Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету

Кэддерли согласился с ним.
— Вы должны уничтожить хрустальный осколок, — сказал он с удивившей их решительностью. — Это задача первостепенной важности.
Дзирт не был уверен в том, что согласен с такой расстановкой приоритетов, во всяком случае не сейчас, когда его отец, очевидно, был пленником бейлора. Но, конечно, мир стал бы значительно лучше без таких вещей, как Креншинибон.
— Но как можно уничтожить столь могущественный артефакт? — спросил дроу.
— Я не знаю. Для каждого артефакта существуют свои особые способы уничтожения, — ответил Кэддерли. — Несколько лет назад, когда я был молод, мой бог просил уничтожить Гируфу, обладающий чувствами зловредный предмет. Я вынужден был искать… просить помощи у великого красного дракона.
— «Несколько лет назад, когда я был молод», — повторила Кэтти-бри удивленным шепотом, так что никто этого не услышал.
— Поэтому я возлагаю это на вас — найти и уничтожить Креншинибон, артефакт, который вы называете хрустальным осколком.
— Я не знакома с драконами, — сухо заметила Кэтти-бри.
Дзирт когда-то знавал одного красного дракона, но не имел никакого желания снова встретиться с Гефестусом и надеялся, что Кэддерли предложит какой-нибудь другой способ.
— Когда вы завладеете артефактом и с Эррту будет покончено, принесите его мне, — сказал Кэддерли. — Вместе, под водительством Денеира, мы откроем, как можно уничтожить хрустальный осколок.
— По-твоему выходит, что достать его — плевое дело! — фыркнула Кэтти-бри.
— Едва ли, — сказал Кэддерли. — Но я твердо верю в это. Вам что, больше понравилось бы, если бы я сказал «если» вместо «когда»?
— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — ответила Кэтти-бри.
Кэддерли широко улыбнулся и положил свою руку на сильные плечи девушки. Кэтти-бри не уклонилась от этого объятия, находя, что ей по-настоящему нравится жрец. В Кэддерли не было ничего, что стесняло бы ее, за исключением той беспечности, с которой, казалось, жрец относился к таким силам, как Эррту и артефакт.
— Но мы ведь не сможем достать хрустальный осколок из-под завала, — обратилась Кэтти-бри к Дзирту.
— Скорей всего он сам найдет путь оттуда, — сказал Кэддерли. — Возможно, он уже сделал это.
— Или Эррту обнаружит его, — добавил Дзирт.
— Итак, мы должны отправиться в Долину Ледяного Ветра и ждать? — раздраженно спросила Кэтти-бри, неожиданно осознавая весь масштаб задачи, стоявшей перед ними. — Сидеть там и нести службу стражей? Сколько веков?
Дзирта тоже не радовала такая перспектива, но теперь, когда Эррту, видимо, освободился, у дроу не было другого выхода. Мысль о возможности вновь увидеть Закнафейна удержала бы его сына на одном месте, если понадобится, не одно столетие.
— Примем то, что боги посылают нам, — сказал Дзирт Кэтти-бри. — Перед нами длинная дорога и, да, возможно, долгое ожидание.
— В Лускане есть храм Денеира, — вмешался Кэддерли. — Это неподалеку от места, именуемого Долиной Ледяного Ветра, не так ли?
— Ближайший город к югу от гор, — ответил Дзирт.
— Я могу доставить вас туда, — сказал Кэддерли. — Мы втроем можем отправиться в Лускан с помощью ветра.
Дзирт обдумал предложение жреца. Была уже почти середина лета, и многие купцы проходили через Лускан, направляясь в Десять Городов за ценными резными изделиями из кости форели. Если Кэддерли сможет быстро доставить их в Лускан, они легко присоединятся к какому-нибудь каравану, следующему в Долину Ледяного Ветра.
Но вдруг Дзирт вспомнил еще кое-что.
— А как же наши друзья? — спросил он.
Кэтти-бри и Кэддерли посмотрели друг на друга.
Они почти забыли о Дюдермонте и находящейся на берегу «Морской фее».
— Я не могу взять всех, — признался Кэддерли. — И конечно, не могу перенести корабль.
— Но мы должны идти, — сказал Дзирт Кэтти-бри.
— Остается надеяться, что Дюдермонту понравится плавать по озеру, — саркастично заметила девушка. — Вокруг не так уж много пиратов, а если он поднимет все паруса, то улетит на милю в эти вонючие леса!
Дзирт сразу сник.
— Пойдем поищем капитана, — сказал он. — Может быть, удастся вернуть Гаркла Гарпелла. Он доставил «Морскую фею» в озеро, пусть и возвращает ее в море.
 
Кэтти-бри пробурчала что-то себе под нос. Дзирт не разобрал ее слов, однако, зная, что девушка думает о Гаркле, мог легко догадаться, что именно она сказала.
Они обнаружили Дюдермонта, Вэйлана и Данкина сидящими рядом с Айвэном и Пайкелом возле главного входа в Храм Парящего Духа. Дюдермонт рассказал им новости о Робийярде и о плане возвращения в Море Мечей. Кэтти-бри и Дзирт с облегчением взглянули друг на друга, а Дюдермонт знал их достаточно хорошо для того, чтобы понять суть происходящего.
— Вы покидаете нас, — заключил он. — Вы не сможете ждать эти две или три недели, которые понадобятся Робийярду, чтобы подготовить наше возвращение.
— Кэддерли может доставить нас в Лускан, — ответил Дзирт. — Менее чем через две-три недели я надеюсь оказаться в Десяти Городах.
Эти новости омрачили беззаботную прежде беседу. Даже Пайкел, который едва ли знал, о чем говорят остальные, испустил длинное и безнадежное «ооооо!».
Дюдермонт попытался найти другой выход из ситуации, но понимал, что его место было здесь, на «Морской фее», а у Дзирта и Кэтти-бри не было иного выбора, кроме как следовать своим путем. Кроме того, Дюдермонт помнил их реакцию на сообщение Айвэна о том, что Бренор покинул Мифрил Халл. Дзирт сказал, что возвращается в Десять Городов, в Долину Ледяного Ветра. Вероятно, именно туда направился Бренор.
— Возможно, если мы вернемся на Побережье Мечей прежде, чем погода ухудшится, я поведу «Морскую фею» в Море Плавучего Льда, — сказал Дюдермонт, по-своему прощаясь с друзьями. — Я бы хотел посетить эту вашу Долину.
— Мой дом, — торжественно сказал Дзирт.
Кэтти-бри кивнула Дзирту и Дюдермонту. Она всегда чувствовала себя не в своей тарелке, когда речь шла о прощании, а это был тот самый случай.
Настало время отправляться домой.
  
Глава 17
 
ЧУВСТВО ВЛАСТИ
 
Стампет Скребущий Коготь с трудом поднималась по заснеженному склону Пирамиды Кельвина. Она знала, что сильно рискует, ибо в Долине Ледяного Ветра снега таяли вовсю, а гора была не столь высока, чтобы температура здесь оставалась ниже точки замерзания. Стампет ощущала, как влага просачивается сквозь толстую кожу сапог, и неоднократно слышала предательский ропот будто бы жалующегося снега.
Упрямая жрица продолжала идти вперед. Весь склон мог съехать вниз: на Пирамиде Кельвина, где снег таял быстро, лавины не были редкостью. Но в тот момент Стампет чувствовала себя настоящей искательницей приключений, бросившей вызов земле, по которой, как она полагала, никто не ступал многие годы. Она мало знала об истории этих мест, так как пришла в Мифрил Халл вместе с Дагнабитом и дворфами из Цитадели Адбар, и была слишком занята работой в шахтах, чтобы прислушиваться к историям, которые члены Клана Боевого Топора рассказывали о Долине Ледяного Ветра.
Стампет не знала и о самой знаменитой лавине на этой горе. Она даже не ведала, что Дзирт и Акар Кессел сражались здесь в своем последнем бою, пока земля не ушла из-под их ног и не погребла Кессела.
Жрица остановилась и полезла в мешочек, достав кусок свиного сала. Она произнесла небольшое заклинание и приложила сало к сжатым губам, приводя в действие волшебство, отгоняющее простуду. Внизу быстро наступало лето, но здесь, наверху, ветер был холодным, а ноги у нее промокли. В тот же момент Стампет вновь услышала особенный ропот снега и подняла глаза на вершину горы, которая была в двух сотнях футов от нее. Впервые она подумала о том, сможет ли добраться туда.
Пирамида Кельвина, конечно, была не очень высокой горой. Возле Адбара, где родилась Стампет, или около Мифрил Халла такую возвышенность вообще назвали бы холмиком. Подумаешь, тысяча футов! Но здесь, среди плоской тундры, она казалась горой, а Стампет Скребущий Коготь была дворфом, считавшим, что основная цель любой горы — бросить вызов покорителям высоты. Она знала, что разумнее было бы подождать позднего лета, когда на Пирамиде Кельвина оставалось бы мало снега, но жрица никогда не отличалась терпеливостью. И гора не являла бы собой серьезного вызова без этого опасного, съезжающего снега.