Голый риск (ЛП)

Мои книги. Я не смогла бы уехать без еще одного взгляда на свою коллекцию. Подошла ближе, проводя пальцем по корешкам самых любимых, снимая несколько с полки, чтобы еще разок подержать их.
Для меня это не просто вещи. Не просто бумага. Именно они спасали мою жизнь — или, по крайней мере, здравый рассудок — в разные времена. Они описывали разных людей. Людей, которые мне нравились. Которых я ненавидела. С которыми могла бы дружить. К которым могла бы испытывать неприязнь в реальной жизни… но все по-своему интересные, все открывшие мне секреты жизни или окружающего мира.
Когда-нибудь я найду им замену. Однако имелась единственная, которую заменить я бы не смогла. Поэтому я взяла свою копию «Кошачьих глаз» и положила в сумку.
Покидая свою квартиру в последний раз, я испытывала странное ощущение, но не задержалась в дверном проеме, не сказала громко «прощай» или что-нибудь в таком роде. Чувствуя, как сжимается горло, я тяжело сглотнула и моргнула несколько раз в попытке побороть готовящиеся пролиться из глаз слезы.
Глядя в будущее, я надеялась, что любая испытанная мной сейчас печаль, забудется. Ведь здесь, в прошлом, я оставляла лишь свое замкнутое существование.
Я заперла дверь, положила ключ под коврик и оставила старый дом позади.
Навсегда.
Я была готова к новой жизни.
Где бы и как бы это ни произошло.
Глава 20
Уоттс
Сидя в машине, пытался справиться с тем, что сбывались мои самые худшие страхи — я поставил Кэтрин в опасное положение. Сейчас она в безопасности, и я предпринял дополнительные меры, чтобы все так и осталось, пока мы не доберемся до следующего пункта назначения.
Думал связаться с Макдауэллом, чтобы каким-нибудь образом с ним договориться. Но не был уверен в том, как поступлю при встрече. Поэтому учитывая то, что время поджимало, возможно, это и к лучшему — не видеться с ним.
Никогда.
Кэтрин медленно и уверенно спускалась по ступенькам, ведущим от ее квартиры, к машине. Именно в тот момент стало понятно, что ей все удалось, и мое беспокойство из-за того, что она охвачена страхом, оказалось безосновательным. Всегда знал, что она сильнее, чем думала, а теперь выяснилось, что даже сильнее, чем думал я.
— Готово, — сообщила она, пристегивая ремень безопасности.
Это единственное слово несло в себе огромную силу.
Кэтрин была готова к тому, что войдет в свою квартиру, сделает то, что нужно, и будет готова к следующему шагу.
Она готова попрощаться с прежней жизнью без сожалений об отъезде со мной и готова к новой жизни.
***
Спустя чуть больше, чем полчаса мы оказались у меня в Балтиморе. Как и ожидалось, в столь ранние часы утра понедельника поездка прошла быстрее обычного.
— Мне нужно только захватить кое-какие вещи, — сказал я. — Но я хочу, чтобы ты зашла вместе со мной.
Кэтрин выбралась из машины и направилась за мной к крыльцу. Вставляя ключ в замочную скважину, я посмотрел на дом миссис Вудалл. Вероятность того, что она уже проснулась, была минимальна, но если мы каким-то образом разбудим ее, это замедлит наш отъезд.
Мы вошли в дом.
— Ты можешь развести огонь? — спросил Кэтрин, указывая на камин.
— А, конечно. — Она выглядела сбитой с толку.
— Все там. Не сильный огонь. На одну закладку.
Перед тем, как ответить, она слегка замешкалась.
— Ладно…
Я спустился в подвал и достал оба своих ноутбука, все бумажные папки и кое-что из старых материалов, найденных в багажнике: поддельные удостоверения личности, паспорта, лицензии на оружие и всевозможные документы, которыми пользовался на протяжении многих лет, чтобы попасть в ту или иную ситуацию.
Я принес все это в гостиную, где Кэтрин сидела у очага, любуясь огнем, который сама же и развела.
Отдал ей все бумаги и фотографии, попросив не смотреть на них, а просто бросить в огонь. Затем сел на пол и вытащил жесткие диски из ноутбуков, собираясь выбросить их в лесу на обочине шоссе по дороге в аэропорт.
 
Больше в доме не осталось ничего такого, от чего следовало бы избавиться. Во всяком случае, ничего компрометирующего. Я оставлю все позади, но это будет не более чем досадная помеха, когда управляющая компания перестанет получать чеки за аренду и пошлет кого-нибудь выяснить, почему. Меня это волновало не больше, чем Кэтрин ее квартира.
— Я захвачу одежды на пару дней, — предупредил я. — Хочешь чего-нибудь выпить? Поесть?
— Нет, — ответила она, глядя на огонь.
— Вернусь через пару минут, потом мы сможем уйти.
Я направился к выходу из комнаты и уже был в футе от коридора, когда она позвала:
— Уоттс?
Я повернулся.
Кэтрин взгляну на меня и начала смеяться. Сначала слабо, а потом сильнее.
— Не обращай внимания.
— Что смешного? — поинтересовался, сам уже улыбаясь, хотя бы потому, что ее смех — одно из самых приятных зрелищ, увиденных мной в последнее время.
А может быть, мы оба настолько измучались, что находились на грани бреда.
— Ничего, не обращай внимания, — ответила она.
Я вернулся к Кэтрин и опустился на колени.
— Нам потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к причудам и капризам друг друга, но сейчас я расскажу тебе один из своих. Я ненавижу, когда кто-то начинает мне что-то говорить, а потом останавливается
Это рассмешило ее еще сильнее.
— Что такое? — спросил я, выдавливая из себя улыбку.
Она прикрыла рот рукой, пытаясь подавить хихиканье.
— Это глупо, но теперь, когда наша жизнь меняется и мы начинаем… что бы это ни было… ты можешь отбросить этот фальшивый американский акцент?
Я хмыкнул.
— Вообще-то мне кажется, я отлично справляюсь.
Она потянулась к моей руке и накрыла ее своей.
— Так и есть. Просто я хочу быть с настоящим Уоттсом. А настоящий Уоттс — англичанин, так что, думаю, тебе стоит разговаривать так, как ты обычно это делаешь.
— Ладно, пусть так и будет, — произнес я без американского акцента, говоря настолько по-британски, как не делал этого уже лет десять. — Лучше?
Кэтрин кивнула.
— Хорошо, — подытожил я. — А теперь позволь мне упаковать кое-что и уйдем отсюда.
Я уже был на полпути в коридоре, когда она выкрикнула:
— К тому же, это горячо.
— Не соблазняй меня, Кэтрин, или закончится все тем, что мы потеряем время из-за того, что мне придется трахнуть тебя на полу перед камином.
— Точно. Прости.
— Без проблем, — отозвался я. — После сегодняшнего дня тебе едва ли удастся отделаться от меня. Или заставить выйти из тебя.
Спустя всего пару минут я спустился по лестнице со сменной одеждой в сумке, готовый уехать. Когда уже доставал ключи из кармана, открылась входная дверь, и появился он.
Говард Макдауэлл собственной персоной. Остановился прямо в моей гостиной. И разулыбался.
— Мистер Уоттс.
— Иди, подожди в машине, — попросил я Кэтрин.
— Почему? Кто это?
Я отодвинул девушку за спину и быстро повел к входной двери, держась все время между ней и Макдауэллом и не сводя с него глаз.
Чопорный ублюдок просто стоял и улыбался.
— Уоттс, — прошептала Кэтрин, — что происходит?
Я выглянул наружу убедиться, что больше там никого. Кажется, чисто.
— Иди в машину. Я буду через несколько минут.
На ее лице отразился страх: глаза расширились, взгляд метался из стороны в сторону, рот слегка приоткрылся.
— Иди, — приказал я, и она послушалась.
Я закрыл и запер дверь, а повернувшись, нашел мистера Макдауэлла сидящим в одном из моих кресел.
 
— Я не собирался обижать ее, — сказал он, ухмыляясь. — Расслабьтесь, мистер Уоттс. Я здесь лишь для того, чтобы отдать последние приказы.
Мои последние приказы.
Как бы много он ни знал обо мне, все же понятия не имел, что у меня уже есть планы. Спенсер позаботился о кое-чем для меня, по крайней мере, в том, что касалось предварительного уведомления мистера Атертона.