняться самим Цербером.
 
«Ай-да Айви!»
Робин сделал себе мысленную пометку щедро отблагодарить медсестру за всё, что она сделала и бросил взгляд на часы. Достав из верхнего ящика стола чужой пропуск, мужчина попрощался с немногими оставшимися в ординаторской коллегами, и пошёл на вечерний обход, а после, завершив патрулирование коридоров и отправив пару бродящих по ним пациентов обратно в палаты, спустился к Реджине в изолятор.
– Я думала, ты уже не придешь…
– Привет, – Робин поцеловал её в лоб и сел напротив, – как ты себя чувствуешь?
– Странно… – Реджина вздохнула, облизывая губы, – голова болит.
Робин тут же приложился губами к её лбу.
– Нет, Робин, не в этом дело, – Реджина улыбнулась, нежно обнимая его, – целый день в голове мелькают картинки. Кажется, её Щедрейшество делится со мной воспоминаниями.
– И как?
– Жалеет меня, своих зверств на суд не выставляет.
– А ты бы хотела посмотреть?
– Нет.
– Я так и думал. – мужчина мягко заправил ей прядь за ухо, – и как тебе твоя вторая половина?
– Язва. – Реджина поморщилась. Робин тихо рассмеялся, прижимая её к груди.
– В этом вы с ней не похожи.
– Не правда!
– Боюсь, что правда, – Робин снова зашёлся смехом. Реджина раздраженно стукнула его кулачком в плечо, а доктор ловко поймал её кисть в воздухе и прижал к губам.
– Робин, я хотела извиниться за то, что так импульсивно отреагировала. Мне нужно было сначала выслушать тебя, а не махать топором.
– Перестань, Редж, тебе не за что извиняться.
– И всё же…Как ты думаешь, – девушка ненадолго запнулась, – есть вероятность того, что ты снова будешь моим врачом?
– Думаю, да.
– Хорошо. Что мне нужно сделать?
========== 19 ==========
— Доктор Локсли! — Айви появилась будто из неоткуда и, упёршись рукой об стену, пыталась восстановить дыхание.
— Да, Айви? — Робин приподнялся из-за рабочего стола и отодвинул стул.
— Там… Доктор Коттон… Сектор Б…
— Соберитесь, мисс Белфри, я не силён в шарадах.
— Доктор Коттон просит Вас пройти в Сектор Б.
— Вот как? — Робин вскинул брови и обвёл взглядом коллег в ординаторской, по комнате тотчас пустились шепотки. Локсли лучезарно улыбнулся, скрестив руки на груди, — и чем же я обязан такой чести?
— Код серый, доктор Локсли.
— Даже так? И кто на этот раз?
— Реджина Миллс, сэр.
— Очень жаль, у мисс Миллс намечался неплохой прогресс, а тут очередной срыв… — мужчина пощелкал языком, сочувственно покачивая головой из стороны в сторону, — а, позвольте узнать, при чём здесь я? Доктор Коттон ясно дал мне понять, что лечением мисс Миллс я больше не занимаюсь и заниматься не буду.
— Доктор Локсли, — Айви посмотрела на британца умоляющим взглядом, — пожалуйста, ей нужна Ваша помощь.
— Неужели доктор Коттон не справляется с пациенткой?
— Робин! — Айви чуть не плакала.
— Хорошо, мисс Белфри, я иду…
Мужчина успел пересечь комнату и почти подошёл к выходу, когда вдруг Эмма подала голос:
— Ты не будешь против, если я пойду с тобой?
— Конечно, Эмма, — Робин приглашающим жестом позвал её к двери. Эмма быстро проскользнула мимо него в коридор и побежала в сторону цокольного этажа, за ней тут же потянулась вереница коллег. Робин вздохнул, покачивая головой.
«Хотели свидетелей? Получите, распишитесь».
Когда нога британца коснулась этажа изоляторов, коллеги дружной толпой застыли у двери Реджины. В воздухе буквально витали страх, тревога и беспомощность. Из палаты слышались какие-то хрипы.