Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету

— Сейчас! — настаивал капитан.
Не успело это слово сорваться с губ Дюдермонта, как моряк подскочил к нему и схватил его за запястье. Не испугавшись, Дюдермонт дернул руку, но старик упрямо держал ее.
— Я хочу, чтобы ты рассказал мне о том темном, — сказал моряк, и его портовый акцент исчез.
— Кто ты? — настойчиво требовал ответа Дюдермонт, яростно, но безуспешно пытаясь освободить руку. Только теперь он осознал истинную сверхчеловеческую силу этой хватки; с таким же успехом он мог состязаться с одним из огромных туманных великанов, что жили на рифе, окружавшем остров Дельмарин, далеко на юге.
— О том темном, — повторил старик. Без всякого усилия он одним рывком увлек Дюдермонта глубже в переулок.
Капитан потянулся за своей саблей, и хотя старик крепко держал правую руку Дюдермонта, тот вполне смог бы драться левой. Вытащить изогнутый клинок из ножен было непросто, и капитан не успел сделать этого, потому что старик нанес ему удар по лицу открытой ладонью свободной руки. Дюдермонт отлетел назад, врезавшись в стену. Сохраняя присутствие духа, он все же извлек саблю, перебросил ее в освободившуюся правую руку и всадил в ребра приближающегося морского волка.
Великолепный клинок глубоко вошел в бок старика, но тот даже не вздрогнул. Дюдермонт пытался блокировать следующий удар и следующий, но силы явно были неравны. Старик вышиб из его руки саблю и продолжал молотить капитана открытыми ладонями, мелькавшими со скоростью атакующей змеи. Голова Дюдермонта безвольно повисла, и он упал бы, если бы старик не удержал его, крепко вцепившись ему в плечо.
Затуманенным взором капитан вглядывался в своего противника. Лицо его врага начало сначала как будто таять, а затем изменяться…
— Тот темный? — вновь спросило изменяющееся существо, и Дюдермонт едва расслышал его голос, так ошеломлен он был, увидев свое собственное лицо, злобно уставившееся на него.
* * *
— Ему пора бы уже быть здесь, — заметила Кэтти-бри, опираясь на стойку бара.
Ее раздражение нарастало, заметил Дзирт, и не потому, что Дюдермонт запаздывал — капитана частенько задерживали в Глубоководье по тому или иному делу, — а из-за матроса, который стоял рядом с ней с другой стороны. Этот приземистый коротышка с густой бородой и курчавыми волосами цвета воронова крыла время от времени толкал ее, каждый раз извиняясь и поглядывая на нее через плечо, подмигивал и улыбался.
Дзирт повернулся спиной к стойке бара, высота которой доходила ему до пояса. Таверна «Объятия русалки» в этот вечер не была переполнена. Стояла хорошая погода, и большинство рыболовецких и торговых кораблей вышли в море. Несмотря на это, здесь было довольно шумно: после долгих месяцев скуки моряки отводили душу, наслаждаясь выпивкой, общением, неистовой похвальбой и даже кулачными схватками.
— Робийярд, — прошептал Дзирт. Кэтти-бри повернулась и, следуя за взглядом дроу, увидела чародея, пробирающегося сквозь толпу, с тем чтобы присоединиться к ним у стойки.
— Добрый вечер, — сказал чародей без особого энтузиазма, не глядя на собеседников. Не дождавшись, пока бармен подойдет к нему, он щелкнул пальцами, и бутылка со стаканом оказалась возле него. Бармен начал было протестовать, но тут же почувствовал в своей руке горсть медных монет. Он отошел, неодобрительно качая головой: ему никогда не нравился чародей «Морской феи» и его надменные выходки.
— Где Дюдермонт? — спросил Робийярд. — Проматывает мое жалованье, несомненно.
Дзирт и Кэтти-бри, улыбнувшись, переглянулись: их забавляла его постоянная недоверчивость. Робийярд был одним из самых холодных и язвительных людей, которых они когда-либо знали, даже более раздражительным, чем генерал Дагнабит, угрюмый дворф, бывший у Бренора командующим гарнизона Мифрил Халла.
— Вне всякого сомнения, — ответил Дзирт.
Робийярд повернулся и окинул его обвиняющим, сердитым взглядом.
— Ну конечно, именно Дюдермонт и крадет у нас все время, — добавила Кэтти-бри. — Увлекается самыми красивыми женщинами и лучшими винами и вольно обращается с тем, что вовсе ему не принадлежит.
 
Возглас досады сорвался с тонких губ Робийярда, он оттолкнулся от стойки бара и ушел.
— Хотела бы я знать его историю, — заметила Кэтти-бри.
Дзирт кивнул в знак согласия, не отрывая взгляда от спины удаляющегося чародея. Конечно, Робийярд был странным типом, и дроу полагал, что в прошлом с ним, должно быть, что-то произошло. Возможно, он ненамеренно убил кого-нибудь или его отвергла возлюбленная. А может быть, он слишком глубоко погрузился в колдовство, заглянул в такую бездну, куда не следовало смотреть человеку.
Простые слова Кэтти-бри пробудили у Дзирта До'Урдена неожиданный интерес. Кем же был Робийярд и что довело его до состояния постоянной скуки и раздражения?
— Где Дюдермонт? — Прозвучавший вопрос вывел Дзирта из состояния задумчивости. Он повернулся и увидел Вэйлана Майканти, парнишку, которому едва исполнилось двадцать лет, с песочными волосами, светло-карими глазами и большими ямочками на щеках, которые были видны всегда, потому что Вэйлан, казалось, никогда не переставал улыбаться. Самый молодой член экипажа «Морской феи», моложе, чем Кэтти-бри, показал сверхъестественную меткость в стрельбе из баллисты. Его таланты быстро стали легендой, и, подумал Дзирт, если этот юноша проживет достаточно долго, то, несомненно, приобретет солидную репутацию на Побережье Мечей. Как-то раз Вэйлан Майканти попал из баллисты в иллюминатор капитанской каюты с расстояния в четыреста ярдов, ядро ударило в предводителя пиратов, когда тот пристегивал свою саблю. Сила удара вышвырнула капитана на палубу сквозь закрытую дверь каюты. Пиратский корабль тут же спустил свой флаг, сдавшись прежде, чем началось сражение.
— Мы ожидаем его, — ответил Дзирт, настроение которого улучшилось при виде молодого человека. Ему не мог не броситься в глаза контраст между этим юношей и Робийярдом. Чародей был, вероятно, самым старым членом экипажа, не считая самого Дзирта.
Вэйлан кивнул.
— Пора бы ему прийти, — добавил он почти неслышно, но острый слух дроу позволил тому разобрать каждое слово.
— Тебе он нужен? — быстро спросил Дзирт.
— Я хотел поговорить с ним насчет аванса в счет заработка, — признался Вэйлан. Молодой человек густо покраснел и придвинулся ближе к Дзирту, чтобы Кэтти-бри не могла его услышать. — Подружка, — объяснил он.
Дзирт увидел, что улыбка Вэйлана стала еще шире.
— Капитан запаздывает, — сказал дроу. — Я уверен, что он вскоре придет.
— Но он был всего в какой-то дюжине домов отсюда, когда я в последний раз видел его, — удивился Вэйлан. — Возле Фогги Хэйвен, и он направлялся сюда. Я думал, что он уже здесь.
Впервые Дзирт ощутил некоторое беспокойство.
— И когда это было?
— Я сижу здесь с начала предыдущей схватки, — пожал плечами Вэйлан.
Дзирт повернулся и оперся на стойку бара, обменявшись озабоченными взглядами с Кэтти-бри: после предыдущих двух боев прошло уже немало времени. Между таверной «Объятия русалки» и тем местом, о котором говорил Вэйлан, вряд ли что-нибудь могло заинтересовать капитана или задержать его на столь долгий срок.
Дзирт вздохнул и сделал большой глоток воды. Он посмотрел на Робийярда, который сидел сейчас один, несмотря на то что за столиком неподалеку, рядом с четырьмя членами команды «Морской феи», были свободные стулья. Пока что Дзирт не слишком беспокоился. Может быть, Дюдермонт забыл о каком-то деле или просто изменил свое намерение посетить «Объятия русалки» этим вечером. Но все же Док-стрит в Глубоководье считалась опасным местом, и шестое чувство дроу — его инстинкт воина — призывало его быть настороже.
* * *
Дюдермонт, потерявший сознание, не помнил, сколь долго его избивали. Сейчас он лежал на холодной земле — это было все, что он знал. Существо, принявшее его облик, включая одежду и даже оружие, сидело у него на спине. Физические мучения были уже не столь сильны, но хуже, чем избиение, капитан переносил то, что нечисть копалась в его мозгу, выуживая знания, которые оно могло, без сомнения, использовать против его друзей.