Ты пахнешь корицей (СИ)

Она, молча, провела меня в комнатку, прожигая в моей спине дыру ненавидящим взглядом.
«Не любит полицию», — сделал я мысленную пометку в её деле.
Как ни странно, в крошечной гостиной было убрано, вымыто и вычищено до блеска. Девица поставила передо мной стул, я плюхнулся на него совсем не романтично, вытащил телефон.
— Вы уехали с этим человеком? — начал я допрос, протягивая фотографию еще живого мага.
— Он любезно подвез меня на такси, — глянув мельком на фотографию, ответила девушка равнодушно.
— Вас зовут? — я открыл блокнот и начал печатать стандартные данные опроса свидетеля.
— Лана Казакова, — буркнула девушка, разглядывая меня в упор и без стеснения.
И! Мне пришлось увернуться от заклинания приворота, ударившего в спинку стула.
Лана уставилась на меня с изумлением. И два заклинания ударили слава и справа.
Я вскочил на ноги и подошел к девушке.
— Хватит! — рявкнул я.
— Что? — притворилась незабудкой ведьма.
— Бросаться заклинаниями приворота! — проорал я.
— Приворота? — ведьма покраснела и осмотрела меня с ног до головы и с головы до ног. — Ты маг? — выдохнула она свое неутешительное открытие. — Ты? Инквизитор?
— Именно, — усмехнулся я, выстраивая защитное заклинание.
— Я не убивала его, — прошептала Лана, вцепившись в столик, — он уехал от меня через час.
— Приворот был? — я пожалел еще раз несчастного мага.
В эйфории от вернувшихся возможностей, он попал под приворот и был убит, возможно, подельниками ловкой девицы, выглядевшей ангелом без крыльев.
— Ну, — она посмотрела мне в глаза, — да, но я не убивала его!
— А я и не говорил, что его кто-то убил, — сказал я самым ровным тоном.
— Но я слышала, — судорожно попыталась выпутаться из собственных силков ведьма.
— Что? — уточнил я.
— Его нашли мертвым, — пробормотала она.
— Его имя, степень силы, за что он был запечатан? — я продолжал заполнять бланк.
— Родион Радек, кроме имени я помню, что он боевой маг, — тихо ответила ведьма, — откуда мне знать, как он получил такое ужасное наказание.
— Он спас тебя от хулиганов? — я будто увидел романтическую сценку, устроенную с целью выпить мага, ради его денег за ночь не стоило так затрудняться.
— Откуда ты знаешь? — удивилась ведьма.
— Расскажи всё, как есть, — сказал я, вглядываясь в лицо ведьмы.
— Мне он понравился, — начала она.
Понятно, что я напал на след, но придется тащить ведьму к нашему менталисту, пусть читает мысли и воспоминания, Лана слишком боится того, кто нанял её. Возможно, у неё был не один распечатанный маг. Или девушек было больше. Сочетание эйфории от вернувшейся силы и приворота убойное. Мага брали потом голыми руками и забирали всю магию, не заботясь, что человек умрет после этого.
— Всё это очень мило, ведьма, — прервал я поток ненужной информации, — едем в ИнК.
— Зачем? — побледнела Лана.
— Там всё расскажешь еще раз, — ответил я.
Отправил Аське, которая великодушно написала, чтобы я выбирал ресторан или кафе, название недорогого ресторанчика поближе к работе и вызвал такси, чтобы девица не свинтила от меня по дороге.
К счастью, наш менталист торчал в своем кабинете. После его короткого общения с девицей, у нас появились доказательства, что Лану приглашали на свидания распечатанные маги, получив от неё убойную дозу приворота. Их было больше десятка. Видимо, в этом участвовала не одна девушка, а несколько. Но на имени, внешности работодателя, щедро оплатившего свидания с магами, стоял блок.
— Поработаете еще, — предложил я менталисту, щуплому седому дядечке.
Он покачал головой:
— Мое вмешательство возможно только через пару дней. Ведьме надо отдохнуть.
— Вы отвезете меня домой, офицер… — протянула Лана, чувствуя себя неотразимой.
Я кивнул. Замешкался у дверей, пропуская вперед девушку. И успел увидеть только вспышку смертельного заклинания, вылетевшего из автомобиля, вмиг скрывшегося за углом.
Кажется, я напал на верный след. Труп девушки пришлось принять, отправить в морг, не забыл я набросать и свои мысли по поводу этого убийства в записную книжку.
 
Но сердце билось, чуть ли не вырываясь из груди, к такому не привыкнуть никогда. Такая красивая, такая молодая, только что была жива, и я был рядом. Не уберег. Но раз её убрали, она была на самом краю цепочки убийц. Я бродил туда-сюда, писал отчеты, отвечал на вопросы. Время пролетело в один миг в каком-то сером тумане.
Очнулся я дома часов в десять вечера.
— В ресторанчике «Незабываемый десерт» вкусно кормят, — хихикнула Аська, когда я ввалился в комнату и упал на диван.
— Прости, родная, расследование затянулось, — выдохнул и закрыл глаза, пожаловавшись, — устал, нет мочи.
Демоны меня дери, я забыл про ужин и Аську начисто!
— В следующий раз в ресторан пойдем в воскресенье, — пообещала Аська, обнимая меня, а потом стягивая ботинки и укутывая пледом.
Мне было нестерпимо жаль, что единственного свидетеля убили, а я не мог даже поделиться наработками с Эль Канте, потому что Миринг отыграется на сыне Командора.
— Что на работе? — Ася присела рядом.
— Всё запуталось ужасно, — я быстро очертил общую картину в нескольких слова. — И у нас нет свидетелей. Ни одного, — закончил я с огорчением.
— Вызовете видящего мага из столицы, он расскажет вам, что произошло за пределами квартиры убитой девицы, у вас будет тот, кто оплатил её встречи с распечатанными магами, — после минутного раздумья сказала Ася. — А в отчете упомянешь одного убитого распечатанного мага. Так ты и ничего не расскажешь, и Эль Канте сообразит, что к чему. Без него и его инквизиторов вам не справиться.
— У меня гениальная жена, — обнял я её за талию.
— И удивительно красивая при этом! — усмехнулась она. — Няня ушла, а Вика спит, между прочим, — с видом заговорщика сказала Аська.
— Одно но, я ненавижу видящих магов, — вздохнул я, нахально не понимая её намекающих на продолжение поцелуев и потемневшего от желания взгляда.
— Ничего, ты стерпишь присутствие одного мага, — прижала меня к себе Аська, — ради дела надо.
Вдохнув её аромат, запах мяты и апельсинов, к которым добавился дивный медовый оттенок, я понял, что готов на подвиги. Кажется, брызги приворота, попавшего в меня, придали мне сил, а чувствам добавили яркости.
Я целовал Асю и раздевал медленно, не торопясь, будто в первый раз зарываясь носом в прохладные локоны, вылизывая то крошечное ухо, то касаясь кончиком языка бьющейся жилки на шее, то целуя между тяжелых грудей. Сначала я осторожно снял её кружевное белье, потом наигравшись прикосновениями её тела под юбкой, избавил её от платья.
Оглядел её. Тело Аси было прекрасным, а стало совершенным, каждый изгиб, каждая округлость не избежали прикосновения моих губ, языка и пальцев. Потом я целовал её долго, впитывая сладко-горький вкус, давая ей время загореться еще сильнее, и когда она застонала, я взял её грубо, резко, показывая, что главный я. Пусть я не волк, а всего лишь человек, но вожак нашей маленькой стаи.
Я почувствовал, что Аська поднялась на такую высоту наслаждения, что её тело запело, подчиняясь мне с охотой и радостью, мне же не хватало еще одного движения, двух, трех… Когда я присоединился к ней на волне волны наслаждения, за стеной раздался нечеловеческий вопль.
Мы бежали в детскую, путаясь в штанах и платье, всё еще прижимаясь к друг другу обнаженными телами, быстро скрывшимися под шуршащей тканью.
Причем я умудрился влезть в аськино платье, она утонула в моих джинсах, торопливо застегнула лифчик, и уставилась на довольную Вику, грызущую, рвущую на мелкие клочки хвостик и голову игрушечного волчишки. Изредка Викёныш издавала леденящий душу клич боевых оборотней. Назвать иначе этот дикий вопль я не мог.
 
— Вика, доченька, — я подхватил её на руки, пушистую, пахнущую молоком и шоколадом, прижал к себе.
— Па? — крошенька вцепилась острыми зубами мне в ухо.