Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету

— Нужно показать иллитидам, что власть над Мензоберранзаном по-прежнему принадлежит нам, — продолжала Бэнр. — Если они это увидят, то останутся с нами, им невыгодно будет, чтобы нападки Кьорл ослабили Дом Бэнр.
— Я иду в Сосер, — заявил Громф.
— А я в Арах-Тинилит, — решительно присоединилась Триль.
— Я не питаю никаких иллюзий по поводу дружеских привязанностей между моими соперниками, — сказал Громф. — Но полагаю, если пообещать им награду, когда все утрясется, среди них можно найти союзников.
— Учащимся запрещены какие бы то ни было контакты за стенами школы, — сообщила Триль. — Они, конечно, слышали о происходящем в общих чертах, но о том, что грозит Дому Бэнр, им ничего не известно. Они верны, пока пребывают в неведении.
Мать Бэнр кивнула обоим.
— А ты встретишься с представителями малых Домов из тех, что основаны нами, — обратилась она к Квентель, доверяя ей наиболее ответственное поручение. Власть Дома Бэнр в значительной степени опиралась на десяток малых Домов, во главе которых стояли знатные отпрыски Бэнров. Квентель, как никто, подходила для этого задания, поскольку более всех была в милости у Ллос.
По лицу дочери было видно, что ее удалось склонить на свою сторону — скорее благодаря угрозам Громфа и Триль, чем той подачкой, которая только что ей перепала.
Мать Бэнр прекрасно знала, что самый действенный способ положить конец соперничеству — это позволить и Триль, и Квентель сохранить лицо и чувствовать себя незаменимыми. В общем, встреча оказалась удачной и все силы Дома Бэнр теперь объединятся для обороны.
Но улыбка на губах Бэнр была довольно кислой. Она прекрасно представляла себе, на что способен Метил, и подозревала, что Кьорл ничуть ему не уступает. Пусть даже весь Дом Бэнр будет на страже, но достаточно ли этого без покровительства Ллос и чародейства Громфа?
* * *
Рядом с приемным залом Бренора на верхнем уровне Мифрил Халла было небольшое помещение, где король дворфов разместил ремесленников, занятых восстановлением фигурки пантеры. Там находились небольшая наковаленка и изящные инструменты, а также стояло множество кувшинчиков и сосудов с различными растворами и зельями.
Дзирта вызвали сюда, и теперь он сгорал от нетерпения. Он, само собой, приходил в мастерскую по десять раз на дню, без всякого приглашения, и каждый раз видел одно и то же: дворфов, сгрудившихся над по-прежнему разбитой статуэткой и задумчиво теребивших бороды. После того несчастья прошла уже целая неделя, Гвенвивар была так обессилена, что едва могла приподнять голову, и неподвижно лежала перед очагом в комнате Дзирта.
Ожидание просто изматывало.
Но сейчас Дзирта позвали. Он уже знал, что утром прибыл посланец из Серебристой Луны, и оставалось лишь надеяться, что Аластриэль предложила какое-то действенное средство.
Бренор следил за ним через открытую дверь своей приемной. Кивнув, он мотнул головой в сторону, и Дзирт бросился к двери в комнатку и распахнул ее, даже не постучав.
То, что открылось его глазам, было совершенно невероятно. Разбитая — увы! — фигурка лежала на маленьком круглом столике. Рядом стоял Реджис и ожесточенно толок в ступке что-то черное. С другой стороны стоял упитанный дворф, Бастер Брейсер, знаменитый мастер доспехов, тот самый, что изготовил кольчугу Дзирта еще в Долине Ледяного Ветра. Дроу даже не решился сейчас поприветствовать его, чтобы не отвлекать. Бастер стоял широко расставив ноги. Время от времени он делал глубокий вдох и снова замирал, а в руках он держал обернутые в тончайшую увлажненную материю… глаза.
Дзирт стоял и гадал, что здесь происходит, пока знакомый булькающий голос не вывел его из задумчивости.
— Приветствую тебя, герой с кожей цвета ночи! — радостно закричал невидимый чародей.
— Гаркл Гарпелл, это ты? — спросил Дзирт.
— А мог быть кто-то другой? — сухо заметил Реджис.
Дзирт молча согласился.
— Что происходит? — спросил он, обращаясь к хафлингу, поскольку понимал, что, какой бы ответ ни дал Гаркл, он только напустит еще больше тумана.
 
Реджис чуть взмахнул ступкой.
— Притирание из Серебристой Луны, — радостно пояснил он. — Гаркл наблюдает, чтобы все правильно смешали.
— Наблюдает, — весело вмешался маг, — означает, что они держат мои глаза прямо над миской!
Дзирт даже не нашел в себе сил улыбнуться, поскольку голова фигурки все еще лежала отдельно от тела.
Реджис же хихикнул, но скорее презрительно, чем весело.
— Уже, должно быть, готово, — сказал он. — Но я хотел, чтобы ты сам наложил его.
— У дроу такие ловкие пальцы! — встрял Гаркл.
— А сам-то ты где? — спросил Дзирт, которому от такого необычного соседства было не по себе.
Гаркл моргнул, и из ниоткуда на мгновение появились его веки.
— В Несме, — ответил он. — Скоро мы уже будем к северу от Торфяных болот.
— А там и в Мифрил Халле, где ты наконец вновь обретешь свои глаза, — добавил Дзирт.
— Я это предвижу! — громовым голосом выкрикнул Гаркл и расхохотался, но его опять никто не поддержал.
— Если он не прекратит, я брошу эти чертовы глаза на наковальню! — буркнул Бастер.
Реджис поставил ступку и вытащил крохотный металлический инструмент.
— Тебе потребуется немного состава, — сказал он, протягивая вещицу Дзирту. — Гаркл велел постараться, чтобы вещество не попало на сам скол.
— Это всего лишь клей, — вмешался голос мага. — Волшебные силы, заложенные в фигурке, сами должны спаять ее. Состав надо будет удалить через несколько дней. Если все получится как надо, статуэтка будет… — он на секунду умолк, подыскивая верное слово, — спасена.
— Если получится… — невольно повторил Дзирт. Он чуть помедлил, приноравливаясь к тонкому инструменту и убеждаясь, что ожоги на ладонях уже зажили и не помешают ему.
— Получится, — убежденно заверил Реджис.
Дзирт глубоко вздохнул и взял в руки кошачью головку. Он внимательно вгляделся в блестящие глаза, так хорошо передававшие проницательный взгляд настоящей Гвенвивар. Предельно осторожно, с почти материнской нежностью, Дзирт приложил головку к туловищу и приступил к трудоемкому делу — нанесению вязкого вещества по всей длине разлома.
Прошло более двух часов, прежде чем Дзирт и Реджис вышли из комнаты и попали в приемную Бренора, где тот беседовал с посланцем Серебристой Луны и еще несколькими дворфами.
Вид у короля был не слишком довольный, но от взгляда Дзирта не укрылось, что впервые после того, как начали твориться все эти странности, Бренор стал несколько спокойнее.
— Это не выходки дроу! — объявил дворфский король, едва Реджис и Дзирт показались в зале. — Если только эти проклятые дроу не обладают большей силой, чем только можно себе вообразить! Аластриэль говорит, что во всем мире творится то же самое.
— Госпожа Аластриэль, — с достоинством поправил стоявший рядом посланник, очень опрятный дворф с короткой аккуратной бородкой, одетый в свободное белое одеяние.
— Приветствую тебя, Фредегар, — обратился к нему Дзирт, узнав Фредегара Сокрушителя Скал, известного больше как Фред, любимого поэта и Советника госпожи Аластриэль. — Наконец-то тебе представился случай лично познакомиться со всеми чудесами Мифрил Халла.
— Если бы только время было другое, — мрачно ответил Фред. — Прошу покорно, скажи, как поживает Кэтти-бри?
— Неплохо, — ответил Дзирт. Вспомнив о девушке, сейчас ушедшей в Сэттлстоун, чтобы передать какие-то сведения от Бренора, дроу улыбнулся.
— Это не выходки дроу, — повторил Бренор с некоторым нажимом, давая понять, что сейчас не время и не место вести светские беседы.
Дзирт согласно кивнул — он и раньше убеждал короля, что темные эльфы в этом не повинны.
— Что бы это ни было, рубин Реджиса теперь совершенно бесполезен, — сказал он. Он поддел пальцем украшение, висевшее на груди хафлинга. — Сейчас он не более чем обычный, хотя и восхитительно красивый камень. Неведомая сила сразила Гвенвивар и даже добралась до Гарпеллов. Ни один из дроу не обладает такой мощью, иначе они давно уже завоевали бы поверхность.