После тьмы (ЛП)

Лидия крепче сжала телефонную трубку.
— Какой находке?
— Мы не можем говорить о ней сейчас. Мне нужно встретиться с тобой. — Райан замялся: — Прошел слушок. Я не могу об этом распространяться, но могу сказать одно. Если это правда, она поможет восстановить твою карьеру.
Лидия почувствовала, как ее уверенность стремительно возвращается. Райан в ней нуждался. Это значило, что она контролирует ситуацию. Ей следовало с большой осторожностью разыграть свои карты.
— Знаешь, что, Райан? Я позвоню тебе позже днем, когда уточню свое расписание на неделю.
— Лидия, подожди, не вешай трубку. Черт возьми, не вешай трубку! От этого зависит и твое, и мое будущее.
— Я позвоню тебе позже, Райан. — Она очень осторожно положила трубку на место и посмотрела на Эммета.
— Что? — спросил он.
— У меня отвратительное чувство, что до Райана могли дойти некоторые слухи о моем наследстве, полученном от Честера.
— Думаешь, он знает, что ты получила эту бутылочку?
— Нет, но у меня сложилось впечатление, что он думает, что я могу что-то об этом знать.
— Это довольно скверно. — Он отошел от двери, подошел к кровати и бросил ей халат. — Проснись и пой, моя маленькая сексуальная богиня. Когда банк откроется, мы должны уже стоять у него. Я хочу, чтобы этот сосуд оказался в сейфовой ячейке прежде, чем мы сделаем что-нибудь еще.
Лидия схватила халат и встретилась с его пристальным взглядом.
— Сексуальная богиня?
— Предпочитаешь выражение «сексуальная кошечка»?
— Нет, все хорошо. «Сексуальная богиня» подойдет.
* * *
Банк Каденс-Сити открывался ровно в девять. К девяти двадцати Лидия заполнила все документы, необходимые для аренды сейфовой ячейки. Клерк проводил их с Эмметом в тихую уединенность хранилища и оставил одних.
Лидия вытащила грёзалитовую бутылочку из бумажного пакета, чтобы посмотреть на нее еще раз, прежде чем надежно запереть артефакт в банковской ячейке.
— Все еще не могу до конца поверить, что она настоящая. — Она изучала небольшие потоки постоянно меняющихся цветов, опоясывающие сосуд подобно крошечным инопланетным морям. — Твердый как скала, и все же это чистый грёзалит. Как это возможно? По-хорошему, он должен был растаять и расщепиться на огромное количество молекул.
— Не уверен, что все это так уж неожиданно, — сказал Эммет.
— Неожиданно? Умение работать с грёзалитом — это просто неслыханно.
— Подумай вот о чем, — Эммет изучал бутылочку в ее руках. — Мы, люди, находимся здесь только пару веков, но уже нашли способы психически резонировать с рез-янтарем. Мы пользуемся этим ежедневно во всех сферах: от включения рез-экрана до готовки обеда и охоты за призраками. Возможно, хармониане эволюционировали на этой планете.
— Мы не знаем этого наверняка, — парировала Лидия. — Возможно, тысячи лет назад они проникли через Занавес так же, как это сделали мы два столетия назад. Эксперты говорят, что невозможно определить, сколько раз Занавес открывался и закрывался в прошлом или какие планеты он связывал, когда был открыт.
Эммет пожал плечами.
— Неважно. Как ни посмотри, хармониане могли здесь находиться в течение тысяч лет, правильно?
— Правильно.
— Достаточно времени, чтобы психически настроиться на базовые гармонические частоты планеты. Кто знает, что они могли делать с рез-янтарем? Черт, мы до сих пор даже не можем понять, как они создавали призраков и ловушки иллюзий. Некоторые из нас могут управлять ими, но никто пока не придумал способ, как создать призрак или ловушку с нуля.
— Верно.
Лидия посмотрела на бутылочку. Она ощущала вес столетий и отголосок творческого вдохновения, которое было не совсем человеческим, но, тем не менее, резонировало на очень человеческой частоте.
— Может быть, они обнаружили или изобрели что-нибудь получше рез-янтаря, помогавшее им концентрировать пси-таланты.
— Было бы неудивительно. Еще пару тысяч лет, и, возможно, мы тоже придумаем что-нибудь более эффективное. — Эммет посмотрел на часы. — Почти девять тридцать. Грили будет нас ждать.
 
— Да.
Лидия напомнила себе, что она может вернуться сюда и посмотреть на чудесный артефакт позже. Она было начала упаковывать его обратно в бумажный пакет, но внезапно остановилась.
— Что случилось? — спросил Эммет.
— Я не уверена. — Лидия снова достала бутылочку из пакета и взвесила ее в руках. Затем она направила внутрь небольшой психический импульс. Ее янтарный браслет стал теплее. Она осторожно попыталась почувствовать гармоническую структуру энергии, исходившей из сосуда.
Янтарь на ее запястье потеплел еще сильнее. У Лидии по спине пробежал холодок.
— О, господи!
Эммет подошел ближе, вглядываясь в ее лицо.
— Что ты улавливаешь? Возраст вещи?
— Нет. Что-то еще. Помнишь, прошлым вечером я говорила тебе про странное чувство? Это словно ощущение от небольшого количества энергии ловушки иллюзии. Я тогда подумала, что это что-то присущее самому грёзалиту. Но сейчас я не уверена.
Он взглянул на артефакт, а затем быстро поднял глаза и встретился с Лидией взглядом. Она увидела, что он понял значение того, что она только что сказала.
— Не призрачная энергия, — сказал он с абсолютной уверенностью. — Я бы ощутил ее более отчетливо, чем ты.
— Нет, — прошептала она. — Энергия иллюзии.
— Ловушки иллюзий очень редки вне катакомб.
Она безмолвно кивнула. Он был прав. И тем не менее она не могла не посмотреть по сторонам хранилища. Она пристально изучила каждый угол, усиливая и фокусируя свои пара-резонирующие чувства через янтарный браслет. Она не увидела скопления темноты в углах. Под столом или около потолка тоже не было никаких необъяснимых теней.
Конечно же, здесь нет никаких ловушек иллюзий, подумала она. В конце концов, они стояли посреди банка Каденс-Сити,
Но янтарь в браслете на ее руке был очень теплым. В комнате замерцали следы энергии.
Она посмотрела на бутылочку, затем на Эммета.
— Может, дело в обработанном грёзалите? — спросил Эммет. — Какое-нибудь свойство, о котором мы ничего не знаем, поскольку ни один человек не смог подчинить этот материал?
Она поднесла артефакт к свету.
— По-моему, здесь есть крышка. На самом деле лучше бы ее снять в лаборатории. Я не хочу рисковать и повредить сам сосуд.
— Он так долго хранился, — напомнил ей Эммет. — Значит, не может быть слишком хрупким.
— Я попробую.
Она поставила бутылочку на стол и очень аккуратно поддела туго закрытую крышку. К ее удивлению, она легко поддалась. Лидия поняла, что смотрит в темноту — абсолютную темноту — внутри маленького артефакта.
— Хм.
Она подняла бутылочку и повернула так, чтобы свет от лампы, расположенной на потолке, попадал внутрь. Однако он не проник в темноту. Внутри не было ни блеска, ни свечения от грёзалита. Только плотный, непроницаемый, черный туман.
Существует две возможности, подумала она. Либо она сходит с ума, в пара-резонационном плане, как думали Райан и остальные, либо у нее в руках бутылочка с ловушкой иллюзии внутри.
— О-о, — сказала она.
— Настоящая? — тихо спросил Эммет.
— Да. Небольшая. Ровно такая, чтобы поместилась внутри сосуда.
Он не подверг сомнению ее оценку, подумала Лидия. Принял ее заключение на веру, несмотря на то, что имел полное право сомневаться в нем.
Он смотрел, как она очень аккуратно ставит бутылочку обратно на стол.
— Что думаешь?
— Не знаю. Как и все остальные, я никогда не видела такого вне Мертвого города. Сам факт ее существования внутри этого сосуда может означать, что эта ловушка отличается от других, с которыми я работала. Она может быть так или иначе прикреплена к самому грёзалиту. Есть только один способ выяснить это.
 
Он посмотрел на нее поверх артефакта.
— Давай.
— Наверное, лучше тебе выйти в другую комнату. На всякий случай.