Нотнерт (СИ)

— А твоя бабушка?
— А моя бабушка переехала в эту дыру, когда лечебница уже была закрыта. — Руби вновь пожала плечами, — так что правду тебе уже никто не скажет. Хотя, знаешь, может, в этих слухах и есть толика правды? Может, в этой больнице и правда случилось что-то плохое, что-то, что все отчаянно пытаются поскорее забыть?
— Может быть… — я задумчиво прокрутила в руке номерок. — Ты здесь надолго?
— Бабушка приболела. Как только поправится, я уеду отсюда, сверкая пятками.
— Да ладно тебе, тут не так уж и плохо…
— Только не говори мне, что ты сейчас серьезно — Руби улыбнулась, поднимаясь и одергивая коротенькую юбочку, — не могу долго с тобой болтать. Кстати, — она наклонилась ко мне и тихо шепнула на ушко, — здесь единственное, что более-менее съедобно и не вызывает диарею, носит гордое название «капучино» хотя на деле это обычный растворимый кофе с сухими сливками. Латте и эспрессо здесь хуже некуда. Еду вообще лучше не заказывать, если не хочешь скоротать часы в дамской комнате. Учитывай это, делая заказ. — Она еще раз улыбнулась мне, — я подойду чуть позже.
— Ладно, спасибо.
Руби подмигнула мне и скрылась в комнате персонала. Я с улыбкой открыла меню, рассматривая, что же местная забегаловка может мне предложить, хотя мыслями я была далеко не здесь.
Я всегда была уверена в том, что Руби будет отличной журналисткой. Природа щедро наделила ее необходимой в нашей профессии коммуникабельностью, любознательностью, острым умом и не менее острым языком. Всегда, когда дело доходило до устных выступлений, творческих заданий или журналистских расследований Руби Лукас была лучшей. И сейчас она работает официанткой в захудалой кафешке на окраине штата Нью-Джерси… мой мир круто пошатнулся.
Когда ко мне подошла другая официантка, я заказала у нее капучино и достала из кармана телефон и бумажку с непонятным номером, прекрасно понимая, что, если я не позвоню сейчас, найду тысячу и одну причину отложить этот звонок на потом, пока в конечном итоге, не забуду о нем вовсе.
В трубке послышались гудки. Человек на том конце провода не торопился отвечать незнакомцу. Я уже было подумала, что этому разговору сегодня не суждено состояться, когда вдруг:
— Я вас слушаю.
— Здравствуйте. Меня зовут Изабелла Френч. Ваш номер мне дала девушка из городской библиотеки городка Нотнерт, штат Нью-Джерси. К сожалению, она не сказала мне ни вашего имени, ни что-либо еще, но она была уверена, что вы можете проконсультировать меня по одному очень важному вопросу.
— Какому вопросу? — после некоторой паузы спросил меня собеседник. Я прикусила губу, тщательно продумывая свой ответ.
— Знаете, я в этом городе всего неделю, но уже поняла, что подобного рода разговор едва ли возможен по телефону. Не могли бы мы встретиться, скажем, у въезда в город? Я была бы вам крайне признательна.
В трубке повисла тишина, я даже проверила, не прервалось ли соединение. Это молчание дало мне возможность проанализировать того, с кем я говорю. Моим собеседником наверняка был мужчина лет сорока. Он говорил очень кратко и ёмко, явно не относился к профессиям, требующим развернуто излагать свои мысли.
— Хорошо, я подъеду в пятницу. Часов в семь вечера.
— Большое спасибо. С нетерпением буду ждать.
Не успела я договорить, как связь прервалась. Я отложила в сторону телефон и принялась за только что принесенный напиток.
Руби была права, это едва можно было назвать капучино. Но его вкус не напоминал вкус подошвы, а меня мучила жажда, посему стаканчик я прикончила в два счета. Руби еще пару раз удавалось вырваться ко мне, и мы перекидывались парой-тройкой фраз, пока в итоге из комнаты для персонала не вышла тучная женщина и не отчитала мою подругу за
«разгильдяйство». Конечно, Руби за словом в карман не лезла, но все же попрощалась со мной, оставив мне свой номер и взяв с меня обещание встретиться сегодня же вечером.
 
Лишь только зайдя в свой номер в двенадцатом часу ночи, я вспомнила о том, что собиралась осмотреть развалины еще раз.
— Ну, Белль, — я вздохнула, смотря на свое отражение в зеркале, — ну разве не растяпа?
Мое отражение смотрело на меня искренне раскаивающимся взглядом. Я покачала головой, снимая обувь и обувая домашние тапки — привычка, почерпнутая мною в Восточной Европе, когда мы с командой около года провели в России за исследованием одной из заброшенных тюрем. И уже по возвращению я купила себе милые беленькие мягонькие тапочки «зайки» и еще пару пар домашней обуви для гостей. Сначала мою просьбу переобуться воспринимали с неким удивлением, а потом, попривыкнув, друзья сами приносили с собой своих «тапочных» зверушек.
Я быстренько приняла душ и забралась в постель. Мои обожженные плечи встретились с подушкой, и я тихонько пискнула. «Бепантен»! Мне срочно нужна эта чертова мазь! Но вставать из кровати мне, мягко говоря, было лень. Поэтому я решила перетерпеть боль и постараться побыстрее уснуть.
День выдался на редкость насыщенным, и быстро уснуть мне не удалось. В мир Морфея я попала лишь в третьем часу ночи. Но мне опять снилась эта двухэтажка в тумане, эти яркие стены и «Сектор Б», из палат которого доносились крики и мольбы о помощи. Мне снилась зеленая книжка и незнакомая девушка, вручившая мне незнакомый номер. Мне снился Шеф, который с энтузиазмом кричал о новой сенсации и Дэвид, который каким-то образом оказался в Нотнерте.
Боже.
Почему даже во сне я не могу отдохнуть?
========== ○ ЗАЦЕПКА ==========
Врать не буду. Я еле дождалась вечера. Буквально целый день в перерывах между нанесением на плечи «Бепантена» и приемами пищи, я сидела и гипнотизировала часы, пока короткая стрелка не встретилась с цифрой шесть, а длинная — с цифрой двенадцать.
Как только это произошло, я схватила приготовленную у входа сумку, обула босоножки и пулей вылетела из номера.
Назначая вчера встречу незнакомцу, последнее, о чем я думала — это как добраться до въезда в город. Нет, конечно же, всегда есть желтые спасители с шашками — я говорю о такси — но то ли они здесь не пользовались особой популярностью, то ли таксовать в маленьком городе считалось излишним шиком, но цены на эти желтые машинки были просто заоблачными. А сесть за руль я не могла по одной простой причине: Руби все же заставила меня утром попробовать ее знаменитый коктейль «Красная шапочка», который бил по голове совсем не хуже пары-тройки рюмок старой доброй русской водки.
Словом, альтернативы у меня не было, и мне пришлось расстаться с одной из бумажек, на которой был изображен Бенджамин Франклин.
Мигнув мне фарами на прощание, мой водитель развернулся и двинул назад в Нотнерт, а я осталась одиноко стоять рядом с приветственной табличкой.
И как обычно, моя привычка приезжать пораньше сыграла со мной злую шутку. Мой вчерашний собеседник явно не разделял моего энтузиазма, иначе тоже явился бы раньше назначенного времени.
Но ровно в семь к табличке подкатила черная «Тайота» и оттуда выбрался темнокожий невысокий мужчина. Лет сорока. Мое внутреннее чутье сделало победное сальто.
— Здравствуйте, надеюсь, я не заставил вас долго ждать.
— Здравствуйте. — Я приветливо улыбнулась ему, — Белль.
— Сидни Гласс. — Мужчина пожал мне руку и пригласил присесть в салон. — Чем же я могу вам помочь?
— Вопрос этот, насколько я понимаю, деликатный, мне нужна информация об одной психиатрической клинике…
— Вы копаете под «Нотнерт» — Сидни вздохнул, будто сбылись его самые страшные опасения, — кто вам дал мой номер?