Подземелья Конфренко (СИ)

Такая общность не могла возникнуть сама по себе, где-то должен был быть их командир, или, скорее всего, контролер. Я буквально чувствовал, как в голове стучался тихий голос:
«Подчинись! Не сопротивляйся! Закрой глаза! Ты хочешь спать! Подчинись!»
Краем глаза я заметил, как мои бойцы «Девятки», начали опускать оружие, и глаза их постепенно начинали стекленеть. Тогда я по нашей с ними духовной связи отправил небольшой заряд бодрости, от которого они все вздрогнули и заозирались:
— Бойцы! Братья! Все встряхнулись! Это контролер, он пытается нас подчинить, боритесь! — я продолжал громко и чётко отдавать команды.
— Так, все собрались! Чем Гун, в арьергард! Рубишь все до чего дотянешься! Я впереди, остальные не пускают тварей в центр строя! Сейчас медленно выдвигаемся туда!
Собственно, я не был уверен, что нам надо именно «туда». Но это было единственное направление, в сторону которого еще можно было прорваться. А потом все слилось в хаосе боя. А видел перед собой только живую стену из монстров и рубил, рубил и рубил. Это удивительно, но я заметил, что через некоторое время такой одержимой мясорубки, мне даже не приходится прикасаться к умирающим тварям, я впитывал прану, как черная дыра, восполняя свою выносливость, чужая жизненная сила позволяла крутит мечами так, что вокруг меня как будто образовывалась сияющая стена. Скорее всего это и есть то самое развитие атрибута, и быстрее всего атрибут развивается во время смертельного боя, когда идет мобилизация всех сил организма. Я прорывался, сквозь злобных и рычащих монстров как через обычный тростник. А мои ребята своими копьями и нагинатами не давали бреши в рядах зверей сомкнуться, до того, как все воины прорвутся через очередное расширение коридора. Тяжелее всего при приходилось крысо-волкам. Почти все они были ранены, и только повышенное вливание жизненной силы позволяло им держаться, ну, еще и то, что они перекусывали прямо на хоту, вырывая из общего строя врагов каких-то мелких и не особенно сильных тварей, зато, судя по крысиным эмоциям достаточно вкусных.
Но даже так, мы потеряли уже троих из них. Люди, хоть и были ранены, еще держались. Постепенно бой стал напоминать какую-то сюрреалистическую мясорубку. Я уже ни на кого не оглядываясь, тупо рубил все что видел, не разбирая, был ли это огромный изменений медведь, и чешуйчатый рогонос, или еще какая-нибудь рого-ного-хрень. Разрубить! Одну! Вторую! Третью тварь! «Вдох» праны, выдохнуть по духовным каналам связи ее в своих соратников, чувствуя, как проходит их усталость, как затягиваются их раны, как улучшается настроение и решимость рубить и колоть, до последнего. Под воздействием праны и внешнего давления, я почувствовал, что трое из них прорвались на бронзовый ранг. Пришлось перенаправить потоки праны на этих уникумов, чтобы дать им восстановиться и начать биться в полную силу. Я только опасался, что перешлю в кого-нибудь из них свой пространственный атрибут, поэтому старался не иссушаться до конца, постоянно вдыхая из пространства все новую и новую прану. Я буквально чувствовал ее скопления в тех местах, где погибли монстры.
Не знаю, сколько это продолжалось, пока нас не вытеснили в большой круглый зал. Наши фонари высветили круг не более сорока метров в диаметре, а дальше уже было не видно. И только своим обострившимся чувством пространства, что диаметр этого зала более пятисот метров. Но самое главное, в центре зала находилась огромная трещина-провал. И я понял, что именно в сторону этой трещины нас оттесняют монстры. Зал был буквально набит самыми разными тварями. Если мы что-нибудь не придумаем, то это конец. А пожить еще так хотелось. Скорее всего, именно в провале и прятался неведомый контролер. Зачем ему понадобились люди, это понятно. Таких монстров в его коллекции видимо еще не было, а еще они сопротивлялись внушению, а это значит, что новичков надо подробно изучить, методом экстренного потрошения. И теперь он сидит там и ждет, пока вкусняшки не свалятся к нему сами.
И момент это был все ближе и ближе. Наш большой отряд все ближе и ближе приближался к провалу, оставляя за собой трупы мутировавших под излучением Феликса зверей, которые еще больше изменились при проживании в подземельях. Я почувствовал, как Нита перешла на бронзовый ранг, а еще минутой позже это же совершила Мита, молодцы девчонки. Кажется, я нашел новый способ прокачки воинов. Но, боюсь, что никто о нем не узнает. Потому, что вот он край. Пока остальные подчиненные сдерживали напор мутантов, я осматривал края провала. И вы знаете, они не сильно и отвесные, больше похоже на большую воронку с неровными краями. Хотя да, в конце все же виднеется темный зев в неизвестность. И скорее всего он ведет на таинственный четвёртый уровень. Ну, где наша не пропадала. Я повернулся к воинам:
 
— Чем Гун, ты идешь первый, и постарайся разведать путь для волков!
— Хорошо, Босс, я все сделаю! — и парнишка, шустро перебирая руками и ногами полез вниз.
Пока он карабкался, мы все вместе отражали массированные атаки монстров. Это же сколько мяса и ядер пропадает, крутилось у меня в голове. Через пару минут, показавшихся вечностью, раздался звонкий мальчишеский голос:
— Можно спускаться, тут обвал коридор заспал, можно как по лестнице спускаться!
Подчиняясь моим командам, группа по одному начала спускаться вниз. При этом люди страховали крысо-волков. Хотя, это кто еще кого страховал. Огромные серые монстры карабкались по скалам как ящерицы. Опережая своих партнеров. Все меньше и меньше воинов и животных оставалось на краю. Бой продолжался до тех пор, пока я не остался один. А тело работало как автомат, разделяя монстров на части, кровь разлеталась веером, прана текла рекой, но мне казалось, что ее все еще мало. Это продолжалось до тех пор, пока я не словил странное чувство похожее на просветление. И попытался поглотить жизнь не из мертвых, а из живых! Никогда, слышите, никогда так больше не буду делать, пока не окажусь в, по-настоящему отчаянной ситуации. Если раньше я казался себе просто черной дырой, то теперь превратился в настоящую Бездну. Вокруг меня начали умирать живые существа. Я только успел подумать, как хорошо, что ребята сейчас в подземелье, иначе и их тоже могло зацепить.
А радиус воздействия все расширялся, до тех пор, пока я не почувствовал себя переполненным как воздушный шарик, а сила все текла и текла. До тех пор, пока во мне что-то не надломилось, и тогда все, кто находился в зале умерли. Образовавшаяся пустота во мне заполнилась хорошо, если только на десятую часть. Но и поглощать жизнь я перестал. Я даже в не видел в информационных базах такое развитие витального атрибута. Зал постепенно заполнялся новыми тварями, и понял, что времени осталось совсем немного. Попытавшись повторить свой трюк с дистанционным поглощением, я понял, что не могу. И непонятно, смогу ли еще когда-нибудь так сделать. При попытке обратится к своему атрибуту, грудь пронзала просто жуткая боль, какую я еще не чувствовал. Так вот что значит перегрузить свои энергетические каналы. Про такое я читал, но испытать еще не приходилось. Теперь восстановление займет несколько периодов, если не лет. Хотя, говорят бывали исключения. Но все это потом, а сейчас надо догонять команду.
  
Эпилог. Новая цель
 
Мои подопечные никуда не ушли, они терпеливо ждали меня внизу, да, собственно, и выхода у них не было. Вся небольшая кучка людей скопилась на небольшом пятачке из обвалившейся породы. А весь подземный коридор заполнила…какая-то фигня. Похожая на пушистую белую плесень. Только это плесень заполняла весь немаленький коридор, во всю его пятиметровую высоту, и во всю десятиметровую ширину. И моя команда сейчас как завороженные смотрели, на то, как среди плесени что движется, накатываясь прямо на людей. И в это время мой персональный виртуальный помощник нашёл время, чтобы постучаться ко мне, так сказать в «личку», то есть в личное сознание:
«Нашла время! Сейчас тут что-то начнется, а я не готов! Какая-то херня со мной случилась!»