Наследница неприятностей (СИ)

— В общем, — перебил её Максим Викторович. — Сегодня, позвонишь, и пригласишь её на работу.
— Но, у меня нет номера этой девушки.
— Значит придумай что-нибудь! Вернётся Виталик, скажет тебе адрес, пошлёшь Андрея. Всё поняла?
— Да, Максим Викторович, — проговорила она.
— А теперь можешь идти, — кивнул мужчина.
Глава 4
Выйдя из ресторана, Ника нашла Лизку.
— Ну что пойдём?
— Пойдём, а что ты там делала? — поинтересовалась девочка.
— Да хотела на работу устроиться, но меня отшили.
— Жалко, это самый лучший ресторан в городе. Да и говорят зарплаты тут хорошие.
— Ладно, найдём что-нибудь другое. Слушай, а тут на Литейной раньше ломбард был, не закрыли?
— Да вроде работает ещё. А зачем тебе?
— Вот, — показала Ника кольцо на пальце. — Хочу заложить.
— А не жалко?
— Жалко, конечно, это всё что осталось у меня от мамы.
— Может тогда не надо?
— А что делать? Ты же сама говоришь, лекарства нужно купить, да и дома шаром покати. И потом я же не насовсем, а через месяц, как только зарплату получу, выкуплю.
— Ты так уже делала?
— Очень, очень давно, когда только в Москву перебралась. Однажды после работы, с сестрой договорились встретиться, она у подруги жила, должны были возле метро меня встретить. Я приехала, а телефон сел, номер её не помню, и на выход с другой стороны видимо вышла. Целый час бродила, куда идти не знаю, денег нет, и тут смотрю передо мной ломбард. Пришлось цепочку заложить. Выхожу и опять к метро. Ну думаю, хоть деньги на дорогу есть. А тут они.
— Получается зря заложила?
— Не совсем, — улыбнулась Ника. Мы же потом в метро спустились, а Маринка с подругой коктейли в банках пили, вот нас и повязали за распитие. В кабинет отвели, девчонок в клетку закрыли.
— А ты тоже пила?
— Тогда нет, я же после суток была, какой там. Да и в то время, вообще алкоголь не употребляла.
— И что же дальше?
— Что. Заплатила штраф за них, беседу профилактическую провели и отпустили.
Девушки подошли к ломбарду.
— Постой здесь, я быстро. А потом в магазин зайдём и домой.
***
Закупившись, девушки поднялись на этаж.
— Странно, дверь открыта, — удивилась Лиза.
Зайдя внутрь, услышали мужские голоса, и Ника бегом устремилась на кухню. Там она увидела Валентину Борисовну, схватившуюся за сердце. Подбежав к ней, она спросила. — Тёть Валь, что случилось? Вы как? В дверях показалась испуганная Лизка.
— Быстро к себе в комнату! — крикнула Ника. И обращаясь в двум амбалам в кожаных куртках. — Вы кто такие? Что вам здесь нужно?
— Мы пришли вернуть долги, — проговорил один из них.
— Какие ещё долги? — возмутилась Ника.
— По этому адресу, проживает Виталий Земцов! Он должен нашему банку крупную сумму. — В прочем, как и Валентина Борисовна, — добавил второй.
— Банка?! — удивилась Ника. А мирным путём не пробовали, или вы что всё ещё в девяностых застряли? Ника схватила со стола нож, и выставив его перед собой, прорычала: — А ну пошли вон от сюда!
— Дамочка успокойтесь! — проговорил один из них, вытянув руку вперёд.
— Сам ты дамочка! Я что неясно выразилась? Я сейчас полицию вызову!
— Вызывай, сейчас и разберёмся.
Ника понимала, что полиция ничем не поможет, да и она в этой квартире никто. И потом её саму могут искать.
Девушка приставила нож к своей руке.
— Я скажу, что вы на меня напали! Она сделала небольшой надрез, из которого показалась кровь. Пошли вон! Вы не видите женщине плохо! — она посмотрела на Валентину Борисовну.
— Ну, чего ждёте! — выставила она опять нож в сторону, амбалов. Передайте своему босу, что я сама приду в этот банк.
— Пойдём от сюда, бешеная какая-то, — проговорил тот, что повыше.
Ника, бросив нож, подбежала к женщине. Хлопнула входная дверь и через секунду влетела Лизка с криками и слезами на глазах.
— Бабушка, что с тобой? — всхлипывала она.
Женщина, прижав руки к гору отчаянно хватала ртом воздух.
— Валентина Борисовна, говорите, что вы чувствуете?
— Сердце, вот-вот вырвется из груди, — прохрипела женщина. Я не могу дышать, воздух, мне нужен воздух, — попыталась она встать.
 
Лизка подняла заплаканное лицо, посмотрев с мольбой на Нику.
— Что с ней?
— Так! Всем успокоится! — скомандовала Вероника. — Это похоже на паническую атаку. Лизка беги в комнату, и посмотри в аптечке успокоительное. Валериану, пустырник, корвалол, что найдёшь!
— Валентина Борисовна, — взяла она женщину за руки. — Всё хорошо, они ушли, мы в безопасности! Посмотрите на меня, дышите, давайте вместе посчитаем, вдох на пять, вот теперь выдыхайте на четыре. Молодец, а теперь вдыхаем на четыре, выдох на три.
— Что вы видите?
Женщина растерялась оглядевшись.
— У тебя кровь.
— Ничего страшного, царапина, — отмахнулась Ника. Так хорошо. Сожмите мою руку, чувствуете? Я здесь, я с вами, сейчас всё пройдёт.
— Что вы слышите?
Женщина прислушалась.
— Кажется Лизка решила разгромить квартиру.
Ника издала смешок.
— Вот видите, всё хорошо. Это она вам успокоительное ищет.
— Нашла! Валериана! — прибежала Лиза с пузырьком в руках.
— Давай сюда, садись, тебе тоже накапаю. — Ну что? Как сердце? — обратилась она к женщине.
— Кажется успокоилось, — выдохнула та.
— Ну чего вы так перепугались то?
— Да как тут не перепугаться? Ладно я одна, а тут вы ещё пришли, вот и испугалась.
— И часто они так?
— Нет, — покачала головой женщина. — Первый раз.
— Ладно, разберёмся. Лизка тащи сумки с продуктами из коридора, да дверь запри.
— А ты смелая, — обратилась Валентина к ней. — Не растерялась.
— Да нет, — улыбнулась Ника. — Просто тоже испугалась. Да и потом, я не первый раз из этой квартиры непонятно кого выставляю. То Виталик дружков притащит, однажды, захожу к себе в комнату, а там его дружок на моей постели с голой жопой спит. То Маринка, вообще один раз учудила. Возвращаюсь, а она здесь балаган устроила, Виталик на сутках, она нажралась, Лизка плачет маленькая в комнате. А эти расселись тут на кухне, по фене ботают. Я им — Пошли вон. А он мне отвечает. Харе бакланить! — Чья хата?
А я ему: — Моя хата!
Ника рассмеялась.
— Кошмар был!
— И что выгнала?
— Выгнала, не помню уже правда, как. Давно было, может ментами пригрозила.
— Да, натерпелась ты с ними милая. Я ж не знала, что так-то у них всё.
— Что было, то было, — отмахнулась Ника.
Вернулась Лиза с пакетами.
— Тёть Валь, иди-ка ты, ложись, отдыхай. А я сама что-нибудь на обед приготовлю. Мы вот с Лизкой, курицу купили, картошку, капусту, можно щи сварить. А остатки пожарю с макаронами.
— Неудобно как-то.
— Неудобно на потолке спать, одеяло падает. Идите, идите, мне Лиза поможет.
— Так, Лизок, я пока курицу разделаю, а ты вставай чистить морковь, лук на пере жарку. Готовить то умеешь?
— Нет, — покачала головой, девочка. Бабушка не пускает, всё сама, да сама.
— А как же ты тогда готовить то научишься? Я в твои годы примерно, с родителями твоими жить начала. Они на работах или на гулянках, вот и пришлось самой учиться, есть то хочется. Ничего дело поправимое, покажу, что умею. Я-то сама в последние годы нечасто готовила, всё на бегу. Но кое-что помню. Да и в кафе работала, там иногда повара заменяла. Прорвёмся. Осталось только работу найти.
Скрипнула входная дверь.
— Это наверно, Серёжка, — вскочила Лизка.
На кухню зашёл высокий, худощавый парень в потёртой, немного измазанной куртке.
— Привет, Серёж, — поприветствовала Ника.
— Тётя Вероника, здравствуйте. Какими судьбами?
— Да вот такими. Раздевайся, скоро обедать будем. И маму не буди, отдыхает она. Потом всё расскажу.
Ника разлила суп по тарелкам, и они уселись за стол. Девушки рассказали, что произошло.
— Как же так, тёть Вероник?
— Ника скривилась. Серёж, не называй меня тётей, ладно. Лизка молодая совсем. А ты вот чуть ли на, но голову меня выше. Просто Вероника, договорились?