Особенности укрощения небожителей (СИ)
— То есть эти твари там уже вторые сутки некормленые, не… — забеспокоился вдруг цилинь.
— Недоеные, как твои кобылы, да, — кивнул тигр жеребцу. — И не выгулянные до сортира. Уж прости, повелитель, но все жить хотят. Обслуживающие их духи обесточились, а других добровольцев я не нашел.
— Так, может, и пусть сидят там замурованные? — предложил кто-то из задних рядов. — Пожрут друг друга — туда им и дорога? Завалим вход в подземелье и забудем.
— Я тебя сам пожру! — неожиданно зло ощерился рогатый жеребец. — И завалю заодно!
А я вспомнил, что, хотя цилини входят в пятерку божественных зверей и считаются символами красоты и милосердия, психи среди них тоже случаются. И один из таких сидел в наших подземельях. Кажется, он даже приходился нынешнему главе табуна каким-то родственником в третьем колене. Собственно, именно из-за этого психа в гуцине и появился целый табун редких божественных скакунов-полудраконов. У них очень сильны семейные узы, и даже своего больного на голову собрата чешуйчатые лошади не бросили.
— В подземелье я тебя не пущу, — сказал я главе табуна. И попытался вспомнить, как этого недомерина зовут-то. У них же есть личные имена, просто они не любят их называть, особенно при посторонних. Но в документах записано… залезу потом. — Ты мне целый нужен, а не с откушенными копытами. Что-нибудь придумаем. За сутки никто из заключенных без еды и моциона не помрет. Собственно, и за месяц-другой не сдохнут. Главная проблема именно в целостности их клеток.
— Твои хаосята смогут безопасно проверить, что стало с клетками? — тихонько спросила Тай Жень. Она в последнее время на удивление мало говорила, больше слушала и смотрела. С одной стороны, я понимал почему: у нее вообще была привычка сначала изучить вопрос, а потом высказываться. С другой… а нет. И с другой, все правильно — вон ее инициатива с мандарином выросла до гигантского бамбука. И пусть в результате все обернулось на пользу делу, нежелание рисковать я понимал. И прямо одобрял изо всех сил.
— Смогут, но я слегка опасаюсь за последствия. Умственные и аналитические способности у них намного более развитые, чем у простых духов. Но по опыту, любопытству и поведению они на уровне маленьких детей. Вдруг им понравится какая-нибудь «домашняя зверушка» из тех, кого выпускать точно нельзя. Тогда от их помощи мы будем иметь намного больше проблем, чем пользы, — честно признался я. — Надо попытаться реанимировать духов-помощников, работающих на энергии порядка, хотя бы парочку. — Тут я заметил задумчивый взгляд своей женщины и почувствовал, как мурашки пляшут канкан на спине. — Только не вздумай сама сунуться!
— Конечно. — Тай Жень глянула на меня даже как-то удивленно. — Я ведь до сего дня даже и не знала, что тут есть подземелье с настоящими монстрами. И где в него вход, тоже не знаю. Но даже если бы ты снабдил меня этой информацией — с какой стати?
— Из неуемного зоологического любопытства, — пробурчал я. — Возьмем того же крыса. Мало того что ты затискала его как игрушку, так еще и согласилась напитать неизвестный амулет. Да и вообще, вдруг тебе психи нравятся? — Уже чувствуя, как в Тай Жень поднимается возмущение, я пошел на попятную: — Ладно, ладно, шучу. Я сам тебе покажу, где вход. Именно для того, чтобы по ошибке не влезла.
— Мне нравится только один конкретный псих, — хмыкнула женщина и незаметно ущипнула меня за задницу. — Вот этот. Другие не интересуют.
— Так нам все-таки покажут представление? — прошептал кто-то в толпе.
Р-р-р… убью этих вуайеристов!
Глава 12
Евгения:
У нас как в порядочной сказке: чем дальше, тем страшнее. Сколько открытий чудных мне приготовил очередной катаклизм — словами не передать.
Оказывается, все, что я знала о зоопарке до сих пор, — это дымовая завеса. То, что тут действительно содержатся преступники, — не ложь, но по факту все, кого мне показали, либо лицедеи, либо мелкие нарушители, которых посадили на пятнадцать суток. А им так понравилось, что они остались насовсем.
Но вообще интересно было устроиться за спиной у демона и не высовываться, только наблюдать за высоким собранием. Это правильно, я считаю, поскольку я зоолог, а не специалист по связям с общественностью. Даже если эта общественность с рогами и копытами.
Надо сказать, что бамбук мы с Яном вырастили внушительный — это только по сравнению с высотой у него толщина не очень, а так-то ствол в диаметре оказался шагов тридцать, и в самом толстом месте — на «первом этаже» — зал получился весьма просторный, почти вся общественность влезла. Правда, насчет интерьера бамбук подкачал, ну так это дело наживное. Освещение Яоши наладил, как только вошел: выстрелил из рукава десятком талисманов, они прилипли к потолку и теперь бодро изображали лампы дневного света. Мебель все равно не понадобилась — часть гостей расселась и даже разлеглась прямо на полу, часть осталась стоять-висеть-подпрыгивать в силу анатомии.
А некоторые хвостатые и вовсе притащили с собой лохани с водой.
В общем, само собрание поражало воображение. Одних только копытных-лошадеподобных я насчитала несколько видов: уже знакомые мне цилини, чуть более тонкие в кости кирины, водяные лошади кельпи, классические европейские единороги и еще боги знают что, я сильна в биологии, а не мифологии.
Внушительнее всех выглядел здоровенный черный буйвол с оранжевой гривой. Этот исполин еле протиснулся в «дверь», пробитую Яоши. Прямо на его широкой, как стол, спине расселся щуплый хуньдунь в своем человеческом облике и щурился вокруг с довольным, хотя и слегка гастрономическим интересом. Я сначала не поняла его плотоядных взглядов, вроде он не хищник же. А потом обратила внимание на то, что все близлежащие к этой постановке звери время от времени подкидывают заморышу что-то мелкое, но явно съедобное, и проглот с удовольствием точит угощение, прикрывшись ладошками и стараясь не чавкать.
— Иначе он будет ныть, а потом пойдет стены на вкус пробовать, — шепотом пояснил разлегшийся у ног А-Иня райдзю, заметив мой интерес к этому странному действу. — Пока у него рот занят, он молчит и думает. Иногда даже додумывается до чего-то интересного и дельного. Не зря же в некоторых легендах считают, что именно из яйца хуньдуня был сотворен мир.
— А он еще и яйца несет? — восхитилась я многогранностью существа.
— Кхм… Этот конкретный несет только те, что на нем выросли… Ай, повелитель! Каблуком на хвост — это садизм. Можно подумать, твоя женщина не знает мужскую анатомию, ты ж ей сам показыва… молчу-молчу, все. Не надо поджигать.
— Перекличку устраивать будем? — Яоши еще раз угрожающе покосился на тигра и развернул свиток, подсунутый ему райдзю. Нахмурился. — Или не стоит время терять? Навскидку все здесь. А кто пропустил — сам себе злобный недемократ. Подчинится решению повелителя. Так! Первый вопрос на повестке дня. Что мы будем жрать, господа мифические существа? И как вообще дальше жить? Думаю, все заметили, что с обеспечивающими порядок и комфорт духами у нас отныне дефицит. Проще говоря, загоны чистить придется самим, и не только за себя, но и за того парня. В смысле — за неразумными.
— А может, мы просто устроим где-нибудь общий туалет? — отозвался один из золотистых киринов.
— Для коней можете устраивать хоть общую баню, — вмешался неожиданно тонким голосочком черный буйвол. — А у цивилизованных существ удобства в доме. Канализация пока работает нормально. Слава повелителю, который наладил ее еще семьдесят лет назад. Но обслуживание системы, думаю, стоит повесить на тех, кто хорошо помещается в трубу.
— Это ты на что намекаеш-ш-шь, бифш-штекс ходячий?! — зашипели откуда-то с пола, и на передний план вылез здоровенный удав-альбинос с золотыми «очками» вокруг глаз. — Да я лучше тебя сожру, чем полезс-с-су ус-странять плоды твоей жизс-с-снедеятельнос-сти! С-с-с-сам в канализацию ныряй!