Найди меня, если сможешь (СИ)

В основном писали какую-то светскую чушь с описанием одежды, причесок, гостей, отдельная страница отводилась под льстивые восхваления, за которыми следовали еще двадцать листов с фотографиями. И только потом шли мало-мальски полезные статьи. Я прочла все, что нашла, и в этой груде макулатуры в серьезных изданиях, выпущенных на простой бумаге, сообщалось о десятом за год нападении на столицу некого опасного существа, которое закончилось очередной жертвой – некой Люси Дерин, ведьмой с высоким потенциалом, и гибелью обычных горожан в количестве десяти созданий разных рас.  Никто ничего не смог сделать, а чудище растаяло в воздухе, будто по приказу. И автор статьи задает разумные вопросы: что происходит в столице? Предпринимаю ли что-то власти или предпочитают не видеть проблем перед собственным носом? Где же император с его королевской силой?!
В ряде желтых газетенок даже выдвигались теории заговора, восстания гномов, массовых галлюцинаций, а в одной даже непрозрачно усомнились в способности правящей семьи огородить население от магической катастрофы, автор буквально вопил, что мир должен обрушится, если все так пойдет дальше. Темные силы зверствуют, а светлые не пытаются сопротивляться! – значилось в заголовке. Впрочем, в обществе обеспокоенности не наблюдалось, нападение быстро забывалось и казалось какой-то странной случайностью. Но десять нападений были, а объяснений нет! Никаких комментариев, никаких мер! Я сложила газетку и спрятала во внутренний карман, чтобы спросить Эра про эти события.
Моя прогулка продолжилась, я решила слиться с толпой, воображая себя коренной эттарийкой: голову подняла, взгляд а ля князь Латос, поступь величественная, улыбка обворожительная. Все было хорошо, пока один сероглазый эльф плотоядно не оскалил зубы и подмигнул. Как в попу ужаленная, я ринулась через дорогу, лишь бы этот тип не увязался следом, и случайно сбила мужчину. Тот едва удержался на ногах, практически врезавшись в стену дома. Металлический слив подозрительно заскрипел, грозя упасть этому лорду (судя по начищенным ботиночкам) на голову. Я уже принялась извиняться, потупя взгляд, как услышала до боли в сердце знакомый голос:
– Вы не оставляете попыток добить меня? – какой до боли (!), до инфаркта знакомый  издевательский голос Альмана. – Да, металлические трубы ваше любимое оружие, кера Софи.
– Извините, в этот раз я ненарочно… И в тот раз тоже, – промямлила я, исподлобья смотря на мужчину. И ведь улыбается, зараза, окончательно смущая меня. Великий дух, Софи, вспомни принца и забудь про куртаора. – Могу я идти?
– А вы хотите? – скептически спросил он, замечая мой горящий взгляд и вновь поднимая выпущенную из рук перчатку.
– Думаю, у вас дела, – произнесла я, стараясь смотреть куда угодно, только не на профессора. На фоне этого города в обычной одежде он больше походил на несравненного мистера Дарси, чем на сурового вояку. – Я хотела бы еще поесть перед возвращением…
– И побыть на свободе, – усмехнулся Альман, замечая мои нервные взгляды. Кажется, во время тренировки я сильно ударилась не спиной, а головой, раз не чувствую угрозы, а даже хочу остаться. – Кера Софи, разве вы не должны быть с Велором Егером?
– Они с ребятами пошли в бар...биржу, да, там какие-то дела у Грегора, а потом хотели пойти в оружейную мастерскую, чтобы выпи…ээ купить клинок, – тараторила я, едва сдерживая улыбку. Раймонд упорно делал вид, что верит. – Знаете, это не по мне.
– И где же вы провели последние пять часов?  Что интереснее бара, то есть биржи?
– Музей.
Альман изумленно приподнял брови, еще раз посмотрел на раскрасневшуюся от холодного ветра меня, сделал какие-то выводы (что я  совсем не умею красиво врать) и предложил:
– Хотите сходить в ресторан? Я знаю одно местечко, которое так просто не найти,  – я едва успела открыть рот, как он продолжил. – Не бойтесь, там часто ужинают преподаватели с керами, это не вызовет пересудов. К тому же я могу обещать, что не стану вас смущать своим поведением, сегодня все-таки выходной.
 
– Совсем не будете? – мне показалось, но в моем голосе было сожаление.
– Не буду, я вас довольно испытал.
– В каком смысле?
– Пойдемте, открою вам пару педагогических секретов, – Раймонд подождал, пока я с ним поравняюсь, и продолжил во время прогулки. – Каждое полугодие при переводе кер получает от меня задание, оно негласное, но от успехов его выполнения зависит мое расположение на экзаменах.
– Я думала, вы стараетесь быть бесстрастным, – скривилась, уже ожидая услышать следующую гадость.
– Это невозможно. Я должен быть уверен в личностных качествах каждого кера, и вы меня уже порадовали, кера Софи, – внезапно произнес Альман с одобрительной улыбкой. Под моими ногами расплавился асфальт, и я поняла, что эта радость слишком явно отразилась на лице. – Надеюсь, в дальнейшем вы справитесь…
– О чем это вы?
– Сегодня утром вас оскорбили, вы ответили, хвала великому духу, а не стиснули зубы, – взгляд Альмана на мгновение стал резким. – Я рад, что вы не стали терпеть такое отношение к себе, хотя знали о последствиях. Но ваша главная часть задания – справится с Летицией. Она сложа руки сидеть не будет.
– Вы специально так сделали?! – я даже остановилась. Во мне с самого утра кипела благодарность, а над головой Альмана сиял нимб, который по факту оказался рожками. – Спровоцировали конфликт с Летицией?! Неужели вам мало смущать меня в академии, ставить в пары с одаренными аристократами, постоянно злить, надо еще добавить в мою жизнь заклятого врага, а теперь решили задобрить едой!
Я негодовала, щеки, казалось, налились краснотой еще сильнее, воздух вокруг искрился, зато Альман с интересом меня разглядывал. И в этом спокойном взгляде человека, которого не тронуло ни одно мое слово, отражался лишь свет заходящего за горизонт солнца. Я снова сорвалась, хотела вцепиться в ворот его пальто, чтобы вытрясти хотя бы словечко сочувствия, но уже понимала всю глупость этого желания. Разве можно ему что-то доказать?! Альман психологический экспериментатор, педагогический тиран с военными наклонностями, он все делает, чтобы…
– Я не сломаюсь, чтобы вы ни придумали! – чуть ли не прокричала я. – И уходить с факультета не стану!
 – Кера Софи, я…пошутил, – и губы расплылись в улыбке.
– Чувство юмора у вас отвр…прекрасное, – проскрипела я, надеясь провалиться под землю.
Раймонд пристально смотрел на меня сияющими глазами, будто подключенной к трансформатору, но ни капли не злился. Как должно быть, я глупо выглядела со стороны, стоящей перед ним в оборонительной позиции. Да уж, что ни скажи, сразу выпускаю иголки, иду в наступление, плююсь ядом, готовлюсь разодрать лицо ноготками… Что со мной в этом мире?! Неужели я на самом деле такая боевая, готовая постоять за себя даже перед магом высшего уровня?!
– Вам надо успокоиться, пойдемте, закажу вам что-нибудь. Расслабьтесь, сегодня у меня нет цели использовать на вас свои методики, – произнес Альман, но делал он это так обыденно, даже скучно. Не чувствовалось того напряжения, как в кабинете или после падения, будто в этом столичном мире, я стала практически безликой для него.  – Может, поблагодарите за утро? Мне достаточно будет сказать спасибо.
– Спасибо.
Он холодно кивнул, а я глупо хлопала глазами. Абсолютно спокойный маг, Альман совсем не интересовался мной, не пытался вывести из себя, что-то рассказывал про город, про устройство переходных порталов, довольно интересно, но холодно. Я с ужасом понимала, что не просто привыкла к перепалкам, а полюбила их. Софи, у тебя что, стокгольмский синдром?! Ты вообще слышала, что Альман сказал тебе недавно?! Такими вещами не шутят, это неадекватное чувство юмора, такое не должно нравиться! Я хмурилась и не могла проглотить великолепный кусок мясного пирога, потому что Альман сейчас был нормальным, не представляющим никакой угрозы ни нервам ни сердцу, спокойно жующим морковку со стейком…
 
– Кера Софи, – Альман, кажется, уже несколько минут меня рассматривал. Неужели платье помялось или я уронила на себя фарш?