Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету

Кэтти-бри глянула в сторону и увидела, как Бренор, ворча и кряхтя, выползает из-под убитого им минотавра. Дворф вскочил на ноги, встряхнулся и уныло уставился на свой топор, уперев руки в бока. Оружие глубоко засело в толстом затылке минотавра.
— Ну и как, Девять Проклятых Кругов, мне теперь его достать? — спросил Бренор, глядя на дочь.
Дзирт расправился со своими противниками, Реджис тоже, Гвенвивар показалась из-за поворота, таща в зубах эльфа с переломанной шеей.
— Еще одна наша победа, — заметил Реджис, когда все собрались.
Дзирт согласно кивнул, но, похоже, не очень радовался. Он понимал, что все, что они делают, — царапина для слона. Несмотря на то что развязка схватки, как и еще трех предшествовавших ей, наступила быстро, можно было считать, что друзьям просто невероятно везло. Что было бы, если бы во время боя из-за поворота показался еще один отряд дроу и минотавров или хотя бы кобольдов?
Они одержали быструю победу и не понесли потерь, но нельзя рассчитывать, что так будет продолжаться и дальше.
— Не очень-то ты доволен, — негромко сказала Кэтти-бри, когда они снова тронулись в путь.
— За два часа мы убили десяток дроу, нескольких минотавров и множество кобольдов, — ответил Дзирт.
— А их тысячи, — закончила девушка, понимая, отчего он невесел.
Дзирт промолчал. Единственная надежда и его, и всего Мифрил Халла заключалась в том, что их отряд или подобный ему поразит врага в самое сердце. Темные эльфы были непоследовательны и начисто лишены преданности, поэтому, если бы армии Мифрил Халла удалось уничтожить того, кто направлял дроу в этой войне, можно было бы надеяться на победу.
Гвенвивар вдруг снова прижала уши и неслышно скользнула во тьму. Друзья, с тоской подумав о новом столкновении, приготовились к бою. Но перед ними появились не дроу, кобольды или минотавры, а отряд из двадцати дворфов. Со времени битвы в пещере Тунульта они тоже уже не раз принимали бой. Многие были ранены совсем недавно, и у каждого на оружии подсыхала вражеская кровь.
— Как у нас дела? — спросил Бренор, выходя вперед.
Дворф, стоявший во главе, ответил:
— В Нижнем Городе идет бой, мой король. Как они туда попали, мы не знаем. Говорят, на верхних уровнях тоже сражаются. Восточный вход взят.
Бренор сразу сник.
— Но мы удерживаем Ущелье Гарумна! — бодрее добавил дворф.
— Откуда вы и куда направляетесь? — спросил Бренор.
— Из последнего помещения стражи, — последовал ответ. — Сделали небольшой крюк, чтобы разыскать тебя, мой король. И мы рады видеть тебя невредимым, потому что в туннелях полно дроуской нечисти. — Он ткнул пальцем в сторону. — Мы ушли недалеко, и путь до последнего помещения стражи все еще свободен…
— Но это ненадолго, — мрачно добавил другой дворф.
— И отсюда до Нижнего Города тоже все чисто, — договорил командир.
Дзирт отвел Бренора в сторону и начал что-то горячо шептать ему. Кэтти-бри, Реджис и дворфы терпеливо ждали.
— …продолжать поиски, — донеслись до них слова Дзирта.
— Мое место там, где мой народ! — сердито ответил дворф. — А твое — рядом со мной!
Дзирт перебил его какой-то длинной тирадой. До остальных донеслись лишь обрывки фраз «охотиться за головой» и «окружной путь», и они поняли, что Дзирт пытается убедить Бренора отпустить его во внешние нижние туннели.
Кэтти-бри тогда решила, что если Дзирт с Гвенвивар собираются отправиться дальше, то она пойдет с ними, ведь у нее был Кошачий Глаз, подаренный ей Аластриэль, позволявший видеть в темноте. Реджис, расхрабрившись неожиданно для себя, решил сделать то же самое.
Но когда Дзирт с Бренором вернулись вдвоем, все удивились.
— Идите в помещения стражи или в Нижний Город, если нужно, — обратился Бренор к командиру отряда.
— Но, мой король… — пробормотал тот, изумленно раскрыв рот.
— Идите! — рявкнул Бренор.
— И оставить тебя здесь одного? — спросил ошарашенный дворф.
Бренор загадочно улыбнулся, обведя взглядом Дзирта, Кэтти-бри, Реджиса и Гвенвивар.
— Одного? — переспросил он, и дворф, хорошо знавший его доблестных спутников, не стал спорить.
 
— Возвращайтесь и побеждайте, — сказал Бренор. — А мы с друзьями отправимся на охоту.
И каждый отряд пошел своей дорогой — решительно, но без особенного оптимизма.
Дзирт что-то шепнул пантере, и она снова скользнула вперед. Прежде друзья поджидали врагов, оказывавшихся на их пути, но теперь, получив такие неутешительные известия о Нижнем Городе и восточном входе, Дзирт решил изменить тактику. Они будут принимать бой только в том случае, если его невозможно будет избежать, но намеренно вступать в столкновения не станут. Дзирт хотел найти жриц, руководивших нашествием. Единственной возможностью остановить чудовище было обезглавить его.
Поэтому друзья, как выразился Дзирт, пустились «охотиться за головой».
Реджис, шедший позади всех, несколько раз вздохнул и оглянулся туда, где скрылась шеренга дворфов.
— И чего я вечно во все ввязываюсь? — тихонько пробормотал он. Но, поглядев в спины своим неутомимым друзьям, решил, что ответ очевиден.
Кэтти-бри слышала его вздохи, поняла, в чем дело, и едва сдержала улыбку.
  
Глава 24
 
ОГНЕННАЯ ЯРОСТЬ
 
С высоты Аластриэль видела, что склон Фортпика переливается огнями, подобными звездам на небе. Защитники Мифрил Халла и нападавшие неутомимо обменивались световыми снарядами и мраком, гасившим свет. Обогнув юго-западные скалы на своей волшебной колеснице, госпожа Серебристой Луны испытала настоящий страх, увидев, что союзное войско вытянулось в виде подковы и почти окружено гоблинами, кобольдами и воинами-дроу.
Однако солдаты союзной армии держались стойко, сражались плечом к плечу, и их ряды не дрогнули. С открытой стороны подковы они могли не опасаться натиска, поскольку там, в самом уязвимом месте, были отвесные голые скалы, а в строю они держались крепко и стояли достаточно тесно, чтобы выдержать самые яростные атаки.
Аластриэль очень надеялась, что они выстоят, но тут толпа гоблинов, возглавляемая здоровенными волосатыми страшилищами, выстроилась ромбом и врезалась в восточный фланг обороны.
Строй дрогнул; Аластриэль едва не послала вниз дождь молний, тем самым чуть не выдав себя.
Но среди всеобщей неразберихи и замешательства раздалась громкая песня, и высоко взметнулся один громадный меч.
Берктгар Смелый, с развевающимися волосами, размахивая Баккенфуэре, вкладывая в пение всю душу, затянул гимн Темпосу. Не трогая гоблинов, он бросился прямо на волосатых великанов, и с каждым взмахом мощного клинка один из них падал наземь. Самого вождя Сэттлстоуна ранили, и не раз, но он даже не поморщился и нисколько не замедлил шаг.
Те страшилища, которым удалось ускользнуть от разящего меча разъяренного варвара, бросились бежать. Гоблины, видя ужас своих предводителей, сразу же растеряли весь пыл и обратились в беспорядочное бегство.
Аластриэль подумала, что, если защитники победят, люди сложат много песен о подвиге Берктгара. Но если темные эльфы захватят Мифрил Халл, тогда все геройство защитников канет в забвение, а темное покрывало жестокого ига задавит любые песни. И тогда госпожа Серебристой Луны твердо решила, что не допустит этого. Пусть даже Мифрил Халл падет этой ночью или следующей, война будет продолжаться. Все население Серебристой Луны выступит против дроу, а сама она отправится на восток, в Сандабар, в цитадель Адбара, к королю Харброму и его дворфам, и в Глубоководье, на Побережье Мечей, и соберет силы, достаточные для того, чтобы вытеснить дроу обратно в Мензоберранзан!
Но пока война не проиграна, и она смотрела вниз, где сражались и погибали, но непоколебимо стояли защитники.
А потом произошло то страшное, чего она ожидала и боялась с самого начала, — вмешались колдуны, в ход пошли огненные шары, молнии, разрушительные взрывы и волшебная энергия, пожиравшая живых.
Атака была направлена на юго-западный рог подковы, гибли и люди и кони, ряды гвардейцев Несма разъединились. Погибло и много кобольдов, но злобным чародеям на них было наплевать.