Война между нами (СИ)

Она проснулась, когда за окном светило яркое солнце. Рядом с кроватью, читая журнал сидела девушка. Хрупкая брюнетка с бледной кожей и веснушками, когда она взглянула на Лиану, та удивилась, узнав в ней свою подругу.
— Милика, — удивленно выдохнула она.
В глазах девушки засверкала улыбка:
— Как спалось?
— Милика, что с тобой стало? — удивилась Лиана, — куда делись твои рыжие локоны и ты проколола нос?
— Все течет, все изменяется, — грустно улыбнувшись сказала та, — прошел год, как мы с тобой не виделись.
— Год?!
— Да сейчас конец весны. Ты была на задании полгода, а потом Дэбри привез тебя раненую, и ты лежала в коме все оставшиеся время. Все думали, что ты уже не выживешь, но благодаря выкраденным кардагенским технологиям, две недели назад врачам удалось заменить тебе некоторые внутренние органы, и вот ты очнулась, и даже разговариваешь. Шевелиться можешь? Может есть хочешь?
У Лианы шла кругом голова от полученной информации, но она попробовала сесть. С помощью Милики ей это удалось, она прислушалась к себе.
— Ты, знаешь, я действительно хочу есть.
Все вокруг опять закрутилось. Лиану покормили куриным бульоном прямо в кровати, потом в палате осмотрели внутренние органы, специальным устройством. Врачи были довольны, они говорили о новых горизонтах в медицине и относились к Лиане не как к живому человеку, а как к телу или куску мяса, которое сумели хорошо приготовить. Когда все они ушли, Лиана снова была без сил. Милика ласково уложила ее в постель. Уже засыпая, Лиана проговорила:
— Как хорошо, что ты со мной, принеси мне свой подарок — подвеску, помнишь, я ее тогда не взяла, потому что отправлялась на задание.
Ночью Лиана проснулась от того, что ей захотелось в туалет, она открыла глаза, горел ночник, в кресле напротив сидел Дэбри, пристально наблюдая за ней.
  
11.2
 
Макс, увидев, как зло Лиана зыркнула на него, а затем отвернулась, произнес:
— Нам надо поговорить, потом уже будешь решать стоит меня выгонять или нет. — Лиана молчала, уставившись в стену напротив. — Тебе придется сдавать рапорт, я уже сдал. Возможно, через два дня придет мой отец, он лично заинтересован в этом деле и будет допрашивать тебя.
— Лучше бы ты меня убил.
Макс встал с кресла, отвернулся от Лианы и подошел к окну. Девушка попыталась встать. Тело было слабым, но ей практически это удалось. Когда она стояла на полу, опираясь на кровать, поняла, что за полгода мышцы настолько отвыкли от движений, что она больше не в силах сделать хотя бы шаг. Макс услышав шуршание с ее стороны, повернулся. Он стоял и смотрел, как девушка пытается дойти до туалета, но через несколько мгновений стремительно подошел, взял ее на руки и отнес в ванную, затем, усадив на унитаз, вышел из комнаты. Макс вернулся минут через пять, когда уже Лиана смогла сделать все свои дела, опять молча подхватил ее на руки, и уложил в постель.
Девушке было стыдно и не комфортно и от его заботы, и от того, что Дэбри участвует в таких интимных моментах ее жизни. Она зажмурилась. Макс заботливо накрыл ее одеялом и произнес:
— Спи, набирайся сил. Завтра поговорим.
Как это ни странно, Лиана уснула. Проснувшись утром, она заметила возле себя медицинскую сестричку, которая помогла Лиане с утренним туалетом, а затем начались утренние процедуры. Лечебная физкультура, осмотры, принятие лекарств. Утомившись от всего этого, Лиана после обеда уснула, когда она открыла глаза, то перед ней сидела Милика.
— Привет, — сказала Лиана.
— Привет, как твои дела? — ответила та.
— Да со мной все в порядке, как у тебя? С кем живешь, как учишься?
— Я думаю, мне нужно ввести тебя в курс дела. Все не так просто как ты думаешь.
Лиана усмехнулась. Отметив, про себя, что действительно все не так просто. Милика продолжила:
— Меня прикрепили к тебе еще на первом курсе при распределении. Я твой психолог, я в курсе твоей деятельности, некоторых твоих заданий. После того как вы вернулись, твоего психолога решили не менять, поэтому я здесь. Поэтому я до сих пор живу одна, жду когда ты вернешься в нашу комнату. Учусь я хорошо, во многом благодаря тебе.
 
— Я пропустила целый год обучения, — обреченно сказала Лиана. В ответ Милика пренебрежительно фыркнула.
— Не выдумывай у тебя опыта больше, чем у пятикурсников. Следующий год начнешь обучение с третьего курса, я уже видела твои документы. Тебя повысили в звании, но это решили держать в секрете. Для всех, ты вместе с Дэбри, училась в другой академии.
— Всё решили, не спрашивая меня.
— А что не так?
— Я хотела вернуться и стать кондитером.
Милика долго смотрела на Лиану, затем произнесла:
— Ты давала присягу. Максимум, что ты сможешь, это перевестись на другое отделение.
— Я подумаю об этом.
— Все так сложно?
— Ты сейчас как психолог спрашиваешь или как подруга?
— Я просто хочу помочь, — тихо ответила Милика и отвернулась, — ты меня до сих пор не простила?
— Милика, я вообще на тебя не обижалась.
— А почему тогда ты так себя вела? — зло спросила она, — тебе нравилось смотреть, как я унижаюсь?
— А как я должна была вести себя, зная, что могу не вернуться с задания?
— Я, конечно, могу ответить тебе как психолог, но скажу просто как человек человеку, ты могла бы просто дать мне надежду. Я все это время чувствовала себя виноватой в том, что с тобой произошло.
Милика встала и начала расхаживать из угла в угол.
— Сначала я переживала за тебя, потом расстраивалась, что мы так и не восстановили отношения. А потом ты вернулась вся покалеченная с переломанным позвоночником. Ты хоть представляешь через какие муки ада мне пришлось пройти?
— Пока идет война, мы все будем проходить муки ада. Прости, я думала, что так будет лучше. В Кардагене я часто вспоминала тебя и даже училась на военного психолога.
Милика молчала, переваривала информацию. Затем села в кресло возле кровати и сказала:
— А ты знаешь, что война скоро кончится? Готовится мирное соглашение с Кардагеном.
Сердце Лианы забилось быстрее. В таком случае ей удастся узнать, что случилось с Александром, а возможно даже встретиться с ним и поговорить.
— Это хорошая новость, война — глупое занятие, разрушающее жизни людей, — подвела она итог.
— Ты правда из-за меня училась на психолога?
— Я изображала тебя. У меня все время было ощущение, что ты рядом со мной.
Милика заплакала. Лиана тоже от осознания того, что у нее есть подруга и от того, что ее усилия не пропали даром и война, длившаяся около двадцати лет, подошла к концу. Дверь палаты тихонько отворилась, девушки повернулись. На пороге стоял Макс Дэбри, в руках он держал букет белых пионов.
— Всем привет, чего ревете? — произнес он шутливым тоном.
— Да это так, мы тут предаёмся ностальгии. Проходи, — отозвалась Милика, вытирая слезы. Лиана насторожилась. Дэбри зашел по-хозяйски, затем подошел к ней и произнес:
— Это тебе, с выздоровлением, — и вручил ей букет в руки.
Лиана удивилась, что Милика не удивилась, хотя оно было понятно, судя по всему, Макс тоже здесь постоянно навещал Лиану. Девушка вспомнила про свою семью, почему сестры или отец не пришли, хотя в принципе это было неважно. Милика рядом с Дэбри вела себя естественно, а затем вообще ушла, со всеми тепло попрощавшись и пообещав прийти сразу после занятий.
Лиана и Макс остались вдвоем. Девушка сжимала букет, не зная, что с ним делать, пионы пахли нежностью и свежестью.
  
11.3
 
— Нравятся? — спросил Макс, наклоняясь к Лиане, — мне кажется, что ты сама похожа на пион, поэтому я и принес их. Макс раздвинул лепестки одного из цветков, и Лиана увидела там блокиратор. Дэбри активировал его. А затем произнес, взяв ее за руку:
— За нами следят, проверяют. Я вне подозрений, но с тобой все сложно. Камеры я не отключил, но наш разговор прослушать уже не смогут, поэтому сейчас у нас есть возможность согласовать наши показания.