Подарок с того света (СИ)

– Вэл, мы придумали игру… Я придумала… Нет, я, – наперебой кричали девушки. – Нас пленил проклятый пастырь, а ты будешь нашим спасителем. 
– Что за глупости, – возмутился Валентайн, пытаясь вырваться.
– Ты проиграл: мы тебя узнали. Ты должен нам желание!
– Порадуйте девочек, принц. Вы их герой, – снисходительно проговорил незнакомый мужчина в маске.
– Только без фанатизма, – хохотнула другая маска. – Все-таки девочки – воспитанницы монастыря.
– Где мой паж? Я требую, чтобы она находилась рядом со мной, — сказал Валентайн.
– Сейчас приведем, – пообещала одна из масок и исчезла.
Девушки буквально втащили Вэла в овальную гостиную, главным украшением которой был черный ковер со стилизованным узором в виде красной пентаграммы, впрочем, выполненной достаточно точно. Такие базовые заготовки Вэл делал столько раз, что мог начертить их закрытыми глазами. Вот и узор на ковре оставалось дополнить рунами, ритуальными предметами или (если уж совсем пускаться во все тяжкое) жертвами, и можно было спокойно вызывать духа, поднимать мертвеца, насылать проклятья… Да много чего может некромант, если законы Арханона ему не указ. Вэл хмыкнул, оценив появление такого ковра в доме законопослушного арха. 
Антураж самого зала был выполнен в той же цветовой гамме, что и ковер. Диванчики, кресла, столики обвивали металлические змеи, в напольных вазах стояли пышные букеты роз, светильники искусно имитировали не только свет живого пламени, но и запах. Все это производило давящее ощущение безвкусицы, впрочем, как и сам этот дурацкий маскарад.
Немногочисленные гости при виде ворвавшейся в гостиную толпы, перестали негромко переговариваться между собой и дружно обернулись на вновь прибывших. Ритмичная музыка заиграла громче, свет в гостиной стал приглушенным, а узор на ковре, наоборот, засветился. По нему побежали светотени, отчего стало казаться, что это течет кровь.
– Девочки, по местам! – закричала одна из девушек. 
Она первой заняла место на одном из углов пентаграммы, а за ней последовали другие. Вокруг них ковер вспыхнул, заключая каждую девушку в огненный круг. От столь искусной иллюзия брала оторопь.
– Абсурд, – пробормотал Вэл, чувствуя легкую тошноту от сильного запаха роз и дыма. 
– Да, девочки разрезвились не на шутку, – хохотнул ближайший к Вэлу господин в маске. – Ничего, пусть позабавятся.
Гости растекались вдоль стен гостиной, смеясь и переговариваясь – женщины в длинных платьях, мужчины во фраках и шляпах-цилиндрах. Маски окутывала темная дымка, не позволявшая различать лица и обезличивающая голоса.
Вэл посмотрел по сторонам. Гости Сюзан хлопали танцующим в пентаграмме девушкам, а те кружились каждая в своем круге, высоко подняв руки и замысловато двигая ими в такт музыке. Казалось, не было ничего дурного в их действиях, и все же ощущение неправильности происходящего нарастало. 
И вот музыка смолкла, а гости перестали хлопать. В наступившей тишине раздался дружный вопль девушек:
– Демон близко! Валентайн, спаси нас! 
Узор на ковре все больше напоминал желобки, по которым текла кровь. Валентайну даже казалось, что он слышит журчание, а сквозь благовония пробивается другой запах – будоражащий и пьянящий. 
– Где мой паж? – обратился Вэл к одному из мужчин. 
Тот пожал плечами, а его сосед ответил:
– Кто-то пошел за ней. Я видел.
– Я сам схожу, – разозлился Вэл и направился к выходу. 
– Мне больно! Я не могу сдвинуться! Помогите! – пронзительно закричала вдруг одна из девушек. Она начала бить руками перед собой словно в невидимое стекло.
– Ноги! Мои ноги! – закричала другая, имитируя безуспешную попытку вырваться за пределы круга.
– Выпустите! Больно! Помогите! – теперь точно также кричали и бились остальные девушки, но крики их становились все тише, пока не смолкли. Словно кто-то внутри их воображаемых кругов взялся регулировать звук, а потом и вовсе выключил. 
Гости начали недоуменно переглядываться. Магические маски скрывали лица девушек, они продолжали биться в невидимую преграду – и все больше казалось, что там, в пентаграмме действительно что-то происходит.
 
Вэл решительно направился туда с твердым намерением закончить этот глупый розыгрыш. И с каждым шагом запах крови становился все сильнее, а узор на ковре все больше напоминал настоящую пентаграмму. Оставалось сделать последний шаг, как на ковре вдруг разом вспыхнули символы, которые обычно использовали для вызова духов проклятые пастыри и черные колдуны. 
Это не игра – с ужасом понял Валентайн, приводя архан в боевую готовность.
– Уводите женщин, – крикнул он. – Архи, ко мне! 
В центре пентаграммы воздух почернел и сгустился в уродливую трещину, от которой во все стороны потянулись черные нити. 
– Изабель! – закричала одна из женщин, в которой Валентайн узнал Сюзан. 
Женщина вырвалась из рук влекущих ее к выходу гостей, бросилась к одной из девушек в пентаграмме, но дотянуться не смогла: ее отбросила в сторону невидимая защита. Обезумевшую от горя мать схватили и силком потащили из комнаты.
Гостиная опустела. Вместе с Вэлом в ней осталось лишь двое архов. 
– Повеселимся, Вэл? – развеял свою маску Борис. Выглядел он неподобающе легкомысленно.
Вэл не ответил. Сейчас было не до разборок с бывшим другом. По ногам пронесся ледяной вихрь. Пол начал мелко дрожать от нарастающего низкого гула, идущего изнутри чернильной трещины. Нити добрались до первой девушки и коснулись ее платья. Ткань натянулась и стала втягиваться в нить. Девушка задергалась, когда из места соприкосновения с кожей брызнула кровь. Нить дала отростки. Часть их метнулась за брызгами, другие вонзились в свою жертву, быстро разветвляясь и опутывая несчастную. И вот она уже скрылась в коконе, съеживающимся на глазах.
– Девушек не спасти. Накрываем куполом пентаграмму, – закричал Вэл. – Эй, кто-нибудь, вызовете стражей!
Он вскинул руку. Руны, которые выплетали пальца, превращали льющийся из ладони свет в ледяные узоры, которые быстро охватывали пентаграмму со всех сторон. Он оглянулся на Бориса и другого арха, но те не спешили помогать укреплять защиту, лишь наблюдали, держа мечи наперевес.
Вэл отвернулся – лишь бы не мешали. Он должен держать купол и не пускать тех, кто может находиться по другую сторону разлома. Между тем сквозь морозную ткань хорошо проглядывалась все расширяющаяся трещина с нитевидными отростками, жадно доедающими то, что когда-то было молоденькими архами. А когда от девушек не осталось ничего, нити втянулись назад в трещину, которая уже стала достаточно широкой, чтобы выпустить из себя нечто страшное. И она выпустила. 
Высокий мужчина с изуродованным шрамами лицом и единственным желтым глазом выскочил из нее, посмотрел на архов, застывших по другую сторону ледяной защиты, и засмеялся. За его спиной распахнулись крылья – темные и упругие, как у летучей мыши, с острыми наростами по краям. Он обрушил эти крылья на ледяной купол. Все, что Вэл так старательно выстраивал, влив большую часть своей силы, не продержалось и секунды. Он с трудом удержался на ногах от мощной и тугой волны, последовавшей вслед за ударом. 
– Преклоните колени, смертные. Приветствуйте вашего нового повелителя – Азилла из Дома Путей, – надменно заявил демон. 
И столько силы было в его голосе, что Борис и другой арх рухнули на пол и склонили головы. У Валентайна тоже колени подкосились. Он мотнул головой, прогоняя прочь невыносимое желание исполнить приказ. Но единственное, что смог – устоять на ногах. Тело отказывалось подчиняться, а сила, клубящаяся в его грудной клетке, застыла, став холодной и тяжелой как камень. 
– Ты сам преклонишь колени, Азилла, – прозвучал голос из дверей.
В гостиную вошел Себастьян Арх’Дрюмон, но не в дурацком маскарадном костюме, а в боевой одежде архов. В одной руке он держал небольшую куклу, больше напоминающую неуклюжую детскую поделку. Другая выплетала руны. Вот из нее отделилось зеленоватое облако и подлетело к плененным архам. Повеяло свежестью. На мгновение Вэлу показалось, что колдовство развеялось, но пар сгустился и пролился дождем. Тело по-прежнему не слушалось Валентайна. Не встали с колен и два арха.