Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету

Тем временем Кэтти-бри отпустила Стампет, которая незамедлительно возобновила свое движение вперед, пока Реджис опять не свалил ее на землю. Девушка натянула тетиву Тулмарила, быстро огляделась и направила стрелу прямо между широко расставленными ногами огромного существа слева от нее. Милосердная Кэтти-бри хотела лишь напугать монстров и была удивлена жестоким ответом. Гуманоид не отступил, будто ему было все равно, жить или умереть, а ответил, одновременно с двумя десятками стоявших рядом, бросками ледяных снарядов.
Кэтти-бри упала на землю и покатилась, но все же получила несколько ударов. Один из снежков, попавший в висок, почти лишил ее сознания. Оправившись от удара, она подбежала к Дзирту и остальным.
— Я думаю, что наш путь просто ведет в другую сторону, — заметила она, потирая синяк на лбу.
— Настоящий воин знает, когда отступить, — согласился Дзирт, но его глаза продолжали осматривать айсберги на темном море, выискивая хотя бы намек на Кришал-Тирит, признак того, что Эррту где-то рядом.
— Не будет ли кто-нибудь любезен сказать это проклятой жрице! — донесся голос взволнованного Реджиса, крепко ухватившегося за одну из сильных ног Стампет. Околдованная жрица шла вперед, таща хафлинга за собой по тундре.
Тем временем существа продолжали обходить их с флангов, неся с собой ледяные шары, и друзья подозревали, что на сей раз они не ограничатся только обстрелом, а будут атаковать всерьез.
Надо было уходить, но им явно не удастся увести с собой Стампет. А если оставить жрицу, то ее наверняка убьют.
* * *
— Это ты их выслал! — зарычал Эррту, обращаясь к хрустальному осколку, парившему в воздухе в комнате на самом верху Кришал-Тирит.
В свое магическое зеркало бейлор видел, как его слуги, таэры, преградили путь Дзирту До'Урдену, чего Эррту совершенно определенно не хотел.
— Признавайся! — ревел демон.
«Ты рискуешь, связавшись с этим бродягой-дроу, — пришел телепатический ответ. — Я не могу этого позволить».
— Таэрами командую я! — вопил Эррту. Демон, конечно, знал, что чувствительный хрустальный осколок «слышит» его мысли, но Эррту в этот грозный миг требовалось излить свой гнев вслух. — Неважно, — решил демон мгновением позже. — Дзирт До'Урден не слабый противник. Он и его товарищи обратят таэров в бегство. Ты не остановишь его!
«Они — орудия, не обладающие способностью думать, — пришел небрежный и уверенный ответ Креншинибона. — Они подчиняются моему приказу и будут сражаться до смерти. Дзирт До'Урден остановлен».
Эррту не подверг это заявление сомнению. Креншинибон, хотя определенно и ослабленный схваткой с черным сапфиром, имел достаточно сил, чтобы властвовать над безмозглыми таэрами. А эти существа, числом более сотни, были слишком сильны и слишком многочисленны, чтобы Дзирт и его друзья справились с ними. Конечно, быстроногий дроу и девчонка могли удрать, но Стампет была обречена, так же как Бренор Боевой Топор и толстый хафлинг.
Эррту раздумывал, не использовать ли ему свои магические способности, чтобы оказаться на берегу и встретиться с дроу лицом к лицу.
Но Креншинибон легко прочел его мысли, и изображение в магическом зеркале исчезло, так же как и магические способности Эррту к перемещению в пространстве, так что бейлор даже не был уверен, где именно находится тот самый берег. Он, конечно, мог бы использовать крылья и, в общем, имел представление о том, где Стампет должна была войти в Море Плавучего Льда, но понял, что к тому времени, как он попадет туда, Дзирт До'Урден, вероятно, будет мертв.
Демон со злостью повернулся к хрустальному осколку, но Креншинибон встретил его ярость потоком утешающих мыслей, обещаниями великой власти и славы.
Наделенный чувствами, артефакт так и не постиг степени ненависти Эррту, не понял того, что самой важной причиной появления демона на Материальном уровне была месть Дзирту До'Урдену.
Бессильный и растерянный, Эррту вышел из комнаты.
* * *
— Мы не можем бросить Стампет, — сказала Кэтти-бри, и, разумеется, Дзирт и Бренор согласились с ней.
 
— Не жалей их! — велел дроу. — Стреляй на поражение!
Тут на них обрушился новый град ледяных шаров. Бедной Стампет досталось несколько, Реджису попало по голове, и он отпустил жрицу. Она побрела вперед, пока в нее не попали три снаряда одновременно, уложив женщину на месте.
Кэтти-бри убила двух таэров, одного за другим, а затем бросилась к Дзирту, Бренору и Гвенвивар, которые образовали защитное кольцо вокруг Стампет и Реджиса. Запасы ледяных снарядов у таэров иссякли, и они бесстрашно пошли в атаку, размахивая дубинами и завывая, как северный ветер.
— Там только сотня этих проклятых тварей! — бушевал Бренор, поднимая свой топор.
— И четверо нас! — крикнула Кэтти-бри.
— Пятеро, — поправил Реджис, упрямо поднимаясь на ноги.
Гвенвивар зарычала. Кэтти-бри выстрелила, убив еще одного таэра.
«Возьми меня в руку!» — донеслась до нее отчаянная мысленная просьба Хазид'хи.
Девушка послала еще одну стрелу, но затем существа оказались слишком близко. Она бросила драгоценный лук и извлекла свой страждущий меч.
Дзирт сражался впереди нее: он нанес таэру двойной удар в горло, затем бросился, развернувшись, на колени и глубоко всадил Сверкающий Клинок в брюхо врага. Вторым клинком он нанес страшный продольный удар другому монстру, позади себя, ринувшемуся было на Кэтти-бри. Острое лезвие Хазид'хи, направленное уверенной рукой девушки, довершило дело, снеся таэру половину черепа и разрубив его шею.
Но толпа монстров быстро смыкалась вокруг них, отрезая путь к спасению.
Они думали, что обречены… пока не услышали дружный клич: «Темпос!» Это были Рэвйяк и с ним двадцать пять воинов, которые нанесли жестокий удар по таэрам, их огромные мечи косили изумленных косматых монстров рядами.
Реджис выкрикнул приветствие пришедшему подкреплению, но дубина таэра, тяжело опустившаяся ему на плечо, заставила его умолкнуть. Трое монстров нависли над хафлингом, рухнувшим на землю, собираясь забить его до смерти, но Гвенвивар прыгнула на них сбоку, сбив с ног, и начала рвать их всеми своими когтистыми лапами. Четвертый таэр проскользнул мимо поверженной троицы в поисках хафлинга и жрицы, но встретил взревевшего Бренора, а точнее, его безжалостный топор.
Оцепеневший Реджис был рад увидеть сапоги Бренора, когда дворф встал над ним, расставив свои крепкие ноги по обе стороны его неподвижного тела.
Теперь Дзирт и Кэтти-бри, два друга, которым доводилось сражаться рядом в течение многих лет, снова бились бок о бок.
Кэтти-бри поймала свободной рукой дубину таэра и, описав Хазид'хи короткую дугу, отрубила вторую руку монстра пониже плеча. К ее удивлению и ужасу, несмотря на это, таэр продолжал ломиться вперед, а справа от него возник второй монстр. По-прежнему удерживая рукой дубину первого таэра, Кэтти-бри еще раз взмахнула мечом, на сей раз выше, наполовину разрубив шею противника. В это мгновение она увидела занесенную над ней дубину второго таэра и, не в силах защититься от ее удара, закрыла глаза. Этот удар парировала сабля Дзирта. Предельно изогнувшийся дроу послал клинок навстречу опускавшейся дубине и, отбив ее, тут же вернулся к двум чудовищам, с которыми он сражался. Открыв глаза, Кэтти-бри резко повернулась лицом ко второму таэру, одновременно завершая свой удар по шее первого и снеся его голову с плеч, сделала быстрый выпад вперед, глубоко погрузив Хазид'хи в грудь своего противника.
Таэр упал на спину, но на его месте появились двое других.
По мере того как пространство вокруг Бренора заполнялось телами и отрубленными конечностями монстров, дворфу изрядно доставалась от их дубин.
— Шесть! — воскликнул он, когда его топор погрузился в покатый лоб очередного таэра, но тут же получил сильный удар в спину. Это было очень, очень больно, но Бренор знал, что должен превозмочь боль. Тяжело дыша, он развернулся и, описав топором, который держал обеими руками, полукруг, всадил его таэру в бок, как если бы перед ним было дерево.