Во всем виновато шампанское (ЛП)

— Компания принадлежала ее семье на протяжении многих поколений, верно? Как она досталась твоему отцу?
— Он купил ее. После маминой... — Мои слова оборвались, когда он ущипнул меня за клитор. — После нее дедушка умер, а бабушка не хотела иметь с ней ничего общего, поэтому она продала ее ему.
— Но разве это не противоречит их традициям?
Я с трудом понимала его слова. Рассказала о том, что в контракте есть особые условия, изо всех сил стараясь думать не только о том, что его губы касались моего соска, когда он говорил.
Нико мог попросить меня отдать свою душу, и я бы, наверное, сделала это без колебаний. Все, что угодно, лишь бы он не останавливался. Я застонала от потребности, когда он переместился, забираясь на меня, и стал целовать мое тело. Его широкие плечи раздвинули мои бедра, и он устроился поудобнее, прижав язык к моему клитору, прежде чем скользнуть вниз и трахнуть меня им. Я приподняла бедра, с нетерпением ожидая, когда он заставит меня кончить.
— Снова хочешь контроля? Хочешь прокатиться на моем лице?
— Я хочу тебя, Нико.
Он оскалил зубы, словно зверь, и перевернул нас, расположив мои бедра по обе стороны от своей головы.
— Дай мне свою п*зду, — приказал он.
Даже несмотря на то, что Нико был подо мной и в моей власти, он контролировал все своими огромными руками на моей заднице. Я ухватилась за спинку шезлонга и заскользила взад-вперед по его губам, наслаждаясь тем, как его щетина царапает мою чувствительную кожу. Часть меня беспокоилась, что я двигаюсь неправильно или делаю что-то не так, но, когда он жестко всосал клитор, мне стало плевать.
Вода сверкала, словно бриллианты, отражая солнце, и это совпадало с фейерверком, расплывающимся в моих глазах.
Оргазм обрушился на меня, и я затаила дыхание, преследуемая пульсирующим удовольствием, практически теряя сознание. Нежные щелчки и засасывающие поцелуи вернули меня на землю — обратно к Нико.
Всегда возвращаюсь к Нико.
Я рухнула на бок, он притянул меня в свои объятия, его лицо было мокрым от моих соков.
— Хочешь, я принесу тебе полотенце?
— Бл*дь, нет. Я хочу чувствовать тебя весь день.
Я покраснела, представляя следы своего оргазма на его губах, выставленный на всеобщее обозрение.
— Не смущайся, Верана. Твоя киска восхитительна. Ты когда-нибудь пробовала себя на вкус?
— Нет, — прошептала я, снова затаив дыхание, ожидая его дальнейших действий.
— Позор. Давай исправим это.
Он наклонился и прижался влажными губами к моим, я без колебаний открыла рот и позволила его языку проникнуть внутрь. Пряный вкус завладел моими рецепторами, и я подумала, что меня более возбудил мой вкус на нем, чем сам вкус. Я засосала его губу, прикусив зубами.
— Теперь ты понимаешь, почему я сказал, что готов поглощать тебя каждый день?
— Я решила, что ты говорил это, чтобы помучить меня.
— И это тоже.
Я толкнула Нико, и он засмеялся, затем притянул меня обратно к своей горячей груди.
Словно он только что не доставил мне неземное удовольствие, он вернулся к разговору.
— Есть новый проект с компанией, которую «Rush Shipping» недавно приобрела. Я бы хотел, чтобы ты возглавила его под руководством Доменика.
— Что?
Я прижалась к его груди, потрясенно глядя на него.
— Я предлагаю это не потому, что ты сосешь член как профи.
— Пошел ты, Нико, — засмеялась я.
Он подмигнул.
— Мы предлагаем сотрудникам более низкого уровня такую возможность, чтобы у них была возможность почувствовать, каково брать на себя ответственность и учиться у менеджеров. Это побуждает их лучше работать. Твое резюме намного лучше того, что ты делаешь в «Rush», и заслуживаешь большего. Я хочу предоставить тебе шанс доказать это.
— Нико, — прошептала я, его слова подтверждали все, ради чего я работала. В горле образовался комок, и я заставила себя проглотить его. Годы упорного труда, надежда на то, что отец заметит мои старания — увидит, что я способна на большее, чем быть трофейной женой, — он так и не увидел. Но Нико увидел. Нико заметил меня.
 
— Это компания не твоей матери, но она работает в мире судоходства, и, возможно, это станет для тебя частичкой ее памяти.
Слезы затуманили зрение, мне не хватало кислорода. Я смотрела на человека, который внезапно появился в моей жизни и дал то, чего я всегда хотела.
Я любила его.
Каждый день он бросал мне вызов, и я ненавидела его, но также это подталкивало меня работать лучше и заставляло расти. Нико делал для меня то, что никто другой не делал, и я любила его.
Слова рвались наружу, но я не могла их произнести.
Наш брак основан не на любви, и то, что я любила его, не означало, что для него что-то изменилось.
Я подавила желание признаться в своих чувствах.
— Спасибо, — выдохнула я.
— Ты заслужила это.
И на этом все. Я не хотела, чтобы что-то давалось мне просто так. Я хотела проявить себя и показать, на что способна, — и мне это удалось.
Опасаясь, что мои губы разомкнутся и извергнут слова, которые не была готова произнести, я решила использовать свой рот для других целей.
Нас окружало только солнце и волны, бьющиеся о борт яхты, и я ответила ему взаимностью, используя язык и губы, отсасывая член, словно профи.
Когда Нико наполнил мой рот спермой, я проглотила и поднялась по его телу, чтобы он попробовал себя на моем языке.
Все, что угодно, только бы остановить рвущиеся наружу слова, которые могли меня погубить.
Я надеялась, что когда наконец-то произнесу эти слова, то буду дорога Нико настолько, что он позволит мне любить его.
Может быть, даже больше пяти лет, о которых мы договаривались.
Может быть вечность.
 ГЛАВА 31 
 
 
Имя Арчера вспыхнуло на экране моего телефона, и я вышел из спальни, чтобы ответить на звонок подальше от Веры.
― Все готово? ― спросил я.
Мы с Верой завтра возвращаемся домой, и поглощение подходило к концу.
― Информация, которую ты предоставил, помогла, но из-за заминки требуется больше времени.
Меня передернуло от воспоминания, как я выудил у нее информацию. Она была так поглощена наслаждением, что едва помнила все подробности, в которых призналась. Но почему ее это должно было волновать? Я ее муж, и имел право задавать интересующие меня вопросы. Зачем ей сдерживаться?
Вера доверяла мне.
Я снова разозлился и выместил гнев на Арчере.
― Что это, бл*дь, значит? ― спросил я сквозь стиснутые зубы.
― Нам нужна ещё одна неделя.
― Неделя? ― Я сделал глубокий вдох, вспоминая Веру по ту сторону двери. ― У меня есть чертова компания для управления, и я плачу тебе, чтобы ты решал все вопросы вовремя. Я не могу торчать здесь целую вечность, пока ты вытаскиваешь голову из задницы.
― Мы не планировали, что это произойдет в ближайшие пять лет, поэтому делаем все возможное. Это наконец-то произошло, Николас. Что значит еще одна неделя, если мы получим то, что хотим? ― Когда я не сразу ответил, он замялся. ― Ты ведь хочешь этого, правда?
Я уставился на дверь, словно мог видеть сквозь нее и наблюдать, как Вера собирается. Чувство вины охватило меня, и именно поэтому больше всего на свете я хотел покончить со всем этим. Раньше, когда Арчер спрашивал меня, как сильно я этого хочу, я отвечал без колебаний. Теперь я думал о своей жене. Вместо волнения и трепета, пронзающих меня при мысли о том, чтобы поквитаться с Лоренцо, чувство вины и сомнения смешались со всем остальным.
― Я… я не…
― Николас, ― оборвал он меня, в его тоне прозвучала паника. ― Назад дороги нет. Механизм запущен, это невозможно остановить. Мы либо провалимся, либо провернем это дело. Не имеет значения, чего ты хочешь, когда вы вернетесь, она узнает о твоей мести ее отцу. Единственный вариант, который у нас остается, ― пройти через это, имея компанию, или нет. Но что-то менять уже слишком поздно.