Грани верности (СИ)

Тренер кивнул, не спуская взгляда с возбужденного сборища под окном. Судя по тому, как некоторые из темных оглядывались, они задавались тем же самым вопросом. И Энтони Рид решил воспользоваться этим.
- Вы требуете прав? Свободы? – сквозь приоткрытую створку окна я вновь услышала голос Правителя. – Но разве их у вас кто-то отбирал? Разве вам запрещали рвать друг другу глотки и упиваться Тьмой? Вы живете среди нас, ходите по тем же улицам, что и мы, распоряжаетесь Эфиром, как вам угодно. Но каждый день мы находим своих близких убитыми. И все почему? Равновесие? Кому же здесь не хватает каких-то прав? Или, может, не вам, а тем, кто прячется за вашими спинами? Где они сейчас?
- Хватит болтать! - выкрикнул худощавый оборванец в первом ряду, указывая на Соулривера. – Вы кем себя возомнили? Отпустите его!
- Его? – переспросил Рид-старший и, подойдя поближе к дрожавшей фигуре Хоука, поднял его голову так, чтобы все видели. – Вы разве не знаете, кто это? Нет? Вы зовете его Соулривер…
Похоже, одичалая толпа не догадывалась о том, какую игру затевал Коул. Потому что никто из них не ответил на вопрос Правителя, а когда он назвал его имя, толпа разом обескуражено охнула и начала растерянно переглядываться. Где же сам гегемон? Я в напряжении сжимала кулаки, представляя, что моя завеса – это щит из непробиваемого металла, и какие бы Харт не выкинул сюрпризы, барьер выдержит.
- Этот человек нарушил непреложные законы Смерти, виновен в гибели сотен невинных жизней и… не раз нарушил права жителей Эстера, - голос Рида приобрел стальной оттенок, не допускающий компромиссов, и, несмотря на нарастающий рокот толпы, продолжил. – Властью, данной мне городом, я приговариваю его к казни!
- Стой! – послышался многоголосый рев, а об эфирную завесу бесследно рассыпался с десяток ярких вспышек.
Кое-кто пытался ударить по барьеру кулаком, но тут же отдергивал руку. Не обращая на темных внимания, двое хранителей подошли к Хоуку и крепко зафиксировали его плечи. 
Абрамс поднял светящийся клинок, и я забыла, как дышать. В это мгновение все, что невыносимой болью копилось в моей душе замерло в ожидании отмщения. Анна, Джоан, родители Клауса, Магнолия и ее дети, Элли Гловер, Китти, Кирстен, Томас… бесконечный список потерянных жизней и сломанных судеб требовали возмездия. 
- И отныне так будет с каждым, - перекрикивая ораву темных, говорил Правитель. – С каждым, кто нарушит наши права!
Напряжение толпы, натянутое тонкой нитью, оборвалось так же быстро, как голова с алыми кристаллами отделилась от тела в вельветовом пиджаке. 
Я ждала и одновременно боялась этого момента. Думала, что темные сорвутся с цепи, обезумеют и снесут мой барьер напрочь. Но, похоже, Энтони Рид был все-таки прав. 
Адепты Тьмы понимали только язык насилия, и сейчас, когда один их лидер куда-то бесследно исчез, а голова второго катилась по дороге, оставляя за собой кровавый след, никто из них не проронил даже слова.
Зато послышались голоса где-то позади, внутри Штаба. Точнее крики.
- Клаус, нет!
- Дин, берегись!
Первый грубый голос принадлежал Милтону, а второй, испуганный за наследника, кажется будущему Советнику. И прежде, чем от страха за них сжалось мое сердце, прежде, чем я вообще успела хоть что-то понять, все содрогнулось от взрыва.
- Они внутри! - раздался чей-то далекий клич, а я не смогла удержаться на ногах.
- Леди! – тут же крепко обхватил меня Картер, когда я взвизгнула от боли.
Получив сигнал к действию, толпа на площади взорвалась новой истерикой и в тот же миг кинулась на барьер. Пол, стены, потолок, все кружилось перед глазами. Или это дрожал Штаб?
- Леди, только держитесь, - умолял Йозеф, не выпуская меня из рук.
От слез я ничего не видела, но судя по тому, как все внутри скрутилось от невыносимой боли, мой купол на площади еще стоял, а разъяренные темные все так же пытались пробиться сквозь него.
- Барьер держится, вы молодец! – поддерживал меня Картер, но стоило ему это сказать, как слух пронзил страшный треск.
 
Я так испугалась этого звука, что, вопреки налившейся свинцом голове, смогла приподняться и выглянуть в окно. Абрамс и Рид в окружении хранителей отгоняли эфиром толпу от барьера, но все вокруг них уже покрылось глубокими трещинами. Неосторожные темные срывались вниз, а те, кто еще дружил с головой, отринули от барьера, пока не было поздно. На мгновение битва остановилась, и я получила шанс перевести дыхание.
- Что это? – тут же воскликнула я, заметив черное нечто, неожиданно хлынувшее на правителей из-под земли. – Михрендии!
Целый рой! Свою догадку я выкрикнула громко, чтобы предупредить правителей и хранителей. Но мой голос привлек внимание и темных.
- Ложитесь! – скомандовал Картер и кинул меня на пол, когда окно мгновенно разлетелось на множество осколков от точного удара эфиром.
- Нет! – я соскочила на ноги и подползла к окну.
Темные воспользовались открывшейся дорогой и уже почти добрались до правителей, но вокруг них вновь яркой стеной сверкнул барьер и отбросил противника. От ударов, обрушившихся на завесу, я тут же обмякла на полу, но успела увидеть, как Абрамса и Рида защищали от михрендий огненные эфиристы, а сами Правитель и Хранитель не гнушались в ответ атаковать темных, отбрасывая их назад и разрывая на части. 
- Вот ты где, дрянь! – сквозь звон в ушах я услышала позади себя до боли знакомый, исходящий желчью голос Харта.
Что? Как он здесь оказался?
- Только через мой труп! – и лестничный пролет осветился молниями Картера, но гегемон почти не уступал им в скорости.
- Это легко устроить, старик, - зло рассмеялся Коул, и уже через секунду до меня донеслись приглушенные всхлипы тренера.
- Не-е-ет! – инстинкты сработали безотказно, и как только барьер на площади исчез, я с силой выкинула руку в сторону Коула и сшибла его стеной эфира.
Гегемон скрылся из поля зрения, а я скорее кинулась к Картеру, рухнувшему на пол. Кровь все еще продолжала кипеть в его винах, а кожа вздымалась волдырями. Нет-нет-нет, только не Картер! Судорожными движениями я стала искать аптечку на своем поясе, но Йозеф нашел в себе силы оттолкнуть меня.
- Не теряй на меня времени… – обречено прохрипел он, марая усы кровью. – Защити правителей… пока не поздно. Тали, это приказ…
Его руки угрожающе заискрились молниями, но мне не нужно было повторять дважды. Против воли я быстро закивала головой и, несмотря на слабость и слезы, поднялась на ноги.
- Простите…
- Беги! – простонал Йозеф, и я рванула к лестнице.
Внутри все разрывалось от боли, но на это у меня не было времени. Секунда промедления могла стоить жизни Правителю и Хранителю. 
Руку я держала наготове, чтобы повторить удар завесы по Коулу, но он каким-то образом исчез с поля боя, в которое превратился холл Штаба. Пока толпа снаружи отвлекала наше внимание, темные нанесли удар с тыла.
- Леди, скорее! – прокричал Милтон, выскочивший из-за угла и пронзивший лучами света двух адептов возле выхода. – Мы задержим их…
Никогда в жизни я еще не была так рада появлению Джея, но где же Дин и Клаус? И сам Коул… я ни на миг не забывала о гегемоне, но в поле зрения попала лишь еще пятерка темных, с которыми уже сцепились другие хранители. Молнии, пламя, ледяные стрелы – воздух искрился от вспышек эфира.
- Где Коул? – окликнула я Милтона, но ему уже не было до меня никакого дела.
Чудом проскользнув под перекрестным огнем, я рванула на себя парадную дверь холла и облегченно увидела, что правители еще живы. Отбившись от ползучих тварей, хранители плотной стеной обступили Рида и Абрамса. 
Эфиристов среди темных оказалось немного. Некоторые особо сильные вурдалаки умудрялись мощными прыжками прорваться сквозь кордон, но Энтони сразу разрывал их на части.
Я вытянула вперед руки, проецируя на правителей барьер. Стоило только куполу засверкать в бликах яркого солнца, как один из хранителей обернулся, и я увидела благодарную улыбку Терренса. Успела!