Найди меня, если сможешь (СИ)

Раймонд скептически приподнял бровь, хотя он в своей неотразимости никогда не сомневался:
–– Даже для вас?
– Особенно для меня. Я истосковалась…
– Почему бы тогда не позвать кера Велора или, крайнем случае, Грегора? Впрочем,  в ваших фаворитах князь Латос. Разве не так?
– В вас говорит мужская гордость, профессор, – хихикнула я, замечая ревность в его глазах и словах. Подумать только, его реально свести с ума. – Напрашивайтесь на комплименты? Просите, что хотите… Мне не жалко ничегошеньки.
– Кажется, я догадываюсь о секрете вашего очарования, – покачал головой Раймонд, и, воспользовавшись этой заминкой, я, толкнув его бедром, проникла внутрь комнаты.  Мужчина усмехнулся, прикрывая за мной дверь и наблюдая со стороны. Держу пари, он был рад моему присутствию.– Точнее уже уверен, почему вы всем нравитесь.
– Безумная отдача? – подскочила к Альману и подтолкнула руками к стене. – Чувственность? Искреннее желание?
– Вы даже не стесняетесь, – посмотрел мне строго в глаза Альман, пока я поднималась на носочки и принимала тщетные попытки завладеть его губами. – Это вообще вы, кера Софи?
– Да, специально для вас, профессор Альман, неужели откажетесь? – лукаво посмотрела на него и, замечая суровость во взгляде, томно простонала. – Ммм, вы на меня злитесь? Хотите наказать? Я никому не расскажу, насколько вы жесткий…
Альман нервно сглотнул, мотнул головой, наверное, проверял, спит ли он или нет. А мои ручки уже подбирались к ремню на его штанах. Кажется, проблема с извинениями скоро решится, причем надолго. Интересно, женская ласка смогут смягчить этого сурового мужчину?!
– Надеюсь, это вы для себя готовите, – усмехнулся Альман, цепляясь за мои руки, держащие пояс. – Кера Софи?
– Просто Софи, и вы можете применить это по назначению,  – у Раймонда явно не находилось слов, зато выступила капелька пота на висках и взгляд в разы потемнел. И чего он думает, когда в мыслях уже раз десять меня связал и бросил на кровать. – Накажете меня?!
– Обязательно, кера Софи, как только вы придете в себя, – произнес Альман и больше церемониться не стал. Схватил своими могучими руками, перекинул через плечо, направившись к кровати, только почему-то она от нас отдалялась.
Тут я заподозрила неладное, то есть угрозу неполучения наказания, и решила нырнуть рыбкой, пока еще не поздно. Альман, кажется, выругался, когда я сползала по его спине, словно змея. Ох, какая спина! Почему этот мужчина не ведет у нас анатомию?! Пока я хихикала, Альман нагнулся, чтобы подобрать с пола свою золотую рыбку, готовую исполнять любые желания, и попался в ловушку. Мои цепкие ручки вцепились в ворот его рубашки и потянули на себя.
– Как ты можешь терпеть? – спросила я, едва касаясь своими губами его.
– Мое терпение, правда, на исходе, – ответил он. – Софи, что у тебя в голове?!
– Ты.
– А кроме меня?
– Латекс, ремень и взбитые сливки.
– Лучше бы не спрашивал, – усмехнулся Альман, пробуя снова оторвать меня от пола, но я крепко вцепилась в его шею. Более того смогла применить прием и заставила опуститься на колени. – Софи, что ты хочешь?!
– Мне нравится, что мы перешли на ты… – хихикнула я, срывая одну за другой пуговицы на его рубашки и осторожно заглянула внутрь, едва не закричав от восхищения. Я попала в рай, это мир мне нравится все больше. – Я хочу извиниться.
– Слов было бы достаточно, – усмехнулся Альман, пытаясь встать вновь и терпя крах.
– Ты был хорошим учителем, – улыбнулась я, наблюдая за его движениями и готовая в любой момент контратаковать. – Может, проблема не во мне? Это я должна спросить, что ты хочешь?
– Отнести тебя в ванную, – прошептал Альман, умудрившись просунуть руку под шею и поясницу. – Пора принять душ.
Что-то мне нравилось в его предложении, будто был здесь какой-то подвох. Вдруг запрет или еще хуже, сам не станет мыться?! Я замотала головой, пользуясь моментом, всем телом потянулась к нему.
– Кера Софи, это уже слишком, тебе нужно принять душ.
– Не стоит сопротивляться, прими извинения…ммм…
 
– Марш, в душ! – сорвался Альман, и его голос зазвучал со сталью в голосе. Просто отпад, думала, я тут шальная императрица, начинающий мистер Грей, а оказалось Альман метит на роль господина. Так схватил меня за руки и рванул вверх, что я ойкнула от неожиданности. – Будешь слушаться приказов? О нет, тебе это еще и нравится…
– Один поцелуй, и я пойду в душ. Тебе жалко, Раймонд?
Стоило произнести имя, как что-то произошло. Его ехидная улыбка растаяла, руки опустились, а взгляд загорелся магическим светом, будто это поразило его в самую душу. И воздух стал сгущаться вокруг, магия разогнала кровь, стало сложнее сопротивляться желанию, практически невозможно. На меня вдруг посмотрел Альман, который больше не находил в себе силы отказывать своим желанием, охотник, который так давно желал поймать жертву и сейчас получил разрешения. Дыхание перехватило, тело вытянулось, как струна, и стало немного страшно от поднимающихся чувствах. Ошибка или нет, не так важно, обратное пути не будет.
– Раймонд?
– Сама напросилась, – резко выдохнул мужчина и, сделав шаг вперед, впился губами. Если бы не поддержал, упала бы без сил, потому что потеряла контроль над телом. Я оказалась в другом мире темном, запретном, но тут горели звезды, здесь мне дарили нежность и опаляли жгучими едва сдерживаемыми чувствами. Кажется, я стонала, когда мы двигались по комнате с закрытыми глазами, словно танцуя. Но вот Альман вжал в стену своим телом, рука заскользила по шее и, сжав волосы, потянула вниз. Моментально поцелуй стал жестче, будто мужчина пытался доказать всем в этом мире, что теперь я могу принадлежать только ему. Что ж, пусть доказывает, сколько угодно, пусть любит, как хочет… пусть сминает пальцами ткань, жадно кусает за губы и все сильнее прижимает к стене, чтобы всем телом чувствовать мое…
Но стоило только запустить руки под рубашку и прошептать его имя снова, он оторвался, будто током ударенный. Окинул меня горящим взглядом, встряхнул головой, будто не веря в происшедшее и рявкнул:
– В душ!
– Уверен?
– Великий дух, это самая сложная ночь в моей жизни, – сквозь зубы процедил он, открывая дверь в ванную комнату.  
Я хотела раздеться перед ним, напевая веселую песенку, но Альман снова накричал и одной рукой поставил меня в ванну, а другой пытался прикрыть свои глаза. Какой глупец, когда еще такая возможность выдастся?! А ледяные струйки текли по телу, охлаждая его, заставляя дрожать от холода и чувствовать мурашки на коже. Вместе с водой уходили и странные мысли, желания, о которых никто никогда не должен знать.
Хлоп-хлоп. Долгожданный осмысленный взгляд. Когда я посмотрела вниз и обнаружила (о, ужас) себя в облепившей униформе, а напротив стоял Альман с таким безумным взглядом, хотелось прошибить телом стену и оказаться подальше отсюда. Желательно на исповеди.
– Где я?
–  У меня.
– В ванной?
– Что я тут делаю?! – посмотрела на воду, продолжающую водопадом обрушиваться на мою голову. Сердце упало куда-то в район ада. – Моюсь у вас?
– Нет, просто извиняетесь.
Гора с плеч! Ведь каждая кера просит прощения, стоя в душе у куратора! А потом меня накрыли воспоминания, особенно первой прикосновение его губ, таких горячих, требовательных, наглых… Мамочки! Я шептала его имя?! А что он себе позволял?! Разве великий Раймонд Альман не имеет черного пояса по самоконтролю?!
– Вы спятили?! – прошипела я, вылезая из ванной и в поиске полотенца натыкаясь на грудь Альмана. – Великий дух, прикройтесь…
– Вы такая непостоянная, еще недавно просили об обратном, – ехидно ответил Альман, но кажется уже с облегченным вздохом. – С возвращением, кера Софи. Не расскажите, где успели выпить зелье любовной лихорадки?
 
– Зелье? – с облегчением вздохнула я.
– Да, которое не срабатывает без взаимной симпатии. Нельзя заставить желать на пустом месте, – произнес Альман с плохо скрываемым удовольствием и злорадством. Ему доставляло особое наслаждением видеть, как бегают мои глаза, а мозг пытается придумать разумное оправдания вроде «я люблю вас как уважаемого учителя и ценителя полночного чая». – Я вот думаю, мне стоит принимать извинения или потребовать повторения? Признаться, выбрать сложно.