Найди меня, если сможешь (СИ)

– Конечно, профессор Альман, – кивнула я и с улыбкой на губах вышла из аудитории.
А дальше сама жизнь, решив, то ли проучить Раймонда за его жестокость, то ли помочь мне, почуяв дух борьбы, стала помогать реализовывать план по «превращению крошки Софи в дикую кошечку». Раймонду нужна была дерзкая соблазнительница, у которой от слова «грудь» не краснеют щеки, так он ее получит! Для этого я решила сделать самый провокационный доклад, настолько откровенный, что даже Раймонду захочется принять валерьянку. Пришлось задействовать в сборе и проверке информации тяжелую артиллерию – Эллу! К удивлению, ведьмочка отнеслась к просьбе с подозрением, мол, с какой целью такие вещи спрашивать? Неужели парень извращенец попался?!
– Можно и так сказать, – усмехнулась я и побежала на очередную встречу с Эром, который срочно вызвал меня к себе в комнату сообщением «Твой господин немедленно желает видеть свою рабыню… Софи, у тебя десять минут. Жду»
Я думала, он совершил какое-то архиважное открытие, например, нашел в академии землян, но нет, князь пил чай. Стоило мне влететь в комнату, его светлейшество поднялось с кресла и пристально оглядело меня с ног до головы, скривилось. Его явно смутила черная форма, но чему он до сих пор удивляется?! Разве сдавать анализы теперь положено в бальном платье?
– Тебе не кажется, что пора сменить образ. Я, конечно, рабовладелец, но мы не на дворе встречаемся, – Эр обошел меня вокруг, визуально оценивая. Зачем? Ведь мерки уже сто раз сняты с тела. – Не хочу, чтобы ты портила мою репутацию, кера Софи.
– На что ты намекаешь, князь Латос?
– На твой внешний вид. Мне нравятся женщины, а не солдаты императорской гвардии, – скривился эльф, доставая какой-то справочник и начиная задумчиво его листать. Через минуту мне в нос уткнулась картинка с изображением волосатого червя размером с кошку. – Идарийский червь, бесценный источник нейтральной слизи для изготовления антидотов. Добудь мне его и получишь двадцать золотых.
– Сколько?
– Двадцать золотых.
– Червей сколько? – усмехнулась я. Понимаю, князю не пристало в земле копаться, не солидно ведро червей на себе тащить, вдруг мозоли появятся или кто из недоброжелателей увидит! Сущий кошмар аристократа! Но я с дедом на рыбалку ходила, поэтому накопать червячков не составит никакого труда, правда, эти крупнее, нежели земляные, но ничего, справлюсь за прибавку к стипендии!
Эр подробно объяснил, в какой части парка они водятся, как их приманить, чем оглушить и чем усыпить (дал какую-то жидкость, похожую на наш хлороформ) и со словами «да прибудет с тобой великий дух» вытолкал в коридор. Вот так я в форме боевого мага с пакетом, червябойкой (по аналогии с мухобойкой) и флакончиком летучего вещества шла на вечернюю охоту. В западной части парка, где произрастали мхи, а в непроглядное темное небо уносились густые ветви хвои, через которые не видно ни одной звезды,  и обитали идарийские черви.
Если на всей территории кампуса было светло, то тут не видно ни зги, только изредка поблескивала слизь на стволах. Тихо, как на кладбище, и разрушает ее только звук бегущей мимо крысы, оставляющей после себя хруст листьев. Здесь никого живого не было, судя по смраду, от которого тошнота подкатывала к горлу. Сюда приходили умирать все обитатели парков, чтобы сгнить и разложиться вместе с опавшей листвой.
Чем дольше здесь находилась, тем больше привыкала к темноте, начиная различать очертания кустов и небольшие черные кружки болот, да и от запаха уже не так тошнило. Я неспешно шла, пытаясь найти копошащуюся кучку с оранжевым мехом наверху, жрущую вымокшие во влаге грибы. Эр сказал их тут полно, но вот я уже полчаса следовала вперед, отходя все дальше от входа, но ничего так не увидела! Будто кто-то заботливо убирал на моем пути любую улику, ведущую к червям. Сто шагов вперед, и болот становилось больше. В сторону уже не отойти: деревья срастались друг с другом, оставляя узкую щелочку, в которую только белка пролезет… Только вот в таком мраке никто не сможет жить, но ведь кто-то хрустит прямо у моих ног!
 
Я опустила взгляд и увидела маленькое лысое существо с прозрачными крылышками на голом теле и впавшими от голода глазами. Создание оскалилось, обнажая тройной ряд зубов, вцепилось в свою добычу, вырвав гниющие останки черным сгустком из земли и, врезавшись в меня пару раз, все же рвануло в другую сторону со странным кваканьем. Жуткое место. Может, аристократы сюда не ходят не из-за страха подпортить имидж, а по другой причине? Быть сожранным, например.
Под ногами начало хлюпать, подошва на пару сантиметров уходила под листву, зато торчащих из земли светящихся изумрудным светом скелетов становилось все больше, как и сопровождающих их чавкающих звуков. В попытке перелезть через очередное болото ногой случайно зацепилась за корягу, но это неловкое движение запустило эффект домино: все твари, живущие поблизости, закопошились, выскочили из-под закисшей листвы и рванули вглубь леса. Сотни, тысячи комочков на кривых лапках, как куски земли, отрывались, поднимая вместе с собой прелый запах, а потом бежали толпой в неизвестном направлении.
Я заорала, когда что-то зашебуршилось под ногами, пытаясь выбраться на волю. Существо напряглось, продолжало дергаться, тем самым сотрясая мое неустойчивое тело, начало скрести своими палкообразными лапками по подошве. Этого я уже выдержать не смогла и заорала сильнее, пытаясь сдвинуться с места, но наступать было попросту некуда – повсюду мелькали эти голодные маленькие комочки-падальщики. Не удивительно, что я споткнулась снова, и этого промедления хватило для того, чтобы полчище тварей ринулось преодолевать толпой преграду в виде моего тела, желая сбить с ног.
Они накрыли черной волной в одно мгновение, вынуждая упасть. Словно в замедленном фильме, я видела, как в момент падения из кармана вылетел пузыречек, ударился о торчащую из земли корягу, разбившись вдребезги, от чего в полуметре мгновенно лапками вверх повалились твари. Я не успела даже выставить вперед руки, чувствуя, что сознание собралось меня покинуть. Глаза еще видели лес, но мозг уже отказывался управлять телом…
Не знаю, сколько времени прошло, но постепенно сознание возвращалось, я даже дернула ногой, скидывая с себя прожорливый комок. Я ведь еще не начала гнить, чтобы стать ужином! Чем это Эр хотел усыпить червя, если один вдох химических паров вырубил меня за пару секунд?! Да, Софи, ты продешевила с двадцатью золотыми: великий дух только знает, сколько ты уже бродишь, и когда выйдешь, а червя до сих пор в пакете нет, зато есть грязное лицо, покусанная форма, висящая кое-где клочками. Я уже собиралась выругаться, как заметила, что на водопой приполз тот самый идарийский червь!
– Иди сюда, моя мохнаточка, – просюсюкала я, нервно посмеиваясь и приготовившись хорошенько приложить существо мухобойкой. На нее только и надежда, хлороформ израсходовала на свой сон на природе. Вот Эр удивится, когда червь будет в сознании! – Кис-кис… Магический единорог, я разговариваю с червем…
Тем не менее, мои нервные смешки не пугали чудное создание, которое лакало болотную жижу, распушив свою шерстку. Омерзительное зрелище, надо сказать, будто кто-то меховую жилетку на сырую колбасу надел. Я уже замахнулась, но вдруг червь обернулся, наверное, понял грозящую опасность и, выстрелив (не буду даже думать из какого места) слизью мне в глаз, как трамвай по рельсам, заскользил по листве. Едва опомнившись, погналась за ним, но это чудо природы, наверное, тренировалась вместе с кенийскими бегунами, раз я едва могла различить очертания тела, мелькавшего между деревьев.
 
Странно, но именно эта погоня за червяком доказала мне эффективность занятий с Альманом – через десять минут я не только догнала существо, но и в смертоносном прыжке, накинулась сверху. Победа, Софи, поздравляю, твоя первая добыча! Только она двигалась под телом, пытаясь выползти, выделяла свою слизь, и, в конце концов, даже смогла проскользить вместе со мной на спине пару метров. Я едва смогла связать этот копошащийся в руках комок мохнатой колбасы, прежде чем положить в пакет.