Особенности укрощения небожителей (СИ)
Глава 1
Яоши:
— Держи. — Я вручил Тай Жень вцепившегося в мою штанину птенца феникса и тяжело вздохнул. За окном творилась дикая вакханалия, приправленная землетрясением, ураганом и наводнением. — Сиди тут и не высовывайся. Успокой детенышей, приведи их в порядок. Еду для них я сейчас добуду, покормишь.
— Что происходит? — Жень подхватила птенца, устроила его на одеяле и, накинув халат на голое тело, рванула в ванную — одеваться нормально. Но дверь только прикрыла, чтобы слышать меня.
— М-м-мать… Яоши! — заорала она оттуда.
— Что?! — Я рванул следом.
— Я люблю змей, — мрачно сказала моя женщина, торопливо натягивая нижнее белье и глядя в ванну. — Но не в таком количестве и не там, где надо мыться! О, смотри, там еще и черепаха. Две… три. Четыре.
— Ох, это не змеи. Это малыши Суань У, черной воинственной черепахи. Так, а ну, быстро по парам, мелочь! Совсем распоясались!
В джакузи быстро наступил образцовый порядок — змееныши расселись по двое на панцире у черепашат, и все вместе преданно вылупились почему-то не на меня, а на Тай Жень. Моя женщина этому вниманию не особо обрадовалась, потому что как раз пыталась застегнуть на себе лифчик, не снимая халата.
— Какого хрена зеленого? — спросила она у меня еще раз.
— Я уже сказал. Похоже, наш зоопарк украли. Вместе с нами, естественно. — Я старался не паниковать. Если основные барьеры не разрушены и взрослые звери притащили под наш купол только детенышей, значит, худшее еще не наступило. Пространство зоопарка все еще подчиняется мне, хоть и чувствуется, что на него оказывают колоссальное давление.
— Уф-ф-ф… так, погоди. Как это — украли?!
— Руками, — мрачно пояснил я. — Ну или лапами. Мы ведь в гуцине. После того как мой отец подарил этот уникальный артефакт императору, гуцинь хранился в отдельной комнате императорской сокровищницы. А теперь его оттуда сперли. Нагло. И пытаются вскрыть, как консервную банку.
— Вскроют? — спросила она главное.
— Хрена им моржового, — зло усмехнулся я. — Вскрыть нас не смогут, только беспорядок наведут, в этом я уверен. Щиты на зоопарке не только отцовские, тут еще дед Янью нехило покопался. А после тетушка Янли к ним руку приложила, за ней и нынешний император, а под конец я самостоятельно заполировал. Даже сам владыка бездны в одиночку теперь не вскроет. Так что такое вторжение — не самое страшное. А вот не думать о том, как это связано с визитом Янью, нашим разговором о покушениях и с его расследованием, я не могу, — сказал и почувствовал, как ледяная дрожь скатывается от затылка вниз по позвоночнику. — Мы тут как-нибудь разберемся. А вот мой… лис…
— Янью справится, — торопливо и вместе с тем уверенно заявила Жень, расчесывая свои короткие волосы и собирая в куцый хвостик светлые пряди. — Он ведь там тоже не один. Он настороже. И раз такое дело — сообразит поднять на уши всех своих, включая дядюшку императора.
— Очень надеюсь. — Я покачал головой и встряхнулся. — В общем, сиди разбирай детский сад, как приличная жена. А я, как великий муж, пойду решать наши проблемы. Землетрясения там успокою, цунами в другую сторону поверну, разгоню по углам все смерчи и прочие мелочи. Удачи, — подмигнул я хранительнице и картинно исчез в снопе искр.
— Стой, зараза! — проорала она мне вслед. — Чем их всех кормить?! Вон черепаха уже пластиковую мочалку жрет! Плюнь сейчас же!
— Я как раз за едой, — вполне отчетливо передала мое ворчание искра, которую я оставил следить за обстановкой. Не хватало, чтобы у меня еще и женщину украли, раз пошли такие дела. А дальше я оставил на страже только самый краешек сознания, чтобы отреагировать на поднятую тревогу, и вплотную занялся делом.
Ну а что? Каждый приступил к своим прямым обязанностям. Мне и правда легче успокоить возникшие в нашем измерении катаклизмы, чем нянчить безднову прорву звериного потомства. Это еще хорошо, что те, кого нам притащили, — дети разумных… ну или условно разумных родителей. Если на них наорать — услышат и сядут на попе ровно. Совсем дикое зверье как сидело по клеткам, так и сидит — я первым делом проверил систему безопасности. Иначе к общему концу света добавилась бы битва всех со всеми.
— Яоши! Ну наконец-то! — выкрикнул феникс, пикируя откуда-то из-под облаков. — Как ты мог поставить настолько глухой барьер на основной дом! Тут такое творится, а мы даже не можем до вас докричаться!
— Вот для того и поставил, чтобы в самый ответственный момент над ухом не орали. Вас же когда выпускаешь, хоть вешайся! — отмахнулся я, но тут же стал серьезным. — Как обстановка?
— Сам видишь. Карманное измерение буквально трясет и выжимает. Взломщик не из простых и… — тут он посмотрел на меня с толикой печали, — обладает родственной тебе энергией хаоса. Потому что массив, основанный только на ней, пал первым. — Хэй Фонхуа показал на один из огромных кругов в небе, очертания которого были заметно покорежены и разорваны минимум в трех местах.
— Не новость, — рыкнул я. — Божественные массивы держатся неплохо. А защита тетушки и вовсе, кажется, огрызается в ответ. Не пробьет.
— Не пробьет, — подтвердил друг. — Но где мы после этого окажемся, тот еще вопрос. Не уверен, что похититель вернет нас обратно на стоечку в императорской сокровищнице.
— Ты думаешь, «Равнины плодородия» именно украли из императорской сокровищницы? — Незаметно (ну, во всяком случае, кошак так думал) подкравшийся из-за спины райдзю встопорщил усы и прищурился. — Тогда плохо наше дело. Измором брать будет.
И раздражающий тигр был в чем-то прав. Во-первых, в сокровищнице гуцинь лежал на подпитывающей нас энергией подставке, а сейчас явно потерял столь удобный источник. Из-за этого я теперь не могу ни одного духа-служителя дозваться, из тех, что на божественной ци работали. А во-вторых…
— Это что ж за враг такой, который у императора в личной сокровищнице гуляет как у себя дома? — вслух озвучил мое «во-вторых» феникс.
— Хороший вопрос, — зло буркнул я. — Когда найду на него ответ, я этому ответу все выступающие части тела вкручу так, чтобы они у него стали вогнутыми.
— Так что нам теперь, несколько тысяч лет в плену сидеть? — скептически фыркнул райдзю.
— Если раньше с голоду не сдохнем, — оптимистично заржал прискакавший на стихийный совет цилинь. Этот однорогий ловелас почему-то был мокр с гривы до копыт, а еще неприлично весел.
— Ну, мы-то, скорее всего, не сдохнем, — тяжело вздохнул феникс, — а вот наши малыши… Они ведь еще не способны существовать на одной энергии.
— Ага. И баба Яоши.
— Что? — зарычал я на тигра-смертника.
— Да чего ты на меня-то скалишься? Смертная она у тебя! А персики в «Равнинах» не растут. Почему, кстати? Мог бы и озаботиться.
— У нас есть семь косточек, — почесал я в затылке. — Но прорастить божественные деревья…
— А пускай этот… с двумя задницами… палисадник удобрит, — радостно предложил цилинь. — На его навозе даже мировое дерево инь-ян растет как бешеное.
— Палисадник? — недоуменно пробормотал я, поражаясь внезапно озарившей меня мысли. Затем думы медленно перебрались на пустующие поля за зоопарком и теплицы с редкими ингредиентами. Ну не-е-е… надеюсь, до такого точно не дойдет и нас вовремя вернут назад, во дворец. Надеюсь…
Глава 2
Евгения:
Объясните мне кто-нибудь, почему если в начале истории принц, секс и фейерверк, то в конце обязательно дурдом, бедлам и дети? Чувствую себя женой, на которую бравый корононосец оставил все хозяйство, а сам при этом радостно ускакал на очередную войну.
Хорошо, что прежде, чем я попыталась принять душ, Яоши выставил из ванной комнаты жеребенка с рогом во лбу. А вот черепахи со змеями остались, и мне пришлось довольствоваться минимумом гигиены. Потому что глаза у этих рептилий были вполне осмысленные, хотя и наивные. А раздеваться и мыться в присутствии компании заинтересованных детсадовцев — это не ко мне.